Вячеслав Киселев – Ход конем. Том 1 (страница 31)

Шли уже третьи сутки, как мы двигались на восток, а я все еще думал, как мне поступить с Мальтой. Аббас, хоть и рассказывал складно, но невольничьего рынка лично не видел, а говорил с чужих слов, в чем честно признался. Каких же сказок могут нагородить суеверные матросы, можно вспомнить на примере истории про пиратов-людоедов, растворяющихся в тумане. Хотя немногие корсиканцы, имеющие опыт плаваний в ту сторону, тоже утверждали, что воды вокруг Мальты лучше обходить стороной. Сюда же складно ложилась история моего путешествия на «Барракуде» из турецкого плена. Мы ведь тогда прошли вдоль Сицилии, да и её капитан-работорговец, вода ему стекловатой, обычно пополнял запасы в Сиракузах.

Ладно, принимаем за исходную точку, что работорговля на острове, это факт. Значит кубло работорговцев необходимо уничтожить. Но, насколько я помню, эти парни толк в обороне своего острова знают, не зря выдержали осаду превосходящих турецких сил. А я биться лбом об их бастионы не подписывался, у меня вообще-то другие планы на это лето.

Что еще я знаю об ордене? Ну, во-первых, диким архаизмом выглядит сам факт существования в восемнадцатом веке религиозного ордена, целью создания которого являлось оказание помощи паломникам в Святую Землю во времена крестовых походов, притом еще и фактически владеющего целым островом. После всего, что произошло с католической церковью за последние лет четыреста, это не просто архаизм, это издевательство над здравым смыслом. Видимо, поэтому, потеряв смысл своего существования, заложенного при основании ордена, «рыцари» и скатились на уровень пиратов-работорговцев.

А, во-вторых, я узнал, что у меня, есть огромная семьяформально орден является вассалом Сицилийского королевства, являющегося, в свою очередь, вотчиной испанских Бурбонов. То есть, крыша у них испанская, а вот с французами, вроде как, отношения натянутые, из-за союзнических отношений последних с Османской империей, хотя у испанцев с французами мир, дружба, жвачка. Короче, без бутылки, как обычно не разберешься, а значит будем импровизировать и в этот раз, придется по настоящему.

***

Приняв решение, я уже не сомневался и сразу приступил к постановке задач, до острова оставалось не более суток хода:

– Рудольф, возвращайте свой флаг обратно на «Кристиана Седьмого», я возьму «Троицу» и пойду под андреевским флагом в Ла Валлетту. Со мной отряд спецназа и три сотни морпехов со щитами, буду изображать корсара на русской службе. Думаю, что война с турками уже началась, а у русских, по результатам прошлой войны, есть несколько островов в Эгейском море, это и будет моим пунктом назначения по легенде. Вы ведите флот южнее, к Лампедузе и через трое суток, к полудню подходите на рейд Ла Валлетты. Пары суток мне будет достаточно, чтобы разобраться с обстановкой и что-нибудь предпринять. С богом!

– Слушаюсь Ваше Величество, – козырнул Седерстрём, но после добавил с сомнением в голосе, – осмелюсь спросить, вы не рассматриваете вариант взять менее приметный корабль, чем флагман?

– Разделяю ваши сомнения Рудольф, но нам в этом случае, как говорят русские, что в лоб, что по лбу. Насколько я знаком с этим вопросом, то более подходящим для корсара кораблем будет фрегат, но туда четыре сотни десанта не посадишь. А если брать линейный корабль, то любой из них будет привлекать к себе внимание. Не думаю, что рыцари ордена досконально знают боевой состав испанского флота, а «Троица» корабль достаточно новый и в этих водах возможно еще не бывала. Ну а если будет серьезная заваруха, лучше иметь крепкие борта и сто двадцать пушек, чем их не иметь!

– Конечно Ваше Величество, – кивнул адмирал и снова посмотрел на меня, – прошу разъяснить еще один момент. Каковы мои действия при встрече с боевыми кораблями, если это будут не англичане? Мы ведь будем ограничены в выборе курса и возможностях маневрирования, чтобы соблюсти сроки прибытия на Мальту!

– Благодарю Рудольф, чуть не упустил этот момент. Итак, с англичанами понятно, подаете условный сигнал. Венецианцев и всяких итальяшек не трогаете. Просто идите своим курсом и все. Не думаю, что появятся желающие попытать удачи в бою с полусотней линейных кораблей. А вот французов, испанцев или турок атакуйте без малейших сомнений. Больше потопим сейчас, меньше останется на потом. К тому же канонирам нужно получить боевой опыт, его тренировками не заменишь. С тактикой действий вы разберетесь и без моих дилетантских подсказок, главное помните – вы здесь единственный хищник, действуйте агрессивно и навязывайте противнику свою волю. Но в Ла Валлетте быть не позднее шести часов пополудни!

