Вячеслав Киселев – Фантастика 2026-40 (страница 104)

– Совершенно справедливо, Ваше Величество, совершенно справедливо! – закивал Верженн головой, как китайский болванчик.

– Вы когда-нибудь охотились на медведя граф? – неожиданно поинтересовался я.

– Не приходилось, Ваше Величество! – удивленно ответил посол.

– Для того, чтобы тыкать рогатиной спящего в берлоге медведя, нужно быть очень храбрым человеком граф! – начал я вещать поучительным тоном, – И я очень храбрый человек. Но, чтобы делать тоже самое, не имея за спиной троих друзей с ружьями, нужно быть очень глупым человеком. Я, граф, не глупый человек и собираясь на охоту на русского медведя, хочу, чтобы все мои полки были со мной. А как я смогу это сделать?

– Прошу простить, Ваше Величество, я не знаю. У меня нет военного опыта! – пожал плечами француз.

– Мне нужна Норвегия! – стукнул я кулаком по подлокотнику трона, – Мне нужно исключить угрозу моей столице со стороны норвежских войск и тогда я смогу забрать с собой все свои полки. Поэтому, перед походом на восток, я захвачу Норвегию. А вы формально поддержите меня, чтобы ни у кого не возникло желания помешать мне. К тому же, Дания союзник России и будет логичным ослабить русских перед тем, как напасть на них. Устройте это посол, или сделка отменяется, а вся перечисленная субсидия останется у меня. Идите!

***

Узнав у обер-гофмейстера, что два года назад на коронацию Густава Третьего было потрачено шестьсот тысяч серебряных риксдалеров, я охренел. На что можно было потратить столько денег, когда нужно всего лишь прийти в церковь и возложить корону на голову новоиспеченного монарха? При том, что корона, как мне сказали, была бэушная, изготовленная сто лет назад. Да, даже если весь Стокгольм неделю поить шнапсом на халяву, то не потратишь и десятой части этой суммы.

Хотя, если честно, то вся эта канитель с коронацией меня интересовала в десятую очередь. Для этого у меня имелась супруга, лично знакомая со всей процедурой. Договорившись с ней, что бюджет коронации ограничим одной сотней тысяч, о чем следовало распространить в обществе информацию для создания положительного имиджа бережливой королевской семьи, а мне не придется одевать никаких попугайских нарядов, я со спокойной совестью приступил к планированию операции «Копенгаген».

Рассказывая при встрече Потоцкому про высадку в Копенгагене, я не являлся полноправным автором этого плана. В том мире, во времена наполеоновских войн, англичане уже проводили похожую операцию и захватывали Копенгаген, вместе со всем датским флотом, а я просто вспомнил об этом в разговоре. Но сейчас мне требовалось детально проработать этот вопрос с профессионалами, которые и поведут корабли в бой. Потому, как при действиях на море, поговорка «гладко было на бумаге, да забыли про овраги», сияет во всей своей красе, напоминая про невидимые глазу мели и течения, неожиданное отсутствие ветра и просто плохую погоду, которые могут накрыть медным тазом любой, сколь угодно замечательный, план.

***

Закончив обед, я предложил, удивленному приглашением во дворец, контр-адмиралу Седерстрёму прогуляться в саду, чтобы обсудить этот вопрос подальше от лишних ушей:

– Рудольф, все, что я сейчас скажу вам, должно остаться в полной тайне. Каково ваше мнение о возможности атаки Копенгагена с моря?

Несмотря на свою молодость и необычность ситуации, контр-адмирал не стал бить себя пяткой в грудь и кричать «все что ни прикажете ваше величество», а ответил, как и подобает настоящему профессионалу:

– Копенгаген крепкий орешек, Ваше Величество. По восточному берегу острова Амагер датчане обычно выставляют в виде плавучих батарей корабли, не способные к выходу в море. На северной оконечности острова эти батареи упираются в форт «Три Короны», защищающий вход в королевский канал. На этом форте более шестидесяти орудий, что больше бортового залпа линейного корабля, к тому же береговая артиллерия всегда превосходит корабельную точностью стрельбы. Там же, с запада от форта, якорные стоянки датских кораблей. Далее, на юг по каналу, подходы к королевскому дворцу Амалиенборг прикрывает очень мощная крепость Кастелет. А сам пролив Эресун, разделяющий Данию и Швецию, и вход в канал изобилуют мелями. Поэтому все и ходят в Северное море проливом Большой Бельт, с западной стороны острова Зеландия!

– Отлично, чем сильней противник, тем почетней его побить. Какой план действий предложили бы вы, получив такую задачу? Подробности сейчас не важны, я хотел бы понять общее направление вашей мысли Рудольф!

