Вячеслав Седых – Свобода или смерть! (страница 38)

— И черепашка? — попытался выковырять языком застрявший между зубами кусочек, очень реалистичного мясца, недоверчивый ученик.

— Весь этот мир— иллюзия! — широко взмахнув руками, жестоко добил всезнающий Страж.

Файл робко оглянулся по сторонам. Мрачные пустые кресла сгинувших операторов отгородились от суетного мира глухим бронестеклом. Мёртвые экраны компьютеров зло подмигнули отражениями лучей света в чёрных стёклах незрячих глаз.

— Пожалуй, начните — ка историю с самого начала, — поёжился Файл, сомневаясь уже в душевном здоровье древнего отшельника, и скорректировал запрос — Дедушка, вы, помниться, про мою маму хотели рассказать.

Страж помолчал минуту, перебирая в памяти давние события.

— Шарлотта Дир… Умнейшая была женщина, — грустно вздохнул старик, и на экране за его спиной возникло изображение молодой улыбающейся красотки в коротеньком белом халате. — Она работала над проблемой перевода информации из головного мозга в цифровую форму и обратно. Отлично разбиралась в сложнейших проблемах биологии и информатики. Именно под её научным управлением был создан первый прототип современного мыслескопа.

— В Старом Свете все считают разработчиком мыслескопа главу корпорации «Мыслетрон», — нахмурился Файл.

— Гай Сир был лишь главным администратором проекта, — скривился, будто кислый лимон разжевал, старик. — Говнюк присвоил себе все лавры изобретателя. А умел лишь деньги считать и интриги плести. Это он придумал легенду про Шардов, чтобы выбить финансирование и засекретить исследования. Якобы, учёные открыли проход в параллельный мир, на планету с погибшей цивилизацией, где жители переродились в бесплотных духов, способных творить чудеса.

— Шарды— это сокращение от Шарлотты Дир, — догадался смышлёный вождь дикзелов.

— Справедливых всезнающих Шардов тоже создала твоя мама, — кивнул Страж. — Конечно, над программой работал огромный коллектив, но гениальные идеи генерировала Шарлотта Дир. Она пыталась построить идеальное самоуправляемое общество, без коррумпированных карательных органов. Этакое райское государство в иллюзорном мире.

— Но если Адская зона— иллюзия, то, как в неё «засосало» сто миллионов узников— настоящих?! И разве возможно программировать столь реалистичный мир? Ни одному компьютеру не по силам обработать массив меняющейся информации при взаимодействии сотни миллионов человеческих разумов! А ведь Шарды ещё и мысли всех узников читают!

— Не все вопросы сразу, малыш, — поднял ладонь Страж. — Начнём с последнего. Как в Старом Свете читают мысли заключённых?

— Считывают через мыслескоп, — сразу выпалил ученик.

— Тебя на планету — тюрьму в «замороженном» виде притащили?

Файл помолчал с минуту и предположил:

— Ну, допустим, что я, на самом деле, сейчас лежу в анабиозе в какой — нибудь криокамере, — прищурил глаз задумавшийся ученик, — но тогда и остальные сто миллионов узников должны тоже лежать по «шконкам» в соседних камерах. Это какой же должна быть тюрьма — народов?!

За спиной «препода» открылась панорама с бесконечными рядами ячеек, словно пчелиные соты, в которых лежали голые тела узников. Головы их покрыты сферами мыслескопов, а к коже присосались пластиковые трубки с физраствором.

— Такова реальная картина твоего «чудесного» мира, — не оборачиваясь, большим пальцем указал на экран за спину лектор.

— Значит, электронная тюрьма расположена там же, где пересыльный пункт, — задумчиво почесал подбородок Файл.

— Да, на планете Зея, в тысяче километров от космодрома, — подтвердил кивком Страж. — Комплекс тюрьмы врыт глубоко в скальный грунт и накрыт силовым куполом. Сектор неба над ним простреливается крупнокалиберными бластерами, так что ни один корабль не прорвётся.

— Как в подземные казематы доставляют узников? — уже намечал планы восстания зомби деятельный вождь дикзелов.

— Под землёй, по охраняемому туннелю.

— Метро?

— Больше похоже на скоростную транспортную ленту, — Страж показал на телеэкране мелькающую, бешено мчащуюся гусеницу стеклянных контейнеров. — В тюрьму за сутки привозят более трёхсот тысяч тел узников, примерно столько же забирают обратно.

— Оборот зэков— сто миллионов за год, — поражённый масштабом процесса, присвистнул Файл и сделал перерасчёт на местное время — это один век в Адской зоне.

— И за каждого сидельца правительство Космического Союза выплачивает Шардам годовое содержание узника в обычной тюрьме, — назидательно поднял указательный палец наставник.

— А тело зэка год лежит в анабиозе и кушать не просит, — постиг смысл аферы Гай Сира дикзел. — Это, какие же деньжищи гребёт корпорация «Мыслетрон»?! Хитро придумал, мерзавец!

