Вячеслав Гот – Призрак в доме на холме (страница 3)

— Доказательство, — Селвин понизил голос. — Что Аделаида Хилл не просто исчезла. Что она здесь. Что она пытается с нами говорить.

— Или убить, — пробормотал капитан.

Все замолчали.

Ровно в полночь гостиная Хилл-Хауса преобразилась.

Свечи погасили, оставив лишь одну — массивную восковую, которую Мод поставила в центр круглого стола. Остальные расселись вокруг: капитан Харрис справа от медиума, миссис Уинтроп слева, доктор Селвин с блокнотом напротив, Кроу в тени у стены, Элизабет между Арчером и пустым креслом, где, по слухам, когда-то сидела Аделаида.

Слуг удалили. Дверь заперли. Паттерсон остался в коридоре — на случай, если кому-то понадобится помощь.

— Прошу всех положить руки на стол, — сказала Мод, теряя обычную весёлость. — Не скрещивать пальцы. Не размыкать рук, даже если вам покажется, что кто-то касается вашего плеча.

— А если покажется? — спросила миссис Уинтроп.

— Значит, сеанс удался, — Мод усмехнулась краешком губ. — Не бойтесь. Я здесь.

Она закрыла глаза. Задышала глубже, медленнее — с такой нарочитой ритмичностью, что Элизабет сразу заподозрила театральность. Но вслух ничего не сказала.

— Дух Аделаиды Хилл, — провозгласила Мод, — мы призываем тебя. Явись. Дай знак. Скажи, почему ты не можешь покинуть этот дом.

Тишина.

Слышно было, как потрескивает пламя свечи. Где-то за стеной скрипнула половица — Паттерсон ходил по коридору.

— Дух Аделаиды, — повторила Мод громче, — я — твой голос. Говори через меня. Скажи этим людям то, что они должны знать.

Свеча моргнула.

— Сквозняк, — сказал капитан.

— Тихо, — шикнул доктор Селвин.

Внезапно свеча погасла.

— Это не я, — быстро сказала Мод. — Я не дула.

В полной темноте, которая наступила, Элизабет услышала странный звук — скрежет, будто кто-то водил ногтем по стене. Затем — глухой удар. Второй. Третий.

— Тук-тук-тук, — насмешливо произнесла Мод. — Аделаида, это ты?

— Мне не нравится эта игра, — раздался голос миссис Уинтроп. Она явно испугалась. — Зажгите свечу.

— Нельзя, — отрезала Мод. — В темноте духи говорят громче. Ждите.

Прошло несколько секунд. Тишина стала плотной, почти осязаемой. Элизабет слышала дыхание каждого — неровное, испуганное.

— Я чувствую её, — прошептала Мод. — Она здесь. Слева от меня. Нет, справа. Она ходит вокруг стола. Аделаида, скажи что-нибудь. Дай нам знак.

И знак пришёл.

В дальнем конце гостиной, там, где стена переходила в западное крыло, раздался звук — отчётливый, леденящий душу. Плач. Женский, глухой, будто из-под земли.

— Господи, — выдохнула миссис Уинтроп.

— Эффект, — спокойно сказал капитан. — Магнитофон. Или пластинка.

— У меня нет магнитофона, — резко ответила Мод.

— Я не вас имел в виду.

В этот момент кто-то зажёг спичку. Это оказался Кроу. Зажёг свечи на столике у стены. Тусклый свет разогнал темноту.

И все увидели.

На стене, напротив камина, кто-то написал. Большими красными буквами. Кровью или чем-то очень похожим.

«УБИРАЙТЕСЬ».

Миссис Уинтроп вскрикнула.

— Кто это сделал? — спросил капитан, вскакивая и хватаясь за револьвер.

— Никто, — сказал доктор Селвин, глядя не на стену, а на свои приборы. — Сейсмограф ничего не зафиксировал. Магнитометр — тоже. Никто не подходил к этой стене.

— Это ложь, — капитан подошёл к стене, провёл пальцем по буквам. — Краска. Не кровь. Темно-красная краска. Ещё не высохла.

— Значит, — медленно проговорила Элизабет, — кто-то написал это до того, как мы вошли в гостиную. До того, как погас свет.

— Зачем? — спросил Кроу.

— Чтобы все поверили в призрака, — ответила Элизабет.

Она посмотрела на Мод. Та была бледна, но не испугана — скорее, раздражена.

— Я не имею к этому отношения, — сказала медиум. — Я делала свою работу. Кто-то воспользовался сеансом для своих целей.

— Или кто-то из вас, — сказала Элизабет, обводя взглядом всех присутствующих.

Арчер подошёл к стене, внимательно осмотрел буквы, затем повернулся к гостям.

— Сеанс окончен, — сказал он. — Прошу всех разойтись по комнатам. Мисс Грей, задержитесь.

Когда остальные вышли, Арчер сел в кресло, устало потёр виски.

— Что вы думаете? — спросил он.

— Думаю, — сказала Элизабет, — что кто-то хочет напугать вас. Или всех нас. Надпись сделана до сеанса, значит, подготовлена заранее. Это не призрак. Это человек.

— Что за человек?

— Тот, кто знал, что мы будем сидеть именно в этой темноте. Тот, кто мог незаметно нанести надпись.

— Это мог быть кто угодно, — возразил Арчер. — Дом большой, слуг много.

— Но мотив есть не у всех, — сказала Элизабет. — Доктор Селвин хочет сенсации. Капитан слишком спокоен — будто знает, что ничего страшного не случится. Миссис Уинтроп чего-то боится, но не призраков. Кроу слишком много молчит. А Мод…

— А Мод?

— Мод ведёт себя как актриса. Возможно, так и есть. Она профессиональная медиум, но профессионалы не пугаются, когда гаснет свет. Она не испугалась. Она знала.

Арчер долго смотрел на Элизабет.

— Вы умнее, чем я ожидал, мисс Грей. Поэтому я вас и пригласил.

— Не поэтому, — сказала Элизабет. — Вы пригласили меня, потому что я никто. Потому что у меня нет ни имени, ни связей, ни предрассудков. Я — чистый лист. На котором вы надеетесь прочитать правду.

Арчер улыбнулся — впервые за весь вечер.

— Завтра утром, мисс Грей, я покажу вам кое-что. В библиотеке. Приходите к девяти.

Он встал и вышел.

Элизабет осталась одна в гостиной, среди погасших свечей, старой мебели и надписи на стене, которая всё ещё сочилась красным.

Она подошла к стене, понюхала. Краска. Обычная краска, которую можно купить в любой лавке. Не кровь. Не мистика.

— Кто-то из вас, — прошептала она в пустоту. — Кто-то из вас играет в опасную игру.