Вячеслав Сизов – Кёниг (страница 55)
Есть честь и совесть, Родина, отец и мать.
Поистрепалась фотокарточка, простите.
Бои - не шутка.
Марш-броски, окопы, вши и грязь.
Вы только верьте в нас, пожалуйста, живыми ждите!
Простите, мне пора, опять перерубили связь.
Вернусь, наговоримся, подождите...
Всё будет хорошо.
Не страшно, не один.
Всё будет хорошо.
Вы только нас живыми ждите!
Всё будет хорошо.
Сегодня выдвигаемся в Берлин.
(Алена Морозова)
Из воспоминаний Галунова Ивана Кузьмича 1921 года рождения. (АИ)
Всю неделю наша группа ходила по нейтральной полосе с заданием подергать противника "за усы", но официально для всех это звучало, как добыть "языка". Реально же нам требовалось ввести в заблуждение противника. Он даже не должен догадываться, что произошла смена частей на передовой, и мы только и ждем команды перейти в наступление. Поэтому приходилось действовать ужасно прямолинейно в стиле тех, кто тут был до нас.
Выбирались на нейтралку, по ложбинке аккуратно продвигались вперед, ну а дальше небольшой концерт " по заявкам". Немцы тут успели колючую проволоку с пустыми консервными банками натянуть вот мы этим и пользуемся - подальше от себя арбалетным болтом крючок с ниткой набросим, и давай поддергивать. Немецкое боевое охранение тут службу бдительно несет. На любой шорох открывает огонь, а через пару минут к нему присоединяются их остальные камрады, расстреливая место шума. Ну а мы полежим в сторонке, понаблюдаем, выявим огневые точки и без потерь потихоньку отходим. Или же в темноте перемещаемся на полкилометра левее и опять устраиваем концерт. Немцы открывают огонь, а мы уже окончательно отходим к своим.
Пользы от таких действий немного - противника заставили нервничать, зря боеприпасы переводить и главное, что мы приучили врага к такому виду поиска и нашли место, где можно незаметно пробраться к нему в тыл - "на цыпочках" самым краем оврага. Там наверху у фрицев пулеметный расчет сидит. В свое время он нашим парням много крови попортил, а сейчас вроде как успокоился. Мин на дне оврага и перед собой наставил и "пребывает на лаврах". Мы такое просто так оставить не могли.
С ротным переговорили. Пока остальные "дергали за усы" мы с Виктором успели по маршруту пройтись и осмотреться. Пулеметчики были на месте и свое присутствие даже не скрывали. Курили на посту и даже пусть и вполголоса, но переговаривались между собой. В "концерте" не участвовали. Совсем расслабились сукины дети. Мины действительно стояли, но имелась еле видная тропочка. Видно немецкая разведка или кто еще по ней проходил.
На следующий день там с саперами побывали. Они нам тропочку проверили и подтвердили отсутствие на ней "сюрпризов". Вот мы и решились на прорыв пока темно. К деревне, что в пяти километрах в тылу у немцев вышли и до рассвета назад вернулись. Солнце уже в наших окопах встречали.
Начштаба, конечно, взгрел за самоуправство, но доклад выслушал с видимым удовольствием. Особенно ту часть, где мы ему на карте указали месторасположение гаубичного дивизиона и складов с боеприпасами противника.
Сутки нам дали на отдых и подготовку рейда. Задачу начальник разведки бригады лично ставил. А что ее ставить? Мы и так знаем - нужен знающий "язык" - офицер или связист, остальные приветствуются, но первые лучше.
С наступлением сумерек тронулись в путь. К ложбинке кружным путем пошли. Уже на нейтралке с немецкой стороны шорох услышали, а затем увидели, как в сторону наших окопов из той самой ложбинки их разведчики выдвигаются. Пять человек с ППШ и двое с пулеметом в прикрытии в метрах десяти сзади. В камуфляжных куртках. Видно, что не простые пехотинцы. Хорошо подготовленные. Грамотно так, в темпе, практически бесшумно, словно призраки двигались.
Мы то, как только их услышали, сразу затихарились. Только стволами их и сопровождали. Нас всего-то метров пять друг от друга отделяло, когда они мимо нас продвигались. Мы несколько в стороне от них были, вот они нас и не заметили.
Оставлять их у себя в тылу было опасно. Можно конечно было продолжить задание, но шансов на благополучное возвращение оставалось мало. Численность у нас была примерно равная. Нас пятеро да саперов трое. Так что восемь против семерых получалось.
Потому рисковать не стали и ударили по ним с тылу. По-тихому хотели сработать. Ножами, да у нас еще два ПБС были. Не все получилось, как хотелось.
Сначала пулеметчиков из ПБС сняли, а потом за остальных принялись. Вроде как все правильно рассчитали, но все равно двое наших ребят в схватке ранения получили. Говорю же, немцы очень хорошо подготовленные были. Среагировали быстро. Огнем огрызнуться успели, а потом и до гранат дело дошло. Двое немцев в воронку скатились и оттуда нас достать пытались. Тут враг, прикрывая своих разведчиков минометным огнем наши позиции крыть начал, а наши в ответ по ихним. А мы на нейтралке свою войну ведем. Сразу три гранаты к ним зафутболили, чем дело и решили.
