Вячеслав Козырев – Две ведьмы (страница 14)
– Тебя куролиск не тронет.
– Почему?
– Первый, кого птенец увидит, тот и родитель. Так что теперь ты у него, можно сказать, самый близкий родственник. Мама.
– Издеваешься?
– Ничуть. Закон природы.
– Тогда уж папа, – вздохнул Санька.
– Мапа, – прозвучал у него в голове скрипучий голос.
– Чего? – уставился на птенца Санька.
– Ты – мапа. И мама, и папа.
– Пусть будет мапа, – согласился богатырь. – А ты… – ты будешь Василий. Вася.
Птенец согласно чирикнул.
Санька задрал голову и завопил:
– Баюн, всё нормально, это Василий!
– Ну, коли так, то объясни ему, что я твой друг.
– Вася, это друг.
Птенец с сомнением посмотрел на родителя, немного подумал и кивнул.
– Он согласился! – крикнул Санька.
– Ну ты даёшь, – проворчал кот, заглядывая в яму. – Я, конечно, понимаю – ты у нас везунчик, но что бы до такой степени. Хотя, и выгода есть. Говорят, он таскает родителям серебро и золото, а главное, будет защищать тебя от врагов.
– О золоте потом. Как мне отсюда выбраться?
– Вопрос сложный. Ты в яме – в любую сторону земля. Наверх вытащить не могу, не за хвост же цепляться. Но ничего, тут Василиса неподалёку. Тебя ищет. Так что подожди немного. – И кот исчез.
– Ну вот, сейчас придёт моя Василиса, – мечтательно произнёс Санька и посмотрел на Васю. – Ты знаешь, какая она у меня замечательная. Всё может, даже колдовать. Она нас в два счёта вытащит.
Куролиск согласно кивнул и в голове у парнишки зазвучал Васин голос.
– Мапа, а почему у тебя нет крыльев?
– Так… это… – растерялся Санька. – Вообще-то они были. Но я болел, и они усохли.
– А хвост?
– Отвалился. Тоже после болезни.
– А я не заболею? – забеспокоился Вася.
– Ты нет. Это очень редкая болезнь. Из далёкого Тридевятого царства.
– Это хорошо, – успокоился куролиск. – А почему мы тут?
– Почему, почему, откуда я знаю, – рассердился Санька. – Что за ребёнок за пять минут сто вопросов. Мы такими в детстве не были. Вот выберемся наверх, тогда узнаем
Вася поглядел наверх и снова уставился на «папашу».
– А покушать?
– Вылезем – тогда и поешь, – решительно заявил Санька. – А пока лучше поспи.
Куролиск вздохнул, привалился к Санькиной ноге и закрыл глаза, превратившись в разноцветный комок.
Неизвестно, сколько прошло времени – наконец раздались голоса, шуршание, и сверху посыпались мелкие камешки и земля.
– Ура, Василиса! – завопил Санька.
Он вскочил на ноги и задрал голову вверх. Куролиск недовольно пискнул, но глаза не открыл, продолжая мирно дремать. А наверху появилась голова кота, а рядом сумрачная физиономия со спутанными волосами.
– Кикимора? – удивился Санька. – А где Василиса?
– Не знаю, – буркнул кот. – На месте не оказалась, ушла куда-то.
Кикимора скорчила рожу и исчезла.
«Сейчас какую-нибудь лестницу или верёвку скинет, – решил Санька. – Ладно, вылезу и сам найду Василису».
Прошло несколько томительных минут и возле края ямы появилась Кикимора, но вместо помощи размахнулась и запустила в Саньку шишкой, угодив точно в лоб. Санька сжался, а болотная нечисть замахнулась второй шишкой.
– Ты чего делаешь? – завопил Баюн, оттаскивая Кикимору от ямы.
– А ты куда меня привёл? – кипятилась она. – Там же Хряк.
– Кто? – опешил кот.
– Советник Берендея.
– Да это Санька, богатырь.
– Ты мне голову не морочь, – накинулась на кота Кикимора. – Он мне сам сказал.
– Сама посуди, Хряку сколько лет? А этот молодой.
– Н-да? – недоверчиво переспросила она и заглянула в яму. – А может он морок навёл?
– Да чтоб у меня лапы отсохли и хвост отвалился, – патетически воскликнул Баюн.
– Я бы его всё-таки тут оставила. Ну да ладно, сам потом будешь расхлёбывать.
Кикимора снова исчезла, затем появилась и опустила вниз длинный тонкий ствол сухой берёзы. Правда, до края ямы он немного не доставал, да и казался слишком хлипким, но других вариантов не предвиделось, и Санька толкнул птенца.
– Выходим.
Вася вскочил, распушил перья и встряхнулся. Наверху раздался истошный вопль, топот и наступила тишина.
– Чего там у вас?! – крикнул Санька.
– Куролиска увидела, – произнёс появившийся кот. – С тобой столько сложностей.
– Подумаешь, с ней не меньше было, – проворчал Санька.
Он посадил Васю на плечо и полез наверх. Карабкаться по тонкой, сучковатой деревяшке – удовольствие малоприятное. Вскоре он ободрал ладони, дыхание срывалось, к тому же Вася тоже весил немало и сильно давил на шею. В конце концов Санька добрался до конца жердины и застопорился. До края ямы оставалось чуть больше метра, однако земля осыпалась под руками и зацепиться было не за что. Санька попытался встать ногами на торец палки, но не удержался и повалился вниз. С размаху шмякнулся о землю, хорошо ещё не разбился, да и Вася догадался соскочить в шеи и с истошным писком, трепыхая крыльями, приземлился рядом.
– Ты как?! – с тревогой воскликнул Баюн. – Живой?
– Кости целые, – ответил Санька, поднимаясь и потирая ушибленный бок. – И что теперь делать?
– Не знаю.
– Да, – вздохнул Санька и посмотрел на своё кольцо. – Есть у меня колечко, да не то.
– Стоп, – насторожился Баюн. – Это что?
– Берендей подарил. На свадьбу. Мне и Василисе. Фамильные.