Вячеслав Гот – Мой приворот на дракона вышел из-под контроля (страница 4)

Но вместо этого я сказала:

— Мартин?

Повисла тишина.

Даже дракон, кажется, опешил.

— Кто? — переспросил он с таким ледяным презрением, что у меня заледенели кончики пальцев.

— Сапожник, — пролепетала я. — С соседней улицы. У него родинка над губой, и он каждый день говорит мне «хорошего дня». Я его… я его привораживала. Немножко. По чуть-чуть. На лёгкую симпатию.

Дракон моргнул. Один раз. Медленно. Как будто переваривал услышанное.

А потом он сделал нечто, чего я никак не ожидала.

Он засмеялся.

Это был не человеческий смех — раскатистый, низкий, от которого задрожали стёкла в домах и с крыш посыпалась черепица. В этом смехе не было веселья. Было изумление. И опасность.

— Ты призвала Владыку Северных Пределов, Ужаса Ледяных Пустошей, того, чьё имя не произносят вслух короли, — с помощью шиповника и корицы?

— И красной нитки, — пискнула я. — Ещё красной нитки.

— И красной нитки, — эхом отозвался он, и в голосе его прорезалось что-то вроде уважения. — Потрясающе.

Первое правило драконов: не беги. Бесполезно.

Я попыталась сползти обратно в чердачное окно.

Не получилось. Мои ноги приросли к месту. Не магией — чистым, животным страхом.

Дракон сделал шаг.

Земля содрогнулась. Фонтанная вода треснула — от основания до самой верхушки. Где-то вдалеке завыли собаки. Кто-то закричал — женский голос, высокий, истеричный.

Дракон шагнул ещё раз. И ещё. Он двигался к моему дому.

— Послушайте, — заговорила я быстро-быстро, пока меня не раздавили. — Это недоразумение. Честное слово. Я просто хотела немножко удачи. Ну, может, чуть больше, чем немножко. Но точно не вас! Вы же… вы огромный! Вы ледяной! Вы… вы, наверное, вообще не в моём вкусе!

Дракон остановился.

Его морда была теперь на уровне моего чердака. Я видела каждую чешуйку — размером с мою ладонь, идеально подогнанную, как броня. Видела пар, вырывающийся из ноздрей — белый, холодный, обжигающе-морозный. Видела глаза — бездонные, светящиеся, в которых не было ничего человеческого.

— Ты права, — сказал он. — Я не в твоём вкусе. Но ты привязала меня древней магией, глупая девчонка. Магией, которую нельзя просто так взять и отменить.

— А если очень попросить? — с надеждой спросила я.

— Магия требует платы, — продолжил он, не обратив внимания на мою реплику. — Ты задолжала мне. И я пришёл за своим.

— Я ничего не должна! — возмутилась я, забыв о страхе. — В книге не было ни слова про плату!

— В той книге, — голос дракона стал тише, но от этого только страшнее, — было много слов, которые ты не прочла. Ты видела только то, что хотела увидеть. Любовь слепа, Элина.

Я вздрогнула. Он знал моё имя. Он не спрашивал — он ЗНАЛ.

— Откуда…

— Твоё имя написано на нити, — ответил он. — Красной нитью, помнишь? Ты связала нас. Теперь я знаю о тебе всё. Твои страхи. Твои надежды. Твою мечту о пирожке с мясом на ярмарке.

Мне стало дурно.

— Это… это вторжение в личную жизнь.

— Это магия, — поправил дракон. — И она не знает твоих глупых законов.

Он опустил голову ниже — так, что его дыхание коснулось моего лица. Холодное. Сладковатое, как переспелые груши.

Тот самый запах из прошлой ночи.

— У тебя есть три дня, — сказал он. — Чтобы понять, как разорвать приворот. Если не сможешь…

— Что? — выдохнула я.

— Тогда ты отправишься со мной. В Северные Пределы. На тысячу лет.

Он расправил крылья.

Ветер, поднятый ими, едва не сбросил меня с чердака. Я вцепилась в раму, чувствуя, как пальцы немеют от холода.

— Тысячу лет? — переспросила я. — Я не проживу тысячу лет!

— Проживёшь, — спокойно ответил дракон. — Со мной.

Он взмыл в небо — чёрная тень на сером фоне. Крылья ударили ещё раз, и город накрыло снегом. В середине весны.

А потом он исчез в тумане, оставив после себя лёд, разрушенные фонтаны и одну очень, очень напуганную девушку на чердаке.

Я сползла по стене.

— Тысяча лет, — повторила я в пустоту. — С драконом. Который не Мартин.

Книга по-прежнему лежала на тумбочке. Открытая на той самой странице: «Как разорвать приворот, если вы ошиблись адресатом».

Я перевернула страницу.

На следующей было написано всего два слова:

«Никак. Дура.»

Почерк был не мой.

Я закрыла книгу, засунула её под подушку и тихо, по-детски заплакала.

А на запястье всё ещё тускло светилась красная нить — тонкая, почти невидимая, но уже нерасторжимая.

Глава 4. Цена заклинания

После отлёта дракона город пришёл в себя не скоро.

Я сидела на чердаке, обхватив колени, и смотрела, как внизу мечутся люди. Стражники в синих плащах что-то кричали, размахивали алебардами. Жрецы в белых рясах кропили фонтаны святой водой — лёд не таял. Староста площади рвал на себе волосы и обещал награду тому, кто «убьёт или хотя бы оскорбит мерзкую ящерицу».

— Идиоты, — прошептала я. — Его нельзя оскорбить. Он слышит мысли.

Он слышал МОИ мысли. Это было хуже всего.

Я спустилась в свою каморку, заперла дверь на три засова и уставилась на книгу.

Она лежала на столе, скромная, безобидная, с потрёпанным корешком. Я погладила обложку — и отдёрнула руку. Кожа была тёплой. Живой.

— Ты знала, — сказала я книге. — Знала, чем это кончится. И всё равно продалась за три медяка.

Книга молчала. Книги вообще не умеют разговаривать. Но мне показалось, что она усмехнулась.

Я открыла её на первой странице — той самой, с «безопасным приворотом».

Текст изменился.

Приворот на лёгкую симпатию.