Вячеслав Шестаков – Бытовая культура итальянского Возрождения: У истоков европейского образа жизни (страница 50)

Но гораздо важнее были интеллектуальные последствия географических открытий. Они оказали влияние на прогресс ботаники, зоологии, геологии, медицины. А главное заключалось в возникновении идеи глобального единства. С локальным пониманием истории и географии было покончено раз и навсегда. Каждый человек, каждый народ, каждая нация оказались не островом, а частью материка, несмотря на расстояния и этнические отличия. Идея глобализма в его географическом значении — это продукт Возрождения, это самый значительный результат Великих географических открытий.

В эпоху Возрождения в связи с ростом городов появляется потребность коммуникации между ними. Возникает почтовая система, объединяющая всю Европу. Период пилигримажа, характерный для Средних веков, окончился раз и навсегда. На его место пришли торговые компании, которые стали активно перевозить товары из страны в страну, из города в город. Наряду с этим развивалась и система частных поездок. Если судить по опыту неутомимого Эразма, то многие профессора и студенты часто переезжали из университета в университет в поисках знаний и хорошего заработка. Путешествовали и ради удовольствия, ради открытия новых мест. В связи с этим развивалась индустрия путешествия.

Главными артериями жизни в Европе были дороги, построенные римлянами. Они обрастали гостиницами и трактирами, в которых могли остановиться путешественники. Эти предшественники современных Хилтонов были подчас грязными и тесными. Порой путешественнику предлагали ночевать в одной кровати с незнакомым человеком. Гостиницы были небезопасными. В Австрии за один год в них убивали более сотни людей. Путешествовали, как правило, верхом, но в скором времени появились и почтовые кареты. Они двигались медленно, не более 30 километров в день. Путешествовали обычно в компании с друзьями, в одиночку путешествовать было опасно, могли ограбить или посадить в тюрьму как шпиона. Путешественники вооружались, чтобы противостоять бандитам, кишевшим в лесах, или нанимали охрану, которая сопровождала кареты во время путешествия. Но несмотря на все трудности и отсутствие комфорта, путешественников становилось все больше и больше. В Италии возникали типографии, которые издавали путеводители по интересным местам. В Англии такого рода путеводитель издал впервые Уильям Какстон в 1483 году, в нем содержались, помимо всего прочего, фразы на французском языке о том, как найти отель, как нанять лошадь. Так начиналась индустрия туризма. Через какие-то сотню лет путешествия, или, как их стали называть, Grand Tour, начали считать обязательным в воспитании в образовании благородного человека.

2. Homo ludens: праздники, фестивали, карнавалы

В своей книге «Творчество Франсуа Рабле и народная культура Средневековья и Ренессанса» Михаил Бахтин убедительно показал смысл и значение карнавального феномена в ренессансной культуре. По его мнению, смеховая, или карнавальная культура возникла еще в Средние века. Это были всевозможные «праздники дураков», «праздник осла», «храмовые праздники». «Все эти обрядово-зрелищные формы как организованные на начале смеха чрезвычайно резко, можно сказать принципиально, отличались от серьезных — церковных и феодально-государственных — культовых форм и церемониалов. Они давали совершенно иной, подчеркнуто неофициальный, внецерковный и внегосударственный аспект мира, человека и человеческих отношений; они как бы строили по ту сторону всего официального второй мир и вторую жизнь… Это особого рода двумирность, без учета которой ни культурное сознание Средневековья, ни культура Возрождения не могут быть правильно понятыми»[170].

На исходе Средневековья смеховая народная культура начинает проникать в верхние слои литературы. Поэтому литература Возрождения, впрочем, как и изобразительное искусство, вбирает в себя эту народную традицию. Боккаччо, Шекспир, Рабле, Сервантес прекрасным образом демонстрирует этот процесс. В их творчестве воедино сливается игра и серьезность, народная, низовая и профессиональная, высокая формы культуры.

