Вячеслав Каликинский – Легионер. Книга вторая (страница 27)

Судейкин рассчитывал, что этот ложный след вполне удовлетворит тех, кто схватит Войду – и флотских офицеров с «Нижнего Новгорода», и полицейские власти Сингапура. Поверит в это и сам Ландсберг – если уцелеет, конечно! Ведь Ландсбергу было известно о существовании у Власова брата. И если Войду после покушения схватят и подвергнут допросу – максимум что может предпринять капитан «Нижнего Новгорода» – дать телеграфную депешу в Россию с сообщением об инциденте и запросом относительно личности лже-Власова.

Существование в природе брата Власова, гимназического учителя из какого-то провинциального городишки, русская полиция подтвердит. Сам же учитель, как успел выяснить дотошный Судейкин, успел выехать из России на воды в Швейцарию. После получения наследства от умершего брата учитель ударился во все тяжкие, завел рысаков и хористочку, с коей и прожигал остатки денег на модных курортах.

Обговаривая с Войдой возможные поимку и арест после покушения на Ландсберга, Судейкин, как мог, успокоил своего агента. Британская колониальная полиция не станет возиться с пришлым российским подданным, которому вздумалось убить каторжника-соотечественника на борту русского парохода. Скорее всего, тамошние власти попытаются сбыть убийцу русским, передав его под надзор возвращающегося в Россию экипажа первого же судна. Однако не каждый капитан возьмет на себя хлопоты охраны и содержания под стражей соотечественника на всем далеком пути из Сингапура в российский порт. Стало быть, англичане, с учетом напряженных международных отношений с Россией, скорее всего, просто отпустят агента на все четыре стороны. В худшем случае – возьмут его под формальный надзор, сбежать из-под которого труда не составит.

Все это жандармский агент обдумывал уже не раз. И сейчас, деланно-равнодушно глядя на сражающегося с трубочкой шкипера, он просто еще и еще раз прикидывал: не рановато ли предъявлять греку документы на имя Владимира Власова и выдавать соответствующую легенду? Можно было бы, конечно, заморочить греку голову другими документами – но тут надо было учитывать и то обстоятельство, что в случае поимки Войды после убийства Ландсберга власти могут невзначай поинтересоваться: а как сей братец-мститель, собственно, попал в Сингапур? Если Тако окажется под рукой, он сможет подтвердить: да, господин Власов прибыл в Сингапур на моей шхуне.

Однако сразу капитулировать перед хитрым вымогателем-греком Войде было нельзя. Нужно еще поторговаться, поиграть в игру по своим правилам. Решивши так, Войда принял вид крайне раздраженного разоблачением человека и даже посверкал на шкипера злыми глазами.

– Милейший, ваша дерзость переходит, кажется, все границы! – заявил Войда. – Я заключил с вами сделку: купил у вас место до Сингапура. И весьма щедро оплатил это путешествие, не доставляющее вам ни малейших хлопот! Но я оказался в лапах вымогателя! Вы без зазрения совести сдираете с меня дополнительную оплату за приличное питание – хотя, видит Бог, у цивилизованных людей плата за место на корабле включает в себя и эти расходы… Теперь вы строите из себя детективного агента, пытаетесь разнюхать секреты своего пассажира и хотите заставить его платить за его же секреты! Так дело не пойдет, милейший! Кем бы я ни был, вам нет до этого никакого дела, шкипер! Извольте: я сойду с вашей жалкой посудины в первом же порту – при этом, разумеется, вы вернете мне заплаченные мной деньги за место на шхуне…

– Полегче на поворотах, герр Мюллер! – рявкнул Тако. – Я простой моряк, но моя гордость не позволяет выслушивать всякие оскорбления от неизвестно откуда взявшегося проходимца с фальшивыми бумагами и темными намерениями! Полегче, говорю! Иначе я объявлю это бунтом на корабле и прикажу своим матросам связать вас и бросить в канатный ящик… А по приходу в Порт-Саид сдам вас с вашими фальшивыми документами местной полиции!

Тако легко соскочил с места и сжал кулаки. Заметив краем глаза какое-то движение сбоку, Войда обернулся и увидел, как двое матросов, до сей поры усердно драивших палубу, побросали тряпки и подобрались к нему поближе с самыми недвусмысленными намерениями.

– Я подданный греческого короля, и не позволю никому в моем лице оскорблять флаг моей милой Эллады! – распалялся тем временем шкипер. – Святой Спиридон, да кто может помешать мне просто-напросто выбросить вас за борт, на корм акулам! Вряд ли вас кто-нибудь будет искать, Мюллер! А если и придут ко мне на «Клеопатру» – мои матросы умеют хранить молчание и быть верными слугами своему капитану!

