Вячеслав Киселев – Фантастика 2026-40 (страница 65)

— Иванка! — крикнул он и через пару мгновений в боковой стене кабинета открылась дверь, задекорированная под дверцу шкафа, из которой появилась миловидная девушка, — Подай нам чаю и сливовицы!

Девушка без слов сделала небольшой книксен и юркнула обратно за дверь.

— Был господин полковник, да весь вышел! Прошу, располагайтесь, — показал он рукой на кресло, стоящее около журнального столика, — вышел высочайший Указ о расформировании нашего полка и упразднении Славяносербии. Весь состав полка отправлен в отставку.

— Спасибо Георгий Райкович, — расположился я на кресле, — так и я тоже уже не полковник, а генерал-майор в отставке!

— Поздравляю Иван Николаевич, но почему в отставке? — в недоумении пожал плечами Депрерадович.

В этот момент девушка внесла поднос с графином и закусками. Выпив за встречу и победу над турками по рюмке крепчайшего сливового самогона, мы продолжили разговор. Я коротко рассказал Депрерадовичу о моих приключениях в Турции и на Корсике, а также о мотивах, побудивших меня выйти в отставку и дальнейших планах.

— Вы ведь удивились Иван Николаевич, когда я принялся вас обнимать, как старого товарища? — внимательно посмотрел мне в глаза Депрерадович.

— Признаюсь, было немного Георгий Райкович! — улыбнулся я.

— Думал я про вас Иван Николаевич, ну не именно сейчас, а вообще. Хотел я, чтобы вы приехали и разворошили это сонное царство, в которое здесь все превратилось, — обвел он рукой пространство вокруг себя, — не хочется мне так и просидеть здесь в тишине до гробовой доски. Сил у меня еще много, но куда их приложить? А вы не такой, как все. Где вы, там изменения, что-то новое, необычное. Даже не знаю, как это выразить словами!

— Как гласит одна народная мудрость «Бойтесь своих желаний, они имеют свойство сбываться»! — поднял я рюмку, — Думаю, что у меня есть, что вам предложить Георгий Райкович, но учтите — легко не будет!

Возвращаясь домой, я был избавлен от тяжких дум, обычно сопровождающих человека при поездке в незнакомое место. Просто ехал, вспоминал прошлое и созерцал окрестности. Вот эти думы о прошлом и навели меня на одну интересную мысль. Зная об упразднении Славяносербии и понимая, что с исчезновением дикого поля смысл содержания поселенных полков теряется, я был на сто процентов уверен, что Бахмутский гусарский полк расформируют. О том, что будет с личным составом полка, я мог только предполагать, но вряд ли сербы захотят куда-то уезжать. И вот здесь для меня открывалось окно возможностей. Есть бесхозная команда, состоящая из грамотных людей под руководством человека, имеющего авторитет, а также опыт управленческой и административной работы, в том числе взаимодействия с властями на посту начальника Славяносербии.

Замахнувшись на освоение Донбасса, кроме создания заводов и шахт, я неизбежно сталкивался с необходимостью основания населенных пунктов для работников своих предприятий, что тянуло за собой создание администраций для них. Этот момент мы с Потемкиным в генеральном плане, конечно, предусмотрели, включив в разнарядку определенное число чиновников различных уровней. Но мне, естественно, будет удобнее работать с людьми, которых я знаю и которые знают меня. В этом и заключалась суть моего предложения Депрерадовичу.

Глава 19

Донецк

Задерживаться в Серебрянке я не стал. Хотелось побыстрее оказаться дома и увидеть Доброго, да и дел было невпроворот. Поэтому, договорившись с Депрерадовичем, который сразу после нашего разговора развил бурную деятельность по сбору командного состава расформированного полка, что на пути в столицу я опять заеду к нему для уточнения дальнейших действий, мы покинули дом Депрерадовича.

В Луганское заезжали уже после полуночи, благо полная луна позволяла двигаться без опаски. Местные собаки, всполошенные незнакомым транспортным средством, подняли лай и сюрприз не получился. Добрый, бывший как обычно настороже, встречал карету у крыльца нашего дома.

— Командир, добрался наконец! — облапил он меня.

— Тише медведь, раздавишь! — вырвавшись из объятий Доброго, оценил я его фигуру, — Ты никак еще здоровее стал?

— Есть немного, чем тут еще зимой заниматься. Мы в казарме спортивный уголок оборудовали, парни из нашей роты тоже окрепли и в рукопашке неплохо продвинулись! — улыбнулся Добрый.

Оставив Ефрема на попечение Архипа, мы прошли в дом, немного смыли дорожную пыль, наскоро перекусили и последовав народной мудрости, легли спать.

