Вячеслав Гот – Смерть с доставкой на дом (страница 8)

Она провела его в гостиную – ту самую, где позавчера в Лондоне она рассказывала о письмах. Комната была маленькой, заставленной старой мебелью, пропахшей нафталином и сушеными травами. На столе стоял поднос с недопитой чашкой чая и тарелкой, на которой лежали засахаренные фрукты – аппетитные, разноцветные, посыпанные сахарной пудрой.

Миссис Крэбтри проследила за его взглядом и вздрогнула.

– Это она принесла, – сказала она глухо.

– Кто?

– Миссис Дин. Старая миссис Дин. Вчера вечером заходила. Сказала, что беспокоится обо мне, что я плохо выгляжу, что надо подкрепиться. И принесла вот это.

Она кивнула на тарелку с таким видом, словно на ней лежали не фрукты, а гремучие змеи.

– Вы ели? – быстро спросил Пайн.

– Нет, – покачала головой миссис Крэбтри. – Я ничего у нее не ем. Никогда. С тех самых пор… с тех пор, как…

Она замолчала, закусив губу.

– С каких пор? – мягко спросил Пайн, усаживая ее в кресло. – Расскажите мне, миссис Крэбтри. Пришло время рассказать все.

Она долго молчала. Смотрела куда-то в угол, где стоял старый комод с фотографиями в рамках. Потом перевела взгляд на фрукты, и по лицу ее пробежала судорога.

– Тридцать лет назад, – начала она глухо. – Я работала секретаршей у мистера Мэдисона. Гарольда Мэдисона. У него была фабрика, мармеладная. И был компаньон – Альберт Дин. И была жена – Этель, молодая, красивая. А я.… я была просто секретаршей. Никому не нужная старая дева, даже тогда, хотя мне было всего сорок.

Она замолчала, собираясь с мыслями.

– Я любила его, – прошептала она вдруг. – Гарольда. Любила всей душой, как дура. Он был такой… такой живой, такой энергичный. Он замечал меня, разговаривал со мной, спрашивал моего совета. Я знала, что у него жена, что я для него – только удобный инструмент. Но мне было все равно. Я любила.

Пайн слушал молча.

– А потом я узнала, – продолжала миссис Крэбтри. – Совершенно случайно. Я задержалась на работе, перебирала бумаги. И услышала разговор в кабинете мистера Мэдисона. Он говорил с Дином. О страховке. О том, что фабрика старая, что долгов много, что если бы она сгорела…

Она замолчала, сглотнула.

– Я не хотела подслушивать. Честно. Но я замерла и не могла пошевелиться. Они обсуждали, как это сделать. Чтобы никто не пострадал, только здание. Чтобы все выглядело как несчастный случай. Дин сказал: «Я знаю человека, он сделает за деньги». А Мэдисон ответил: «Только аккуратно, Альберт. Никаких следов».

В гостиной стало очень тихо. Даже часы на стене, кажется, перестали тикать.

– И что вы сделали? – спросил Пайн.

– Ничего, – горько усмехнулась миссис Крэбтри. – Я была трусихой. Я уволилась. Через месяц. Сказала, что мать заболела, надо ухаживать. Уехала. А через две недели после моего отъезда фабрика сгорела. Дотла.

– И вы молчали все эти годы?

– А кому бы я сказала? – в голосе миссис Крэбтри зазвенели слезы. – Мэдисон получил страховку, разбогател, через год умер. Дин остался компаньоном, жил припеваючи. А я… я вернулась сюда, когда мать умерла. Поселилась в этом доме. И молчала. Потому что боялась. И потому что…

– Что?

– Потому что я чувствовала себя виноватой, – выдохнула она. – Если бы я тогда пошла в полицию, может быть, ничего бы не случилось. Может быть, Мэдисон был бы жив. Может быть, Дин не разбогател бы на страховке. Может быть… может быть, много чего.

Она закрыла лицо руками.

– И теперь кто-то узнал, – прошептала она. – Кто-то пишет эти письма. Кто-то знает, что я знала и молчала. И хочет меня наказать.

Пайн встал и подошел к окну. Смотрел на пруд, на большой дом напротив.

– Кто мог знать? – спросил он. – Кто еще был в курсе?

– Никто, – покачала головой миссис Крэбтри. – Только я. И они двое. Но Мэдисон мертв, Дин мертв. Осталась только я.

– А миссис Мэдисон? Этель?

– Она ничего не знала. Она была… она была просто женой. Красивая кукла. Гарольд ей ничего не рассказывал.

– А миссис Дин-старшая? Жена компаньона?

Миссис Крэбтри задумалась.

– Не знаю, – сказала она медленно. – Может быть, Альберт ей сказал. Они были близки, очень близки. Она всегда была ему опорой. И после его смерти… она очень изменилась. Стала злой, подозрительной. Затворницей.

Пайн снова посмотрел на тарелку с засахаренными фруктами.

– Она часто приносит вам угощение?

– Раньше нет, – ответила миссис Крэбтри. – А в последнее время – да. Заходит, приносит то пирожки, то варенье, то вот это. Говорит, заботится. А я…

– А вы боитесь?

– Боюсь, – честно призналась она. – Я всего боюсь теперь. Даже собственной тени.

Пайн достал из кармана носовой платок, завернул в него один засахаренный фрукт и спрятал в карман.

– Я отправлю это на анализ, – сказал он. – Просто чтобы убедиться. А вы… вы слушайте меня, миссис Крэбтри. Сегодня же перебирайтесь в гостиницу. Я договорюсь с мистером Грейвзом. Там вы будете в безопасности.

– А если она придет? – испуганно спросила миссис Крэбтри.

– Пусть приходит. Ей открою я.

Он помог ей собрать самое необходимое – немного белья, теплый платок, Библию, старую фотографию в рамке (на ней молодой Гарольд Мэдисон улыбался в объектив, не подозревая, что через год умрет). Потом запер дом и повел миссис Крэбтри через пруд, мимо большого дома, по направлению к гостинице.

У калитки большого дома мелькнула тень. Пайн успел заметить женскую фигуру в темном платье, которая смотрела им вслед из-за занавески. Миссис Мэдисон наблюдала за ними.

В гостинице мистер Грейвз отнесся к появлению новой постоялицы с философским спокойствием.

– Тетушка приехала? – осведомился он.

– Дальняя родственница, – коротко ответил Пайн.

Он устроил миссис Крэбтри в комнате рядом со своей, убедился, что она выпила чаю (собственного, из гостиничного чайника, за которым он лично проследил), и вышел в коридор.

Там его уже ждала мисс Лемон с блокнотом наготове.

– Я собрала сведения, – доложила она. – Очень интересные. Во-первых…

– Потом, – перебил ее Пайн. – Сначала вот это.

Он протянул ей завернутый в платок засахаренный фрукт.

– Отправьте срочно в Лондон, в лабораторию. Анализ на яды. Особенно на мышьяк и стрихнин. И на все, что может быть медленного действия.

Мисс Лемон взяла сверток так осторожно, словно это была бомба.

– Вы думаете?..

– Я думаю, что в этой деревне слишком много заботливых людей, – мрачно ответил Пайн. – И слишком много старых грехов. А теперь рассказывайте, что узнали.

Мисс Лемон раскрыла блокнот.

– Во-первых, миссис Дин-старшая. Ее здесь не любят. Считают гордой, высокомерной. Но боятся. Говорят, у нее дурной глаз. И еще говорят, что она знает толк в травах. Очень хорошо знает. У нее целый сад лекарственных растений.

Пайн кивнул – это было интересно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.