Вячеслав Сизов – Кёниг (страница 23)

Подошли. Осмотрели машину. Нашли сигареты, хлеб и шнапс. Еще кое-какую еду. Нашли даже сапожный крем со щеткой, и ребята, как сейчас помню, почистили свои сапоги. Надраивали все по очереди, пока крем не кончился. Чистили сапоги и посмеивались: может, мол, в последний раз... Главное что патроны нашлись. Мы их по-братски поделили поровну.

Тут наблюдатели увидели, что появилась основная колонна противника. Огонь они открыли еще издали. Били по всей балке. Мы открыли ответный огонь. Ох, что тут началось! Колонна к тому времени уже рассредоточилась. Немцы развернули орудия, установили минометы. Шквал огня. Балка потонула в разрывах. Грохот разрывов, вой мин, смрад, гарь, стоны раненых.

Когда нас окружили, и стало ясно, что не уйти, трое, комполка, начальник строевой части и комиссар полка, застрелились. Не хотели в плен попадать. Я, видел, как они стрелялись.

Во время обстрела балки меня ранило в ногу. Я быстро перевязал себя и уполз в промоину. Промоина, видимо, осталась с весеннего паводка, за лето она заросла бурьяном. Лежу тихо, меня не видно. Слышу, немцы ходят, стреляют из автоматов. То там короткая очередь, то там. Понял: добивают наших раненых.

Всю ночь провел в той промоине. Утром вылез и начал искать, нет ли кого живого. Кругом одни трупы. От полка я похоже один в живых остался. Удалось найти немного патронов и еду. По дороге шли немецкие колонны. Уже никто не мешал им. Укрывшись за деревом, долго наблюдал за ними. Потом решил, что толку в этом мало и надо что-то делать. Собрав в округе все полезное в найденный вещмешок, решил лесами прорываться к нашим за линию фронта.

Пять дней я плутал по лесам, дважды попадал под прочесывание немцами леса, один раз чуть в засаду не угодил, пока меня не встретили партизаны и не приютили у себя. У них я до соединения с нашими войсками и находился...

Глава

Из беседы штабных офицеров вермахта вечером 22.06. 1943 г. Бобруйск

- Ну и что ты теперь скажешь мой великий начальник?

- Ты о чем Вильгельм?

- О высадке русского десанта в Белостоке и гибели нашего отделения в Беловеже! Других плохих новостей, кроме партизанской "рельсовой прелюдии" русского наступления в нашем тылу, я пока не знаю.

- А ты об этом! Что ж ты вновь оказался прав, а умники из штаба Клюге как всегда прозевали твои прогнозы.

- Карл. Позволь спросить? Ты на удивление спокоен. И это притом, что русские уничтожили много наших общих знакомых. Я что-то не знаю?

- Почему же. Ты знаешь столько же сколько и я. Хотя... На вот прочитай. Это по расследованию нападения на Белосток, Волковыск и Пружаны. Ты их еще не видел. Краузе буквально час назад привез...

- Ну что теперь скажешь?

- Что тут можно сказать. Хорошо, что нас там не было, а то бы присоединились к погибшим. Но я не уверен, что во всех трех случаях участвовали именно регулярные подразделения РККА. Мне кажется, что в Волковыске и Пружанах действовали партизаны. А вот в Белостоке уже регулярная армия.

- Почему ты так решил?

- Тактика действий совсем другая, чем у регулярных войск мой друг. Да и результаты нападения были бы другими. Смотри сам. В Волковыске русские диверсанты, одетые в нашу военную форму, совершают нападение на аэродром "Росский". Завязывается бой с охраной аэродрома. Из городка на автомашинах выдвигается помощь - дежурная рота. Но по дороге она попадает в засаду - несколько автомашин подрываются на фугасах, остальные расстреливаются из автоматического оружия. В это время на аэродроме русские добивают очаги сопротивления, сжигают несколько самолетов, собирают оружие и отходят в лес. Итог операции у нас полсотни убитых, в два раза больше раненых, несколько сгоревших самолетов. Какие потери у русских, кроме того десятка трупов что нашли при прочесывании наши солдаты, неизвестно. Из-за этого нападения гарнизон Волковыска и близлежащих населенных пунктов пришлось усиливать, снимая части, в том числе и из Белостока.

Пружаны. После разгромного удара отряда Седова в 1941 году* (см. в "Мы из Бреста. Рейд выживших") больших происшествий там не было. Местные аэродромы функционировали бесперебойно. Мы без больших проблем уничтожили в городе гетто* (27 декабря 1942 года Пружанское гетто было ликвидировано. В Слобудке немцами было уничтожено около 10 тыс. пружанских евреев, остальные были направлены в Освенцум).

Прекрасно знали о том, что в Гуто-Михалинском лесу (Ружанская пуща) действует партизанский отряд имени Сталина во главе с лейтенантом Журба. Как и о, по-моему, еще тринадцати партизанских группах, расположенных в том районе. Наши егеря частенько с ними дрались и существенно сократили их численность. Но за все это время в самих Пружанах партизанской активности не наблюдалось.

