Вячеслав Шестаков – Бытовая культура итальянского Возрождения: У истоков европейского образа жизни (страница 22)

Но главный вклад в развитие издательского дела в Италии внес Альд Мануций (1449–1515), основавший свое быстро растущее издательство в Венеции. В начале XVI века Венеция становится центром книгопечатания в Италии. В 1501 году в ней издавалось вдвое больше книг, чем в Париже, и одна седьмая часть всех книг, производимых в Европе. Недалеко от площади Сан-Марко в 1500 году существовала улочка Меркериа. Ее занимали книжные магазины, издательства и дома, где жили со своими семьями издатели. Туристы приезжали в Венецию покупать стекло, но вместо этого они покупали книги, которые только что вышли из-под пресса.

Издательская марка Альда Мануция

Правда, Альд не был венецианцем. Он родился в маленьком холмистом городке Бассиано, расположенном в 75 километрах от Рима. Как и многие, ставшие впоследствии великими, например, Леонардо да Винчи, он пришел в большой город из провинции. Альд поступает на факультет искусств в Риме и в течение пяти лет прилежно изучает классические источники. После этого он едет в Феррару к известному педагогу-гуманисту Гуарино, у которого он изучает греческий язык. Этот язык был привилегий гуманистов. Если латынь была нужна для знания медицины или юриспруденции, то греческий язык был необходим для того, чтобы читать в оригинале греческих классиков. Не случайно гуманисты с таким восторгом встретили приезд Мануэля Хрисолора, который прибыл во Флоренцию обучать греческому языку.

После этого Альд стал преподавателем, давая частные уроки греческого языка. Именно в этот момент в Италию попал печатный станок, изобретенный Гуттенбергом. И тогда Альд, который имел прекрасную репутацию как педагог, вдруг решил стать издателем. Очевидно, это было призванием свыше. Основать издательскую компанию было не так просто: для этого нужны были большие капиталовложения. Нужен был пресс, металлический набор шрифтов, нужна была хорошая бумага, которая стоила дорого. Чтобы решить все эти проблемы, Альд нашел двоих компаньонов, которые обеспечили солидный капитал. Не будучи состоятельным человеком, Альд имел в компании не более 15–20 процентов. Но зато он был мозгом компании.

Альд решил начать с издания книг на греческом языке. В 1495 году он издает греческую грамматику Теодора Газа. Но самым грандиозным его проектом было издание всех сочинений Аристотеля на греческом языке. В Средние века работы Аристотеля были известны только на латыни. При этом латинские переводчики допускали ошибки при переводе, привносили в аристотелевский текст свои толкования. В 1498 году Альд издал полное сочинение Аристотеля (без утерянных в то время «Поэтики» и «Риторики») в пяти томах in folio. За этим последовали первые греческие издания Аристофана, Эпикура, Демосфена, Еврипида, Теофраста, Фукидида. За двадцать лет своей деятельности Альд издал около тридцати литературных и философских греческих текстов. Большинство его изданий были доступны для преподавателя или профессора университета. Один том сочинения Аристотеля стоил от одного до трех дукатов, тогда как профессор университета зарабатывал в год до ста дукатов. Так что он мог себе позволить приобрести оригинальное, первое в европейской литературе печатное издание греческой классики.

То, что раньше хранилось в виде одной-единственной рукописи, он издавал тиражом в тысячу экземпляров. Со временем Альд мог увеличивать тиражи своих изданий. Например, книгу Мартина Лютера «Обращение к христианской знати немецкой нации» он напечатал тиражом в 4 тысячи экземпляров.

После серии греческой классики, Альд стал печатать латинскую литературную классику — Вергилия, Цицерона, Горация, Ювенала. Он также издавал современных гуманистов, писавших на латыни, в частности, «Сочинения» Анжело Полициано, Эразма Роттердамского. Он напечатал труды Данте, Петрарки, в его издательстве вышла знаменитая книга Пьетро Бембо «Азолани» (1498).

Альд изменил формат издания латинской классики. До него она печаталась в большом формате, с массой комментариев по поводу каждого небольшого текста. Альд стал печатать эти книги в небольшом формате, без громоздкого комментария. Практически он был первым, кто стал издавать книги карманного формата. Все это удешевило издание и сделало его доступным практически для каждого.

Издания Альда отличались четким набором. Каждая книга сопровождалась маркой издательства — изображением дельфина на фоне якоря. Эта марка просуществовала до конца XVI века, так как после смерти Альда его дело продолжили сын Паоло и внук Альд II (1547–1597).

В деятельности Альда нашло счастливое сочетание ученого и издателя. Как пишет П. Грендлер, «он принес знания издателям и издательские возможности ученым. Альд продемонстрировал ученым, что можно доверять новой технологии и заниматься исследованиями, издавая древние и современные тексты. Он сохранил огромное количество древних текстов и способствовал распространению итальянского гуманизма в других странах Европы. Альд производил прекрасные книги, которые и сегодня восхищают прекрасным набором, чистотой линий, хорошим дизайном. Он принес знания и образцы высокой морали для огромного числа читателей. Поэтому, когда Альд завершил свой жизненный подвиг, он мог быть спокоен. Никто другой не мог сделать больше него»[70].

