Вячеслав Гот – Правила развода (не) для нас (страница 13)

Я ходила на работу. Отвечала на письма. Улыбалась клиентам. Но всё делала на автопилоте. Настоящая я – та, что чувствует, помнит, ждёт – затаилась где-то глубоко внутри, прислушиваясь к каждому звуку телефона, каждому уведомлению.

Он не звонил.

Я не звонила.

Мы нарушили правило номер один – и сделали вид, что ничего не случилось. Как будто того поцелуя под дождём не было. Как будто он не говорил, что скучает. Как будто я не призналась, что всё ещё люблю.

Мы врали себе. Профессионально. С одержимостью людей, которые боятся правды больше всего на свете.

На четвёртый день я решила, что так больше нельзя.

Нельзя сидеть в подвешенном состоянии. Нельзя ждать звонка, который, возможно, никогда не прозвучит. Нужно закрыть гештальт. Забрать оставшиеся вещи. Перестать держаться за прошлое, которое держит меня в заложниках.

Я написала ему первой.

«Нужно забрать остатки вещей. Когда сможешь?»

Ответ пришёл через минуту. Будто он ждал.

«Могу сегодня после шести».

«Хорошо. Я подъеду к шести».

«Жду».

Я смотрела на экран. Одно слово – «жду». Оно могло означать всё что угодно. «Жду, когда ты приедешь». «Жду, когда закончится этот кошмар». «Жду, когда ты скажешь, что передумала».

Я не стала спрашивать, что именно он имел в виду. Боялась ответа.

В шесть я была у дверей нашей бывшей квартиры.

Стояла с ключами в руке и не могла заставить себя открыть дверь. Потому что знала: внутри – пустота. Потому что знала: там, где была наша жизнь, теперь зияет дыра.

Я открыла.

Квартира встретила меня запахом пыли и пустоты.

Мы не жили здесь две недели, и воздух успел стать чужим. Застоявшимся. Мёртвым. Словно сама квартира знала, что её хозяева больше не вернутся, и перестала стараться.

Я прошла в гостиную. Четыре коробки стояли на том же месте, где мы их оставили. Его коробки. Всё, что осталось от пяти лет жизни.

Я подошла к окну. Села на подоконник. Стала ждать.

Он пришёл через пятнадцать минут.

Я услышала, как ключ поворачивается в замке. Знакомый звук. Тысячи раз я слышала его – и всегда это означало, что он вернулся домой. Ко мне.

Сейчас он возвращался в пустую квартиру, где меня уже не было. Или я была? Я не знала, кем мы были друг для друга теперь.

Дверь открылась. Он вошёл.

Увидел меня на подоконнике и замер.

– Ты рано, – сказал он.

– Я пришла вовремя. Это ты задержался.

– Пробки.

Он снял куртку. Повесил на вешалку в прихожей. Туда, где раньше висела его одежда. Теперь вешалка была почти пустой.

Он вошёл в гостиную. Остановился в трёх шагах от меня.

– Как ты? – спросил он.

– Нормально.

– Кира…

– Я знаю. Ты ненавидишь это слово. Но у меня нет другого.

Он кивнул. Прошёл к коробкам. Нагнулся, чтобы проверить, всё ли на месте.

– Я хотел забрать их ещё вчера, – сказал он, не глядя на меня. – Но не смог.

– Почему?

– Не знаю. Думал, что если заберу последние вещи, то… это станет окончательным.

– Оно и так окончательное.

Он выпрямился. Посмотрел на меня.

– Ты правда в это веришь?

Я не ответила. Потому что не знала, во что верю. Потому что каждое утро просыпалась с мыслью о нём. Потому что каждую ночь засыпала, представляя его лицо.

– Нам нужно составить график, – сказала я, меняя тему.

– График?

– Кто и когда забирает вещи. Осталась мебель, техника. Нужно решить, что с этим делать.

Он усмехнулся. Горько.

– График. Ты серьёзно?

– Абсолютно. Мы взрослые люди. Мы должны всё разделить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.