Завершив посадочно-высадочные операции, флот принял правее, к побережью Африки, а «Троица» продолжила путь на Мальту. Я же принялся лепить горбатого, а именно изготавливать каперское свидетельство. Как оно выглядело здесь по настоящему я понятия не имел, но никакой проблемы я в этом не видел. Что это за документ по своей сути? Доверенность от какого-либо государя на право применения оружия против кораблей и судов противника, находящегося с ним в состоянии войны. Значит так и напишем русским языком, да не забудем побольше завитушек налепить. А печать у меня своя есть, императорская. Все равно русского здесь никто не знает, а уж как выглядит чья-то печать и подавно. Как говорится, мизер не ловленный.

***

Утром двадцать четвертого июня «Троица» подошла ко входу в двойную гавань Ла Валлетты, похожую на раскрытую пасть морского чудовища, по центру которой лежал язык суши, превращенный в огромную крепость, просто подавляющую своей мощью. Думаю, что бомбардировка с моря, при сегодняшнем уровне развития артиллерии, здесь заранее обречена на неудачу. Хорошо, что в крепостях есть люди, которые могут стать слабым звеном в их защитной системе.

Мы бросили якорь и подав установленный сигнал о том, что просим безопасной стоянки для пополнения запасов пресной воды, принялись ждать местные власти, которые, на наше счастье, не заставили долго ждать.

– Вuon pomeriggio signori, chi siete e qual è lo scopo di arrivare a Malta! –произнес небольшую речь офицер, поднявшийся на борт в сопровождении десятка солдат.

Никто, естественно, ни хрена не понял, но язык я однозначно идентифицировал, как итальянский. Хотя для офицера он явно был не родным. Фразы у него получались какие-то рубленные и тяжеловесные. Да и внешним видом и типажом, несмотря на густой средиземноморский загар, он больше смахивал на немецкого ландскнехта.

– Ich verstehe nicht! – решил я проверить свою догадку и ответил по-немецки, что ничего не понимаю.

– Восточно-прусский говор, земляк! – обрадованно развел руки офицер и продолжил беседу явно не по уставу, – Каким ветром тебя занесло в эти края?

Учил немецкому меня Вейсман, который сам происходил из рода остзейских немцев, а это соседи восточных пруссаков. Видимо, от учителя я манеру разговора и перенял, что сегодня может сослужить мне добрую службу.

– Меня занесло в эти края сладким звоном монет, – достал я из кармана галифе кошель с деньгами и погремел им, – А вот, что ты забыл на этом убогом клочке суши посреди моря, земляк?

Естественно, для операции на Мальте образ берберских пиратов не подходил, поэтому все сбрили свои абрековские бороды, а я еще и поменял удобную арабскую одежду на френч и галифе, правда не очень подходящие для, практически, североафриканского климата. Но деваться было некуда.

С завистью посмотрев на пухлый кошель, офицер тяжело вздохнул и решил вернуться к исполнению служебных обязанностей:

– Давай завершим формальности земляк, с этим здесь строго, а после поговорим. Кто вы и какова цель вашего прибытия на Мальту?

Понимающе кивнув ему, я подал каперское свидетельство и представился:

– Барон фон Штоффельн, корсар на службе русского императора, следую в Эгейское море для борьбы с турецким судоходством. На Мальте для пополнения запасов пресной воды!

– Барон, прошу простить за панибратство, давненько не встречал здесь приличных людей, да еще и земляков, а манеры у наемников не в чести. Барон Ленц, капитан портовой стражи ордена Мальтийских рыцарей! – кивнул он в знак приветствия.

– Не стоит извинений барон, мы не на приеме. Будем знакомы, Йохан! – протянул я ему руку.

– Фридрих, благодарю за понимание, – пожал мне руку немец, – я тогда продолжу!

Мельком глянув на свидетельство, он вернул его мне и принялся растолковывать правила ордена, касающиеся судоходства в прибрежных водах Мальты и посещения гавани Ла Валлетты, сводящиеся в основном к праву «висты», необходимости осмотра корабля и запрету проводить на острове торговые операции с местными жителями в обход правил ордена и вне официально разрешенных мест.

– По этому поводу можете не беспокоиться, Фридрих, торговля, это не наш хлеб. Призового товара пока нет, на корабле только экипаж и четыре сотни абордажников, а в трюмах провиант и остатки воды. Может быть твои подчиненные сами проверят корабль, а мы пока осмотрим мою каюту! – заговорщически подмигнул я ему.

Моё предложение отторжения у Фридриха не вызвало и он тут же распорядился на итальянском. Я в свою очередь дал указания командиру «Троицы» показать все, что потребуется, и повел таможенника на ют.