Вячеслав Гот – Зеркало лжёт в полночь (страница 5)

— Кто её опознал? — спросил он.

— Никто, — ответил Морган. — При ней не было документов. Вещи в комнате — на имя Элинор Вуд. Но лицо никто из домашних не знает. Она приехала по рекомендации от викария из Суссекса — телеграмма пришла за два дня до её прибытия. Хозяева её никогда раньше не видели.

— Удобно, — заметил Хейл.

— Что именно?

— Невозможность опознания. Убийца всегда выигрывает, если жертва — никто для всех вокруг.

— Вы уже решили, что это убийство?

— Я решил, что это не несчастный случай, — поправил Хейл. — Разница большая. Несчастный случай можно расследовать. А вот то, что выдается за несчастный случай, нужно разбирать по косточкам.

Он поднялся и подошёл к зеркалу.

Вблизи оно было ещё более странным. Стекло — не ровное, а слегка вогнутое внутрь, как будто кто-то когда-то сильно нажал на него с обратной стороны. По краям — потёки старой амальгамы, серебристые прожилки под стеклом, похожие на вены. И в самом низу, почти у рамы, надпись, которую можно было разглядеть только под определённым углом.

Четыре буквы. Царапины. Нет — скорее, следы пальца, ведомого по пыли. Изнутри.

ЭММА

— Кто такая Эмма? — спросил Хейл у доктора.

Морган побледнел так быстро, что это было почти комично.

— Не моё дело, — сказал он, закрывая саквояж. — Я здесь только тело. Спросите у Кроуфордов. Если они ответят.

— А если не ответят?

— Тогда вы умнее меня, — усмехнулся доктор. — Потому что я здесь уже два часа, и единственное, что я понял — эта смерть неправильная. Всё в ней неправильное. И чем правильнее выглядит комната, тем больше я боюсь задавать вопросы.

Он вышел, оставив Хейла одного.

Сыщик постоял у зеркала ещё минуту. Потом достал блокнот и написал на первой странице:

Кто запер дверь?

Почему отпечаток изнутри?

Где Эмма?

Почему она улыбалась?

Ниже, после паузы, он добавил пятый пункт:

Что зеркало видело на самом деле?

— Зеркало видело правду, — раздался голос с порога.

Хейл обернулся.

В дверях стояла женщина лет тридцати пяти, в дорогом, но старомодном халате, с распущенными пепельными волосами и лицом, которое не спало всю ночь — и не собиралось спать сегодня.

— Кларисса Кроуфорд, — представилась она. — Старшая дочь. Я слышала, вы задаёте вопросы.

— Задаю.

— Тогда начните с меня. Потому что я единственная в этом доме, кто не боится ответов. — Она сделала шаг в комнату и посмотрела на зеркало с ненавистью и страхом в равных пропорциях. — Но предупреждаю: правда здесь никому не нравится. Особенно когда она смотрит из стекла.

— А откуда она смотрит, по-вашему?

Кларисса криво усмехнулась:

— Из того места, где умерла моя мать. И где теперь лежит эта несчастная дура. Знаете, мистер Хейл, в нашей семье есть традиция: не смотреть в зеркало после девяти вечера. Мы думали, это предрассудок. Оказывается — инструкция по выживанию.

Она подошла к нему почти вплотную и тихо сказала:

— Та девушка, Элинор Вуд, приехала не помогать с архивом. Она приехала за тётей Эммой. Но тётя Эмма исчезла восемнадцать лет назад. И если вы найдёте её раньше, чем найдёте убийцу... вы пожалеете. Потому что некоторые тайны держат двери запертыми не снаружи, а изнутри.

Она развернулась и вышла, оставив после себя запах жасмина и горечи.

Хейл снова посмотрел на зеркало.

Его собственное отражение выглядело бледным и усталым — человек, который встал затемно и приехал бог знает куда разгадывать загадку, от которой умнее люди предпочли бы отказаться.

Но он не отказался.

Он раскрыл блокнот и начал писать список обитателей дома.

Их было семь. Семь потенциальных убийц. Семь историй, которые никто не расскажет добровольно.

Семь пар глаз, которые боятся смотреть в зеркало.

Хейл щёлкнул ручкой.

— Что ж, — сказал он пустой комнате. — Начнём.

Глава 6. Тот, кто говорит слишком гладко

Первым, кого вызвал Хейл для формального допроса, был Эдмунд Кроуфорд — глава дома, хранитель тайн и, по совместительству, самый вежливый лжец, которого сыщик встречал за последние десять лет.

Они расположились в библиотеке — Хейл настоял на ней, потому что в восточной гостиной он больше не доверял даже стульям. Кроуфорд занял кресло у камина, Хейл сел напротив, положив на колени раскрытый блокнот. Позади него, у двери, застыл Харгрейвс — не столько свидетель, сколько напоминание о том, что в этом доме ни один разговор не остаётся тайной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.