Йохан Хейзинга в своей книге «Homo Ludens», посвященной анализу игрового феномена в европейской культуры, специально выделяет Ренессанс как период наивысшего проявления игровой деятельности. «Если когда-либо сознательная и обособляющая сама себя элита стремилась воспринимать жизнь как игру воображаемого совершенства, то это была среда Ренессанса. Вновь и вновь нужно напомнить, что игра не исключает серьезности. Дух Ренессанса был далек от фривольного. Следование древности было для него святым и серьезным делом. Преданность идеалу пластического творчества и изобретательного разума отличалась небывалой интенсивностью, глубиной и чистотой. Вряд ли можно себе представить фигуры более серьезные, чем Леонардо и Микеланджело. И все-таки духовная ситуация в целом в эпоху Ренессанса есть ситуация игры. Это утонченное и в то же время свежее, могучее стремление к благородной и прекрасной форме есть играемая культура. Все великолепия Ренессанса — это веселый или праздничный маскарад, переодевание в наряд фантастического и идеального прошлого. Мифологические фигуры, аллегории, заимствованные издалека и отягощенные грузом астрологических и исторических сведений, — все они будто шахматные фигуры на доске. Ренессанс пробуждает две в высшей степени игровые системы воплощения мира в образах — пастораль и рыцарство — к новой жизни, а именно к жизни в литературе и в празднике. Трудно назвать другого поэта, который бы полнее воплотил игровой дух, чем Ариосто. Он для нас тот, кто в одно и то же время наиболее совершенно выразил и атмосферу, и ведущую тенденцию Ренессанса… Поэзия Ариосто неоспоримо свидетельствует в пользу тождества игры и поэзии»[171].

Популярность праздников в эпоху Возрождения определялась ролью народной культуры, ее влиянием на все другие слои культурной жизни. Несомненно, публичные театральные представления, среди которых наиболее популярными были мистерии, — театрализация сцен священной истории, пантомимы, карнавальные шествия и процессии — носили массовый характер и были широко доступны всем. Как отмечает Якоб Буркхардт, празднество в ренессансной Италии — это «возвышенный момент народного бытия — момент, когда религиозные, нравственные и поэтические идеалы народа воплощались в зримой форме. Итальянское празднество в его высшей форме — подлинный переход из жизни в искусство»[172].

Италия отличалась от многих других странах Европы своей безумной страстью к различного рода праздникам. Самыми популярными видами празднества были мистерии, связанные с изображением сцен библейской истории, смерти и воскресении Христа. Они имеют богатые традиции, уходящие в Средневековье, но постепенно праздники Тела Христа теряют свой церковный характер и смыкаются со светскими драматизированными представлениями. Они приобретают пышный характер, превращаются в костюмированное шествие, в карнавал. Название «карнавал» связано с тем, что на праздничных шествиях в различных городах Италии использовали повозки (carno), имеющие вид кораблей, на которых восседали участники праздника. Повозки медленно тянули лошади, замаскированными покрывалами. Эта имитация морских судов, плывущих по суше, породила название «карнавал».

Центром карнавальных празднеств были Флоренция и Венеция. В XV веке во Флоренции представления устраивались на барках, стоящих на реке Арно. Публики было так много, что однажды мост через реку, на котором стояли зрители, рухнул. Очень часто на празднествах использовались различные технические сооружения, поражавшие зрителей. В Италии для мистерий строились платформы с тремя секциями: для рая, ада и земной жизни. На венецианских празднествах вместо традиционных шествий использовались выезды на воде. На кораблях и барках, украшенных коврами и флагами, устанавливались подъемные машины, которые возносили в воздух фигуры гениев и богов. Костюмированные юноши и девушки изображали тритонов и нимф. Количество кораблей было так велико, что не было видно воды. Начиная с XV века в Венеции практиковалось проведение на Большом канале регат, зрелище, которое стало предметом изображения в живописи. На площади св. Марка проводились маскарады и турниры. Светские празднества, связанные с коронациями, свадьбами, приездом знатных людей, спортивными соревнованиями и конными ристалищами, вытесняли религиозные мистерии.

Венецианский карнавал собирал большое количество людей. На время карнавала население Венеции удваивалось. Из Венеции мода на карнавальные гуляния в масках распространилась по всей Европе. Другие итальянские города тоже использовали маски, но только для изображения мистерий. В Венеции маска была принадлежностью каждого. В Венеции изготовление масок стало видом массовой и прибыльной индустрии.

В Милане в празднованиях герцога принимал участие Леонардо да Винчи. Он изобрел для графа Сфорца машины, которые выполняли автоматические действия. Одна из машин представляла движение все небесных сфер. Грандиозные карнавалы происходили в Риме. Они сопровождались состязаниями между лошадьми, буйволами, людьми разных возрастов. Здесь проводились карнавальные «сражения» всадников и парады вооруженных горожан. В Риме практиковались маскарады на площадях и факельные шествия на улицах. Причем папа сам участвовал в уличных празднествах, разгуливая среди костюмированных масок или устраивая угощения для народа.