– Я бы точно не полез в канал на линейных кораблях и фрегатах, Ваше Величество, оставив их на большой воде для общего прикрытия десанта, а в канал пустил бы армейскую галерную флотилию с малой осадкой, к тому же низкобортные однопалубные галеры будут прикрыты от огня пушек Кастелета берегом канала! – быстро и одновременно с сомнением, ответил Седерстрём.

Заметив это, я сразу спросил:

– Вас что-то смущает в вашем плане Рудольф?

– Да, Ваше Величество, мой план хорош, если бы армейская флотилия появилась под Копенгагеном по мановению волшебной палочки, но так не бывает. Галеры базируются в Финляндии для действий на восточном направлении, да и мореходность у них слаба для открытого моря. Мы просто не сможем сосредоточить нужный нам флот, не раскрыв перед датчанами факта подготовки к войне. А без внезапности нападения, наша атака будет скорее всего отбита, у нас ведь нет тотального превосходства над датским флотом в количестве вымпелов! – пожал плечами адмирал.

Разговор с командующим флотом меня очень порадовал. Хороший командир, этот Седерстрём, не стал лебезить перед королем, говоря не совсем приятные вещи. Зато, это дало мне пищу для размышлений и я не сомневался, что найду способ решения этого ребуса.

***

Через два дня я пригласил Стенбока и Седерстрёма покататься на королевской яхте и обсудить мой план:

– Господа, коронация через две недели, поэтому времени на подготовку у нас не так много. Насколько я знаю в мае-июне по части штормов на Балтике тихо, поэтому перебазированию галерного флота на запад ничего помешать не должно. Посему, Рудольф, вы немедленно выводите все линейные корабли и фрегаты в море, якобы опять на маневры. Собираете в Турку и Гельсингфорсе все, что сможет выйти в море, посадив на корабли десантом десять пехотных полков, и следуете к острову Рюген, буксируя галеры линкорами и фрегатами. В охранении держите несколько быстроходных кораблей, которые должны уничтожить любого купца или рыбака, который встретится вам в море и сможет раскрыть наш план. Галерный флот спрячете под прикрытием острова, а линейный флот вернете в Швецию, в район Карлскруны. Сколько на это понадобится времени?

– Не меньше четырех недель, Ваше Величество, в начале лета в северной части Балтики преобладают западные ветра, поэтому до Финляндии мы дойдем быстро, а вот вернуться к Рюгену будет сложнее, придется забирать южнее, к польскому берегу! – ответиладмирал.

– Хорошо Рудольф, берем шесть недель. Будет хороший ветер тяните линкорами галеры, не будет ветра пусть идут сами, а пехоту пусть садят на весла, чтобы гребцы отдыхали, вы потом догоните их и проследите за всем на месте. Теперь вы Карл, – переключился я на начальника Главного штаба, – вы за это время должны скрытно сосредоточить на границе с Норвегией все наши шведские полки, кроме лейб-гвардейского, его офицеры будут обеспечивать нам прикрытие, прогуливаясь с дамами по Стокгольму. Еще неделя на ремонт и пополнение запасов, значит к десятому июня все силы должны быть на исходных позициях. И самое главное абсолютный режим секретности. Вопросы по первому этапу есть?

– Разрешите, Ваше Величество, – попросил слова Стенбок, – если мы заберем из Финляндии десять полков, граница останется не прикрытой, а русские союзники датчан. Я бы на их месте обязательно атаковал Финляндию!

– Хороший вопрос Карл. Скажу так, я уверен в том, что русские не нападут, но про это лучше даже думать молча! – многозначительно ответил я, – Еще вопросы господа?

Услышав отрицательный ответ, я продолжил:

– Рудольф, вот письмо с инструкциями для генерал-майора Левенгаупта. Передадите ему в Финляндии, он будет командовать десантом! – отдал я увесистый конверт адмиралу, – Я к этому времени уже буду в Копенгагене со своими гвардейцами, прибыв инкогнито на курляндском корабле. Оба флота должны встретиться на рассвете тринадцатого июня у Хеллвикена и сразу атаковать Копенгаген, где мы уже захватим Амалиенборг и форт «Три Короны». А вы Карл одиннадцатого июня пересечете границу и одновременно с нами захватите Осло. План морского боя я оставляю на ваше усмотрение Рудольф, главное высадить пехоту с юга и с севера города, дальше Левенгаупт сам разберется. И последнее господа, помните, что это наши будущие сограждане, поэтому никакого мародерства и грабежей, а вы Рудольф постарайтесь принудить датские корабли к сдаче, не нанося им фатальных повреждений, они нам еще пригодятся!

Не успел я закончить фразу, как Стенбок встал и с выражением проговорил:

– Ваше Величество, это очень рискованный и сложный план, но я горд тем, что смогу пойти в бой под вашим началом. После того, как вы с тридцатью гвардейцами остановили Уппсальский полк, я верю в ваш безоговорочный успех. Вы затмите славу Карла Двенадцатого и Фридриха Великого!