-Ты забыл сказать о еврейском сопротивлении в гетто.

- Прости, но оно было не столько активно, особенно по сравнению с тем, что было оказано при ликвидации других гетто поэтому я о нем и не говорю. Кроме того гестапо так и не обнаружило связи гетто с партизанами и не смогло привязать евреев к диверсиям на железной дороге.

Можно было считать, что Пружаны идеальное место для тылового района. И вдруг такое ЧП - нападение на аэродромы. Охрана обстреляна из автоматического оружия и минометов. Гарнизон поднят по тревоге, занимает оборону, высылает подкрепления к атакованному участку. Но там уже все спокойно. Русские диверсанты прячутся в лесах. Только вместо этого они совершают нападения на железную дорогу и на 36 часов останавливают движение поездов на линии Брест-Минск.

- И что тебя тут смущает? Однажды такое уже было. В 1941 году, да и потом партизаны постоянно особенно в прошлом году атаковали жд. магистраль.

- То, что все это выглядит слишком скоординированным. В свете последующих событий - в Белостоке. Русские организовали "шум" в разных местах от Волковыска до Пружан для скрытной переброски бригады Седова к нам в тыл. Именно поэтому во всех перечисленных нападениях участвовали партизаны.

- Хм. Штабы партизанского движения и Белорусских фронтов решили пожертвовать своими партизанскими отрядами и группами, чтобы скрыть переброску хорошо подготовленного и вооруженного "тигра" в наш тыл... Довольно оригинально и стоит признать рационально. Мы бросаем свои части ловить "мышей", сокращаем гарнизоны, а "слон" в это время начинает "громить посуду в нашем шкафу". Неплохо задумано. Я об этом как-то не подумал. Продолжай, мне интересен ход твоих мыслей.

- А что тут продолжать? Ты сам все сказал. Русские в очередной раз нас переиграли на нашем же поле. С учетом гигантских самолетов, что доставили в Белосток подразделения Седова, "слон" может оказаться слишком опасным.

Болота, леса и русские диверсанты в случаи крупного русского наступления не дадут нам возможности отступать через тот район. Нам останется только коридор между Брестом и Львовом. А это не есть хорошо, так как там же будет отступать группа армий "Юг". Имеющейся в том районе транспортной инфраструктуры не хватит на всех. Войска перемешаются, и об организованном отступлении под ударами русской авиации и танков вряд ли стоит говорить ...

- Не все так печально мой друг. У нас хватает сил удержать коридор. Тем более что бригада Седова видимо действительно будет стараться удержать под своим контролем дороги в районе Белостока - Гродно. На большее одной бригады не хватит. А это дает шанс блокировать тот район и зачистить его от диверсантов.

- То есть использовать против русской бригады резервы?

- Да. Ничего другого не остается.

- Этого и добиваются русские. Вспомни, русские, вскрыв оборону обоих аэродромов Белостоке и Бельск-Подляшки, разгромив местные гарнизоны и отделения гестапо. Ушли в сторону Кнышиньской пущи и Августовские леса. Во всяком случаи именно так нам сообщили выжившие и свидетели из местных жителей. Десять суток наша авиация и части двух пехотных дивизий, присланные для укрепления нашего фронта с Запада, вместо того чтобы усилить передовую линию, гонялись за ними. Но в итоге все закончилось пшиком. Захват двух десятков русских партизан, разгром отряда АКовцев, уничтожение нескольких тысяч бежавших из Белостокского гетто евреев и поимка группы бежавших военнопленных вряд ли можно назвать большой победой.

Далее. После разгрома гарнизонов в Белостоке, Заблудуво, Курьяны и Бельск-Подляшкий, сделав довольно большой крюк по лесам, русские диверсанты вышли к Беловежу и разгромили местный гарнизон. И вновь растворились в пуще. Опять наши войска гонялись по пуще за призраками, но так и не смогли ничего сделать. Боюсь, что и дальше им придется это делать.

- Ты не прав. Смогли же наши парни несколько раз блокировать подразделения бригады в пуще. По докладам они нанесли русским большие потери. Ты же сам осматривал трупы и захваченные предметы обмундирования и амуниции.

- Да было такое. Ну и что? Русские диверсанты все равно смогли вырваться из окружения.

Увы, мы не можем везде быть сильными. И русские прекрасно это знают и пользуются. Я проанализировал все сведения, что пришли с места боев с подразделениями этой бригады. Как в пуще, так и в Августовских лесах. И выяснил следующее - русские прекрасно обучены драться в окружении. Они создают мобильную оборону, минируют дороги, обстреливают наши колонны и тут же отступают. Или бьют нам в спину. Итог всегда один и тот же - они, понеся минимальные потери, вырываются из окружения. Подчас подставляя наши части под удар нашей же авиации.