Вячеслав Шестаков – Бытовая культура итальянского Возрождения: У истоков европейского образа жизни (страница 14)

Сандро Боттичелли. Идеальный женский портрет (Портрет Симонетты Веспуччи).

1480–1485. Штеделевский институт, Франкфурт-на-Майне

Леонардо да Винчи. Дама с горностаем (Портрет Чечилии Галлерани).

Музей Чарторыйских, Краков

Гуманистическая философия оплодотворяла искусство, снабжала его образами, идеями, сюжетами. Эти образы возникали и трансформировались под влиянием неоплатонической философии любви, которая, таким образом, оказывала прямое воздействие на изобразительное искусство Возрождения. Без знания этой философии довольно трудно, а иногда и просто невозможно, понять смысл и значение многих произведений ренессансной живописи.

Женская красота, описываемая в итальянских трактатах, лучше всего представлена в женских портретах. Большинство из них создают образ реальных людей, известных нам по литературным или историческим источникам. Художники Возрождения стремятся, с одной стороны, к максимальному реализму, передаче индивидуальности, а с другой стороны, они передают определенный тип красоты, свое представление об идеале.

Тициан. La Bella (Красавица). 1536. Палаццо Питти, Галерея Палантина, Флоренция

Разнообразие женских типов, изображаемых в ренессансном портрете, как бы служит иллюстрацией к трактатам о женской красоте. Мастером женского портрета был Леонардо да Винчи. В своем портрете «Дамы с горностаем» (Национальный музей в Кракове) он изображает портрет Цецилии Галлерани, подчеркивая в ее облике элегантность, изысканность, символическую связь с животным, которого она держит на руках. Если пользоваться терминологией Фиренцуолы, то этот портрет передает прелесть (grazia) женской красоты. Тициан изображает портрет женщины в голубом платье, называя его не именем модели, а в обобщенном виде — «La Bella» — красоткой (Палаццо Питти, Флоренция). Здесь перед нами предстает скорее величие красоты (maesta), которое подчеркивается роскошью платья, драгоценным ожерельем. Пьетро де Козимо создает прекрасный портрет «Симонетта Веспучи» (музей Конде, Шантилли). Она изображена, очевидно, в образе Клеопатры, с обнаженной грудью и с маленькой змейкой, обвивающей ее шею. В терминологии Фиренцуолы, она символизирует venusta — изящество. «Портрет женщины» Сандро Боттичелли (Государственный музей, Берлин) демонстрирует изящество линии и погруженность в себя, то, что можно было бы назвать vagezza — обаяние.

Несмотря на реализм, точность в изображении личности, женский портрет эпохи Возрождения несет в себе известный элемент идеализации. Беатриче Портинари Данте, Лаура Петрарки или Симонетта — это не только портрет, но и символ, в котором находятся в единстве фантазия и реальность, метафоричность и жизненная точность. То же самое мы находим в любом женском портрете. Быть может, поэтому они сохраняют свое эстетическое значение и до наших дней.

Пьеро ди Козимо. Портрет Симонетты Веспуччи. Около 1480. Музей Конде, Шантийи

3. Брак и семья

Во все исторические эпохи брак был важным социальным институтом. От него зависело возникновение новой семьи, ее социальная мобильность, демография, религиозная и социальная история. Поэтому историки внимательно изучают институт брака, его изменения в истории, его социальные и юридические нормы.

Говорят, что браки создаются на небесах. В Италии эпохи Возрождения все происходило по-иному: браки создавались на земле и с самыми земными и вполне прозаическими намерениями. В эту эпоху брак был серьезным экономическим и юридическим актом. Большинство свадеб происходили по сословному принципу: крестьяне женились на крестьянках, горожане на горожанках, юристы роднились с семьями других юристов, врачи с врачами, купцы с купцами и т. д. Что касается высших классов — банкиров, аристократов, купцов, то у них кандидаты на новую семью подбирались тщательно с помощью специальных чиновников. Женитьба на представителях другого класса или сословия была редким делом.

Исторические исследования, касающиеся брачных контрактов и браков, показывают, что в XVI веке браки становятся предметом высокой политики. Этой политикой занимается прежде всего папский двор, стремясь устраивать браки папской семьи и кардиналов с известными аристократическими семьями. «Принцип был простым: брак с членами папской семьи или с семьями папского круга позволял братьям невесты получать кардинальскую шапочку. Существует масса примеров, подтверждающих этот принцип. Франческо Сфорца становится кардиналом в 1583 году после того, как его сестра выходит в 1576 году замуж за Джакомо Боркопаньи. Асканио Колонна получает повышение по службе после того, как его племянник Марко Антонио женится на любовнице папы Сикста Пятого. Алессандро Орсини становится кардиналом в 1615 году в результате брака между Марко Боргезе и Камилой Орсини. Джероламо Колонна становится кардиналом после того, как его сестра выходит замуж за Таддео Барберини. Это становится распространенным явлением в брачной политике папской семьи»[43]. Анализ брачных и семейных отношений показывает, что папский двор в Риме использует брак как инструмент политики. Пирамида, на которой держалась курия, целиком зависела от брачного рынка, который контролировался и использовался римскими папами.