– Ну-ну, успокойтесь, шкипер! Прошу вас, сядьте! Мы оба погорячились… И если я как-то задел ваши чувства, то хочу извиниться за это… Но поймите и вы меня, шкипер, – сделав вид, что испугался, Войда, тем не менее, и впрямь осознал, что целиком и полностью находится во власти этого грека. С ним следовало немедленно помириться.

– Вы даже не дали себе труда дослушать мотивы моего беспокойства, Мюллер – или как вас там! – несколько сбавил тон Тако. – Помилуй меня, пресвятая Мария, – о каком вымогательстве вы вообще говорите?

В крайнем волнении Тако схватил бутылку виноградной водки и допил ее прямо из горлышка. Швырнув пустую посудину за борт, он успокаивающе махнул рукой матросам, плюхнулся обратно в кресло и неожиданно миролюбивым тоном продолжил.

– Поймите и вы меня, господин Мюллер! У меня на шхуне появляется пассажир, который просит доставить его в Сингапур, платит за место немалые деньги и тщательно скрывает свое настоящее имя и истинные намерения. К тому же мне случайно становится известно русское происхождение пассажира, его тайные встречи с жандармским резидентом накануне отплытия из Константинополя. А оружие в вашем багаже, герр Мюллер? А мундиры различных русских ведомств? Поневоле у бедного грека голова пойдет кругом! Тем более, что этот таинственный пассажир едет в Сингапур, где хозяйничают, как известно, англичане. Россия же нынче отнюдь не является дружественной к Британской короне – откуда бедному греку знать, что задумал сотворить в Сингапуре таинственный пассажир с фальшивыми бумагами?

Тако перевел дух, выудил из-за бочонка новую бутылку «озо», привычно отбил горлышко и налил себе изрядную порцию водки.

– Откровенно говоря, герр Мюллер, мне нет дела до англичан. И я не буду сильно переживать, если кто-то сделает этим англичашкам какую-нибудь пакость. Пусть их! Видит Бог, англичане наделали доброй старой Элладе много пакостей… Дело в другом, герр Мюллер! Как я уже говорил, вся моя жизнь проходит в море и мне часто доводится бывать в английских портах. И мне бы очень не хотелось, герр Мюллер, чтобы однажды меня обвинили в пособничестве врагам британской короны… Только этим и продиктовано мое беспокойство, герр Мюллер.

– Хорошо, вы меня убедили, шкипер! – Войда решил, что настал подходящий психологический момент для полной капитуляции. – Признаюсь вам: я действительно русский подданный! И могу предъявить вам соответствующие бумаги и паспорт. На сей раз подлинные. Могу признать, что в Константинополь попал действительно из России, и при этом воспользовался услугами одесских контрабандистов. Однако спешу вас разочаровать, любезнейший шкипер, что сей способ действий продиктован отнюдь не желанием тайно пересечь границы между державами. Как вы, вероятно, знаете, не столь давно Турция и Россия находились в состоянии войны, и пассажирское пароходное сообщение между ними еще не действует. И посему путешественники, желающие попасть в Константинополь, вынуждены добираться до морского побережья через разоренную войной Болгарию. Сие путешествие комфортабельным и безопасным никак не назовешь. На дорогах пошаливают разбойничьи шайки, крестьяне голодают и не в состоянии предложить проезжающим ничего, кроме отвратительной мамалыги. Именно поэтому, шкипер, опытные и не слишком щепетильные путешественники вроде меня предпочитают пользоваться услугами одесских рыбаков и контрабандистов. Что вам еще угодно узнать про меня? Ах, да! Мои визиты в Русскую миссию в Константинополе… Но и тут, уважаемый шкипер, нет ничего предосудительного, ибо жандармский офицер, с которым я встречался, является моим дальним родственником.

– Зачем же вам понадобилось представляться немцем? – Тако все еще смотрел на пассажира весьма недоверчивою.

– И здесь все просто, уважаемый! Русских в Турции после поражения в последней войне не очень любят. Именно по этой причине мой кузен из Русской миссии не только порекомендовал мне путешествовать под личиной немца, но и помог с соответствующими бумагами.

– А за какой нуждой вы едете в Сингапур, герр Мюллер?

– Господин шкипер, для удобства предлагаю вам называть меня отныне господином Власовым. Честь имею – коллежский советник Владимир Власов! – Войда коротко поклонился. – Что же касается целей моего путешествия, то я желаю сохранить их в тайне. Могу лишь заверить вас, что мною движет исключительно коммерческий интерес, господин инженер!

– Зачем же вам, господин коммерсант, оружие и различные мундиры?

– Какой же мужчина нынче путешествует без оружия? – засмеялся Войда. – А что касаемо мундиров, так это ни что иное, как часть моей коллекции форменной одежды. Могу сообщить вам по секрету, господин шкипер, что если бы та проворная девица из таверны Абдуллы полюбопытствовала бы относительно содержания другого моего чемодана, то сегодня вы, чего доброго заподозрили меня либо в алхимии, либо увлечении гончарным делом…