Дождались когда все более или менее успокоится, трупы и оружие врага подобрали, раненых перевязали и к своим окопам понесли. Одного мы немца не нашли. Он видно, куда-то в воронку закатился. Главное что унтера немецкого мы повязали.
Пленного сразу в штаб отправили, а сами к себе отдыхать пошли. Днем начальник разведки к нам в землянку зашел. Сказал, что хорошего пленного привели - знающего, много интересного тот рассказал. Ну а в завершении предупредил, чтобы мы через двое суток отдыха снова к немцам в гости собирались...
... В этот раз с нами пара ребят из контрразведки пошли. На инструктаже сказали, что взятый нами Унтер на допросе рассказал о проходящей подготовку к заброске в наш тыл группе абверовцев. Эта группа находится на хуторе примерно в десяти километрах от линии фронта. Подготовку этой группы и ее заброску контролирует майор из штаба "Валли I". Заброска должна быть осуществлена в ближайшие дни. Ждали только прибытия майора из поездки в Варшаву. Группа унтера должна была проверить один из маршрутов перехода через линии фронта. По описание удалось установить личность майора, и он очень заинтересовал руководство. Поэтому командование решило нанести упредительный удар - уничтожить группу противника и захватить в плен майора. Удар планировался силами нашего разведвзвода и контрразведчиками.
Линию фронта по найденному нами маршруту перешли спокойно. Дальше был забег по пересеченной местности. Дневку сделали в лесу километрах в трех от хутора. Контрразведчики ушли вести наблюдение, а остальные остались в лагере. Нашей тройке взводный поручил пробежаться по окрестностям - осмотреться, что к чему. Чуйка у взводного была - слишком все хорошо и гладко у нас шло, а такого в принципе быть не могло. Прав он оказался. Всего в полукилометре от лагеря мы наткнулись на немецкий ДЗОТ, а чуть дальше на позиции минометной батареи и взвода эсэсовцев.
Ближе к вечеру в лагерь вернулись контрики и сообщили, что разведгруппа противника и майор на месте и их по любому надо брать. Несмотря на то, что на хуторе был размещен еще взвод эсэсовцев и бронетранспортеры.
Ну а нам троим, поручили обеспечить отход группы - разобраться с найденными нами ДЗОТом и минометной батареей. С наступлением сумерек все выдвинулись на исходные.
Работать решили холодным и бесшумным оружием. Двух немцев, что были у ДЗОТа снаружи, сняли из револьверов с глушителями. Через дымоход я закинул внутрь блиндажа гранату, а затем Миша Ефремов и Саша Ханин ворвались внутрь и добили тех, кто там был. Я прикрывал их снаружи. В ДЗОТе мы уничтожили еще четырех немцев. В качестве трофея, нам достался немецкий пулемет. Не сказать, что мы сильно нашумели. Во всяком случаи на батарее никто не заволновался.
Вроде бы все хорошо и удачно прошло, но что-то меня беспокоило. И тут до меня дошло! Нами было уничтожено шесть человек, а на импровизированной вешалке у входа в блиндаж висело восемь камуфлированных накидок "Zeltbahn"* (Накидка "Zeltbahn 31" служила защитой от непогоды, как пончо, несколько накидок могли соединятся в тент. Большинство накидок шилось из материала полевого серого цвета или камуфляжа армейского образца, в конце войны появились накидки Zeltbahn с камуфляжем, принятым в войсках СС). Касок тоже было восемь. А еще что мне показалось странным - среди убитых не было никого старше рядового! Так что двоих мы видно прозевали - еще одного солдата и унтера. Пришлось срочно затаскивать трупы в ДЗОТ, а самим, накинув на себя трофейные накидки, занимать позиции снаружи. Вовремя, однако!
Со стороны минометчиков к блиндажу шел офицер в сопровождении ефрейтора. Как только они к нам приблизились, мы их сняли. Вот теперь можно было быть спокойным. Телефонной линии к ДЗОТу не шло, значит, связь между подразделениями через посыльных, а уж справиться с парой человек для нас не проблема.
Наступила ночь. Лучшее время для диверсантов. Минометчики спали в палатках рядом с огневой позицией. Пара часовых мерно прохаживаясь, охраняла их покой. Иногда они часовые встречались, о чем-то тихо разговаривали и снова расходились по своим маршрутам. Смена часовых была каждые два часа. После полуночи мы приступили к действию. Миша Ефремов остался с пулеметом. А мы, с Сашей разобрав часовых, ползком двинулись к ним. Своего я снял ударом штык-ножа и успел подхватить винтовку и тело пока они не упали. У Саши все тоже получилось как надо. Ну а дальше было уже привычное - не оставлять живых врагов. Наган глушителем действовал безотказно.