Мастерская Фонтана, Урбино. Влюбленные, пьющие из одного бокала. 1575–1600.

Городской музей, Пезаро

У представителей низших классов дело происходило значительно проще. Будущие муж и жена встречались в церкви, на фестивалях, на коллективных сельскохозяйственных работах, после чего начинался процесс ухаживания. В будущей жене ценилась не столько красота, сколько здоровье, крепость, способность к физической работе. Чаще всего браки заключались между мужчинами около 30 лет, когда он был в состоянии прокормить семью, а девушки выходили замуж как можно раньше. Так что разрыв в возрасте между мужчиной и женщиной, вступающими в брак, составлял около 10–15 лет. Естественно, что мужчины в добрачный период не ограничивали свою сексуальную активность: они вступали в связь со служанками, любовницами или просто проститутками. Так что к моменту брака он был, как правило, сексуально подготовленным.

Ухаживание носило ритуальный характер. Влюбленные обменивались небольшими подарками — перчатками, карманными платками, кольцами, монетами. Если начинающиеся отношения прерывались по вине родителей или других партнеров, то подарки возвращались. В этот период юноши и девушки обладали свободой изменять свои решения, отказываться от обещаний в браке или находить новых партнеров.

Эрколе де Роберти. Портрет Джованни II Бентивольо.

Около 1474–1477. Национальная галерея искусства, Вашингтон

В 1549 году суд в Болонье рассматривал дело об отказе Марии де Реджио в обещании выйти замуж за садовника Андреа Лаппи. Влюбленный садовник подарил Марии ожерелье из кораллов, черный вельветовый пояс, отороченный серебром. Но в назначенный день Мария отказалась надеть на себя все эти подарки при посещении церкви. Дело запахло скандалом, родители боялись осуждения соседей. Но когда ее брат спросил, почему она не надевает подарки, Мария ответила просто: «Потому что я не хочу Андреа». В результате дело решилось в ее пользу.

Эрколе де Роберти. Портрет Джиневры Сфорца.

Около 1474–1477. Национальная галерея искусства, Вашингтон

Сексуальные отношения между будущими членами семьи не исключались. От 5 до 20 % новорожденных детей появлялись после восьми месяцев после свадьбы. Это означает, что еще до свадьбы они были в интимных отношениях.

Наконец, дело завершалось подписанием письменного контракта о браке (scritta), который подписывался не брачующимися, а их отцами, которые при этом могли обмениваться поцелуями. Визуальным символом брака было рукопожатие на фоне сердца. Так возникала новая семья.

Мастерская Джакомо Манчини. Блюдо с изображением новобрачных. Середина XVI века.

Музей Виктории и Альберта, Лондон

Следует отметить, что юридические нормы всячески поддерживали патернализм, признавая ведущую роль отца при заключении брака. В Болонье юрист Балтус в конце XIV века предлагал налагать штрафы на тех, кто заключает браки без согласия и участия отца. Это предложение получило поддержку, чтобы приостановить попытки некоторых молодых людей заключать секретные браки в надежде получить за невестой большое приданое и ограничить возможности «брачного рынка». Поэтому в стратегии семейного брака отец играл большую роль. Хроники сообщают многочисленные эпизоды о борьбе различных семей по поводу заключения браков, в особенности в связи с расторжением брачных обещаний. При этом, как пишет Тревор Дин, «отцы часто играли противоположные роли: их интересы по отношению к своим дочерям отличались от отношений к сыновьям, поскольку наследование шло по мужской линии»[44].

Бернардино Личинио. Женщина с мужским портретом. Около 1525–1530. Кастелло-Сфорцеско, Милан

Марко дель Буоно Джамберти, Аполлонио ди Джованни ди Томазо. Роспись внутренней стороны крышки кассоне в честь брачного союза семей Пацци и Борромеи. 1463. Художественный музей Университета штата Индиана, Блумингтон

В связи с усилением и обновлением законодательства по поводу брака, существовала система наказания за преступления на сексуальной и матримониальной почве. Предметом юридических санкций были три главных преступления против закона: супружеская измена, двоеженство и изнасилование. Правда, система наказаний не была стабильной и равномерной. Супружеская измена со стороны замужней женщины наказывалась строже, чем измены супруга. В «Декамероне» Боккаччо описывается даже смертная казнь за измену замужней женщины. Но на практике при установлении этих наказаний учитывались различные обстоятельства. Так, в случае насилия рассматривались изнасилования на насильственной почве и насилия по причине соблазнения.