Так хорошо я давно не высыпался, потому как — в гостях хорошо, а дома лучше. После завтрака, озадачив Вейсмана составлением штатного расписания Донецкой горно-металлургической компании и подготовкой приказов о назначении должностных лиц компании, мы с Добрым и Фроловым расположились за столом в гостиной и начали изучать карту окрестностей, подготовленную Добрым.

С момента, как сошел снег, мои парни смогли обнаружить пять мест, похожих на заброшенные шахты, из которых три были в районе Лисьей балки, а два недалеко от Бахмута. Решив не откладывать дело в долгий ящик, я написал письмо хозяину постоялого двора Степану Тимофеевичу и отправил Фролова с пятеркой бойцов, обнаруживших местные шахты, в Лисью балку на рекогносцировку.

Оставшись наедине с Добрым, можно было обсудить вопросы не предназначенные для чужих ушей. Быстро обменявшись новостями, снова подошли к карте и начали планировать дальнейшие действия.

— Командир, разработки в районе Бахмута это конечно хорошо, но я что-то не помню в том мире большого количества шахт в этом районе! — показал Добрый на район южнее Бахмута.

— Согласен, если считать, что расположение залежей аналогично тому, то смысла ковыряться в районе Бахмута нет. Нужно сразу в районе Донецка начинать работу. Больше всего терриконов я видел севернее ДКАДа, между Авдеевкой и Ясиноватой. Не зря ведь там коксохим построили! — ткнул я в карту.

— Точно, там еще водохранилище было на Кальмиусе! — поддержал меня Добрый.

— Хорошо, тогда давай в роту, пусть собираются в турпоход на пару недель. Поедем на месте осмотримся, начнем строить плотину и найдем место для закладки города, а я пока с бумагами разберусь! — свернул я карту.

Через полчаса Вейсман принес мне на подпись приказы о назначении мной меня же генеральным директором, Гнома — заместителем генерального директора и генеральным конструктором, Доброго — тоже моим замом и по совместительству начальником службы безопасности, а также себя начальником канцелярии. Пугачева с его парнями и бойцов моей бывшей роты, которые еще до моего приезда согласились дальше продолжить службу, зачислили в штат службы безопасности, а Архипа и Ефрема подчиненными Вейсмана. Фролова Вейсман тоже предложил официально трудоустроить — на должность бергмастера, то есть старшего по геологии и горным работам. Ведь я буду ему платить деньги, а это лучше делать официально, чтобы потом учесть в расходах. А парень то шарит, подумал я, когда Вейсман подал мне проект приказа о назначении Фролова.

По итогу работы, горно-металлургическая компания получилась у нас на «загляденье» — директор с замами и помощниками, пятьдесят рыл охраны и один горный инженер. Ну ничего, Москва тоже не сразу строилась. Закончив с бумагами и сказав Вейсману собираться в дорогу, я пошел к своему хозяйственному соседу, бывшему ротмистру Мирославу Войновичу. В его домохозяйстве, на первый взгляд, ничего не изменилось за прошедший год, только дети подросли, да живности стало побольше. Отказавшись ввиду занятости от приглашения на обед, я вкратце посвятил его в свои планы по привлечению личного состава полка и предложил подумать над вопросом трудоустройства в мою компанию на должность заместителя по материально-техническому обеспечению.

До конца дня я успел еще съездить на хутор, где обсудил со старостой Савватеем расширение посевных площадей в свете скорого прибытия переселенцев. За последнее время хутор разросся и, по словам старосты, они вполне могли потянуть обработку еще пятидесяти-шестидесяти десятин. Дав ему добро на распашку дополнительной земли и сообщив, что с этого года арендная плата будет в товарном виде, а всю остальную продукцию я буду у него выкупать, поехал домой. Вечерком знатно напарились в бане и немного посидели втроем, без фанатизма. Как говорится «всем спать — завтра ж на охоту».

Утром двинулись на юг и к вечеру прибыли на место, пройдя километров сорок-сорок пять. После похода в Крым, бойцы моей бывшей роты были уже опытными путешественниками, поэтому все задачи по обустройству лагеря решались влет и никаких дополнительных указаний не требовалось. Переночевав, на следующее утро мы с Добрым отправились осматривать округу. Пройдя несколько раз вниз по течению Кальмиуса и обратно, мы смогли вычислить небольшую низменность, прилегающую к реке, которая, на наш взгляд, могла бы стать водохранилищем.

На следующий день, озадачив большую часть бойцов перегораживать реку, благо ширина реки в этом месте была всего метров пять-шесть и течение было не очень сильным, мы с Добрым взяли с собой десять человек с запасом кольев и пройдя километра два вниз по течению реки нашли почти идеально ровную площадку размерами не меньше моего поля на хуторе. Здесь и будет основан город Донецк.