Рафаэль. Портрет Пьетро Бембо. Около 1504.

Музей изобразительных искусств, Будапешт

С изобретением книгопечатания в первую очередь стали печатать религиозную литературу — Библию и Новый Завет. Но вместе с тем обнаружилось, что многотиражные книги оказались нужными и в других областях знания, прежде всего в медицине и педагогике. Впервые широкому читателю стали доступны многочисленные медицинские рецепты, описания лекарственных трав, способы лечения болезней, которые раньше скрывались только в отдельных, недоступных списках.

Книгопечатание оказало огромное влияние на образование. Джованни Виллани в своих «Хрониках» анализирует состояние образования во Флоренции в 1338 году. В то время в городе насчитывалось 92 тысячи населения. Из них около 15 тысяч составляли мальчики и девочки в возрасте от 8 до 14 лет. Около 10 тысяч детей в этом возрасте могли читать, более тысячи учились в специальных бизнес-школах, и около 600 посещали «грамматические школы». По подсчетам Виллани, около 80 процентов населения Флоренции было грамотным[71]. Это очень высокий процент, в который не входили частные занятия и монастырские школы.

Итальянские гуманисты первыми оценили печатные книги как превосходное средство для воспитания. Их отношение к книгам было сакральным. Они обожествляли книги, собирали их, передавали в школы и библиотеки. В трактате о воспитании Паоло Верджерио мы находим настоящий панегирик книгам как источнику мудрости и наслаждения: «О, книги, славное украшение (как мы говорим) и приятные слуги (как правильно называет их Цицерон), честные и послушные в любых обстоятельствах! Никогда не наскучат, не заводят ссор, не жадны и не дерзки. Прикажешь — говорят, прикажешь — молчат, и всегда готовы к услугам. От них ничего никогда не услышишь, кроме того, что хочешь и сколько хочешь. И поскольку наша память не способна сохранить всего, даже малого, и едва достаточна для удержания каждого события в отдельности, книги, как я полагаю, нужно рассматривать и сохранять как вторую память»[72].

В эпоху Возрождения начинают появляться библиотеки. Сначала они существовали в монастырях и соборах и в основном представляли религиозную литературу, хотя постепенно в них стали появляться книги светского содержания. Постепенно, наряду с монастырскими, появляются городские библиотеки. Таковы были библиотеки Гвидо Гонзага в Мантуе (в 1403 году она насчитывала 400 рукописей), библиотека д’Эсте в Ферраре (243 рукописи), библиотека в Падуе, которая к 1426 году насчитывала 1000 книг.

Кроме того, возникали и богатые личные библиотеки. Большой библиотекой в 2 тысячи книг обладал Петрарка. Врач Джованни Донди оставил в 1389 году библиотеку в 100 томов, среди которых были сочинения Цицерона, Овидия, Плиния, Витрувия, а из сочинений современных авторов — сочинения Петрарки. Богатая библиотека, насчитывающая 800 книг, принадлежала Салютати. Богатый дворянин Антонио Корбинелли владел замечательной библиотекой римских авторов, в которой было 194 латинских и 79 греческих рукописей. У банкира Пала Строцци в библиотеке к 1431 году насчитывалось 277 книг и т. д.

Иллюстрация Леонардо да Винчи из книги Луки Пачоли «О божественной пропорции». 1509

Показательна в этом отношении судьба библиотеки гуманиста и педагога Витторино да Фельтре. Она служила целям преподавания, и после смерти Витторино переходила в руки других настоятелей школы, которую он возглавлял. Очевидно, это была первая в Европе школьная библиотека.

Еще одна сфера, которая получила преимущественное развитие в связи с книгопечатанием, — это сфера теории и истории искусства. Все известные итальянские книги по теории живописи, архитектуры и музыки получили широкое распространение благодаря печатному станку. Постепенно издание книг усложнялось, появилась потребность иллюстрировать их хорошо выполненными работами. Часто к оформлению книги привлекался крупный художник. В этом смысле прекрасный пример представляет книга ученого монаха Луки Пачоли «О божественной пропорции». Поразителен тот факт, что иллюстратором книги стал не кто иной, как Леонардо да Винчи, один из самых крупных художников позднего Возрождения. В своей книге Пачоли доказывает универсальный характер математической пропорции, без которой невозможно никакое измерение, ни торговля, ни живопись, ни архитектура. К тексту книги Пачоли Леонардо приложил несколько десятков своих рисунков различных многоугольников, иллюстрируя мысль Платона, что в основе всех вещей лежат геометрические тела. Можно сказать, что Леонардо стал первым художником книги, его иллюстрации сделали трактат Пачоли бестселлером. Если такое слово позволительно для культуры Возрождения.