— Ну, мозговая активность тел тоже энергию расходует, — заступился за прохиндея Страж. — Так что на глюкозу скупердяю, всё же, приходится потратиться. Но Зона первоначально давала прибыль не из — за экономии на харчах зэков. Электронный мир задумывался как технологический рай.

— И зачем людям такой… рай? — скривился дикзел и обратил внимание на не стыковки — А почему вы упомянули, что тюремщики тратятся на корм. Ведь в анабиозе тело узника спит, а мозг потребляет крохи. И ещё, что — то я не видел в Адской зоне признаков современных технологий.

— Вся фишка в том, что мозг стимулируется биополем и работает на износ, — открыл главный секрет Страж.

— В сто раз быстрее?! — уловил идею Файл. — Потому и кажется, что время в зоне течёт по — другому!

— И мозг зэка ускоренно стареет, — печально вздохнул Страж, — а потом, когда организм пробуждается, тело навёрстывает прожитые в иллюзорном мире годы.

— Это, как накопление радиации организмом? — привёл аналогию способный ученик. — После предельной дозы— начинается распад тканей. Вот почему в зоне нельзя жить больше тысячи лет!

— В Адской зоне можно жить вечно молодым, — опроверг юного зэка высушенный жизнью старик и сурово изрёк — Лишь когда на волю выползешь— сдохнешь!

— Извините, дедушка, но вы лично— плохая реклама эликсира бессмертия, — криво усмехнулся наглый дикзел.

— Я таков, каким себя чувствую, — тяжело вздохнул усталый старик. — Как — никак, уж вторую тысячу лет в зоне разменял.

— Очевидно, остальные местные «бородачи» выглядят ещё хуже, — хмыкнул Файл.

— Да, скука старичьё заела, — кивнул ветеран. — Видел же сам: уже даже и жрать никто не приходит— спят беспробудно.

— Так ведь в зоне, оказывается, можно и святым духом питаться, — ухмыльнулся дикзел.

— Умереть зэку не позволит насильственное питание, — подняв указательный палец, напомнил реалии настоящего мира узник зоны. — Но мозг требует привычных ощущений, поэтому будешь страдать от мнимого голода, пока не проглотишь иллюзорную «плюшку». Основная программа Адской зоны как раз и отвечает за реалистичность картины мироздания.

— Теперь понятно, почему, после перезагрузки программы, на Лежбище зэки оживают какими «сели» в зону, — довольно улыбнулся Файл. — И чтобы виртуально потолстеть, надо вновь нажраться «жирных» иллюзий. А чтобы состариться— потерять вкус к жизни.

— Вкус жизни… — тихим эхом грустно отозвался древний старец и понурил голову.

Файл бесцеремонно прервал возникшую паузу:

— Так выходит, что сказки не врут про бессмертных небожителей— устали Шарды от мирской суеты. Так зачем мучиться?

— В зоне умереть нельзя, — назидательно подняв палец, повторил учитель.

— Старики, так вы же уже все сроки отсидели! Пора на волю! — бодро призвал мумий проснуться дикзел.

— Мы не простые заключённые— на техперсонал амнистия не распространяется.

— Так учёным пожизненный срок дали?! — ужаснулся Файл.

— Корпорация «Мыслетрон» не допустит утечки технологических секретов.

— Вы все рабы корпорации, — догадался Файл, — из — за того, что разработали совершенную модель мыслескопа?

— Наши спецы ещё много чего наворотили… за первую сотню лет в зоне, — невесело похвастал дед. — Потом задора поубавилось, течение жизни в затхлом мирке остановилось… Чистый пруд превратился в грязное болото… Смысла дальше жить не осталось— скука…

— А вот я встречал в зоне очень жизнелюбивых тысячелетних дедушек, — Файл вспомнил Огненного Дьявола и Странника.

— Очевидно, они смогли жить свободными в пределах своей темницы, — отмахнулся старик и грустно добавил — видимо, им было о чём ещё мечтать.

— Как выяснилось, в Адской зоне можно создать настоящую семью и даже иметь детей! — горячился молодой парень.

— О парадоксе «детей зоны» мы узнали только спустя тысячу лет, когда уже всем осточертело жить в электронной тюрьме, — Страж горестно вздохнул. — Да и не захотели старики играться с «цифровыми» детьми.

— Любава была настоящей! — сжав кулаки, грозно зарычал дикзел. — Она любила! и была любима!

— То — то и главное, — спокойно возразил Страж, — что любима. Ведь новое сознание может существовать в цифровом мире, если только о нём будут думать люди. Без внимания, ребёнок зачахнет и умрёт— сотрётся из программы. «Цифровых детей» надо любить всю жизнь, иначе они, как цветы в пустыне, зачахнут.

— А могут ли у «детей зоны» рождаться свои дети? — задумался над продолжением жизни в райском мире Файл.

— Экспериментально это пока не подтверждено, — почесал затылок Страж, — но почему бы и нет? Во всяком случае, семейная пара с одним «настоящим» человеком уж точно может иметь ребёнка. А вот возникновение подпрограммы в системе обособленной программы— это вопрос для следующего поколения. На заре создания мира Адской зоны никто из разработчиков не мог себе даже представить, как бурно начнёт развиваться автономная программа.