Вячеслав Миронов – Вирусный террор (страница 18)
Незнакомец развел руки, показывая, что они пусты. Ну, это для малолеток.
– Поговорим, мужчина?
Голос Командира. И это его выражение – «мужчина».
Молчу. Поймали меня. Быстро. Если уж Генералу меня поручили ликвидировать, значит все… Кто-то сказал, что смерть – венец жизни. У некоторых он терновый, вот только мне умирать-то не хочется.
– Не танцуй, Барышников из тебя сегодня никудышный. Идем в твою машину.
Стою, молчу, понимаю, что в машине шансов спастись у меня почти не будет. Да и не зайчик я, чтобы всю жизнь бегать. Предприятие мне выдало выходное пособие. «Уход» на пенсию. Не думал я, что так будет. Именно вот так…
– Сядь в машину. Полчаса наблюдаю за тобой. Ты выкурил четыре сигареты. Эта – пятая. Выпил бутылку, наверное, с кофеином. На месте сидеть не можешь, тампоны прикладываешь. Походка как у клоуна на сносях. Если бы я пришел с другой целью, то у меня было много времени. Даже сейчас сел бы в машину, вздохнул, а выдохнул бы у Пети. Ну?
Молча иду к машине. Там у меня еще пистолет.
– Садись на пассажирское сиденье, у тебя ребра болят, поэтому руки держи на панели. Правую руку сверху.
Не говорю ни слова. Обхожу его. Сел, как он сказал. Думай, просчитывай ситуацию. Хочешь умереть? Нет!
Шеф сел сзади за мной.
– Говори, коль за разговорами пришел.
– Ты это мне расскажи.
– В «кондуктора» набрал выпускников ПТУ?
– Не понял.
– Меня тут группа школьников пыталась «уволить».
– Давно?
– Несколько часов назад. Не «включай дурака». Не оскорбляй мой мозг. Ты с «билетом» пришел? Выписывай.
– Не за тобой я пришел. Поговорить.
Фраза какая-то недосказанная. Повисла в воздухе.
– И еще что-то?
– Это уже второй вопрос. Он будет вытекать из первого. Зависит от ответа.
– Спрашивай.
– Если коротко, то просто – что за ерунда?
– Не понял.
– Сижу в Париже, пью кофе. Вроде как должен куда-то лететь, что-то делать. Тут телеграмма, звонки, Интернет будто взорвался. Короче, отменяется все, ЧП! На связь не вышел. Информации нет. Разыскивается полицией как наркоторговец. Приказ – разобраться, доставить домой, «хвосты зачистить». В случае невозможности информацию и деньги доставить в Центр, тебя – «уволить» задним числом.
– В анус стрелять будешь?
– Все шутишь?
– Плачу, рыдаю! Давай стреляй. Пистолет с глушителем, выстроились через спинку сиденья, кровь на тебя не попадет. Вытрешь ручку двери, ты, кстати, в перчатках. Потом заберешь коврик из-под ног. Там остались отпечатки ботинок. Коврик – в воду. Концы в воду. У меня есть время выкурить последнею сигарету?
– Ручки на панели держи. Без сигареты обойдешься. У меня слезы навернулись от твоего эпилога.
– Так чего ты ждешь?
– Правды.
– Тогда слушай. Включи диктофон.
– Рассказывай.
Кратко, внятно, без эмоций, только факты, хронометраж, сухой рапорт. Я рассказал и про Инну, и почему сюда приехал. О том, чтобы встретить исполнителей.
– Вот такие у тебя подчиненные – толком даже выполнить задание не могут.
Немного помолчав, Потапыч ответил:
– Это не мои люди. Таких я не знаю.
Я не видел его лица, но похоже говорит правду.
– Информация осталась?
– Осталась. Для резервного канала.
– Почему на связь не вышел, почему мобильник заблокирован?
– Я же считаю, что меня списали. Вот и выключил.
– Поехали домой.
– Не могу, генерал. Не могу.
– У меня приказ.
– А ты не понял? Предатель или его марионетка в Центре. Не просто в Центре, а либо в разработчиках или среди тех, кто командует.
– Думай, что говоришь.
– А ты подумай. Погоняй информацию в голове. А я покурю.
– Я тебе покурю! Сиди!
– Спина затекла! Курить хочу!
– Сиди как сидишь! Я знаю все фокусы наперед. Я тебя им учил. Но пара заготовок у меня осталась. О них знают те, кто уже никому не расскажет.
– Я вот что, командир, думаю. Возможно, тебя самого «списали в металлолом», и набрали выпускников Школы. Тогда следующим номером ты у них записан. «Оптимизация штатов» без выходного пособия. Похороны с почетным караулом – это дешевле, чем пенсию платить.
– Не пугай, а то палец дрогнет.
– Не пугаю. Мысли вслух.
– Думай молча.
– Давай пообщаемся. Одна голова хорошо, а две, говорят, лучше.
Молчит командир, знаю, что сам думает. Он сосредоточен. Ему сейчас проще меня пристрелить, потом уехать домой и доложить, что я отказался от эвакуации, но где гарантия, что я не прав и его самого уже не ждет сосновый ящик с солдатиками по бокам? Вот и сопит генерал. Шарики в голове крутятся, гремят так, что, кажется, и снаружи слышно.
– Мое личное наблюдение и ощущение, что когда девочка в квартире убивала двух источников, уж больно напоказ это было.
– Не понял.
– Для чего было использовать штурмовой пистолет с лазерным целеуказанием? Там обычного автоматического пистолета с глушителем хватило бы за глаза. Например, «Вальтер ППК». Его потом и бросить не жалко. А здесь… На кино похоже.
– Может, для тебя позировала?
– Чтобы через секунду разнести из гранатомета? Сам бы как поступил? Вот поставь себя на место этой пионерки.
– Для начала я тебя убрал бы. Зная, что ты пойдешь по адресу, то на входе или выходе, или в квартире. Потом те два тела – в расход. Можно было и проще – взорвать подъезд. Там же газ?
– Газ. Все правильно.