Вячеслав Гот – Меня выдали замуж за дракона (страница 6)

Когда наши кожи коснулись, вспышка тепла прошла через связь. Не боль. Не огонь. Просто… тепло.

Каэль слегка сжал пальцы.

– Не отпускай, – сказал он. – Здесь, наверху, ветер может сбить с ног.

Мы пошли к лестнице, ведущей на башню. Я шла за ним, чувствуя, как слухи о мёртвых жёнах отступают перед реальностью этого мужчины.

Он не был монстром. Он был тюрьмой для чего-то гораздо худшего.

И я была его ключом.

Глава 5. Первая ночь (и никаких объятий)

Ветер на стенах выл так, будто сам мир требовал жертвы.

Я стояла у парапета, вцепившись в холодный камень, и смотрела в бездну тумана. Там, внизу, за пределами видимости, кишели тени. Я не видела их глаз, не видела когтей, но чувствовала их голод. Он давил на барабанные перепонки, вызывая тошноту.

– Они ждут, – сказал Каэль. Он стоял за моей спиной, его плащ хлестал по камню. – Как только моя защита ослабнет, они поднимутся.

– Почему они не нападают сейчас?

– Потому что я здесь, – ответил он просто. – И потому что ты здесь.

Он повернулся ко мне. В темноте его глаза светились ярче, чем факелы на стенах.

– Хватит. Ты замерзла.

Я действительно дрожала. Холод пробирал до костей, несмотря на теплое платье. Каэль снял свой плащ и набросил мне на плечи. Ткань была тяжелой, пахла дымом и чем-то диким, мускусным. Но внутри она сохраняла жар его тела.

– Спасибо, – прошептала я, кутаясь.

– Не благодари. Это не подарок. Если ты заболеешь, связь ослабнет. Мне нужна здоровая жена.

Его слова были резкими, но движения – осторожными. Он взял меня за локоть и повёл обратно к двери башни.

– Куда теперь? – спросила я, когда мы спустились в коридор.

– В твою комнату, – ответил он. – Я обещал показать тебе настоящее жилье, а не временный угол.

Мы прошли через лабиринт переходов и остановились у двери в соседнем крыле. Каэль толкнул её, и створки бесшумно отошли в стороны.

Комната оказалась огромной. Здесь не было льда. Стены были обиты тёплым деревом, на полу лежали пушистые ковры, а в камине весело трещал обычный огонь. Кровать под балдахином выглядела настолько мягкой, что мне захотелось упасть на неё и не вставать неделю.

– Это… моя? – спросила я неуверенно.

– Твоя, – подтвердил Каэль. – Здесь магический барьер. Он защитит тебя от ночных кошмаров. И от меня.

Я повернулась к нему.

– От тебя?

Он подошёл к порогу, но не переступил его.

– Ночью мой контроль ослабевает, – сказал он тихо. – Драконья сущность требует выхода. Если ты будешь слишком близко… ты можешь обжечься. Буквально.

– Насколько близко?

– Не прикасайся ко мне после заката. Не подходи ближе, чем на три шага. И не зови меня, если не случится катастрофы.

– А если мне станет страшно?

Каэль замер. Его взгляд скользнул по мне, задержавшись на лице.

– Тогда вспомни, что страх – это топливо. Не давай ему гореть.

Он сделал шаг назад, в тень коридора.

– Спокойной ночи, Анна.

– Каэль, постой, – я сделала шаг к нему, но он резко поднял руку.

– Три шага, – напомнил он. – Я не шучу. Температура моего тела ночью поднимается до сотни градусов. Ты сгоришь просто от касания.

Я остановилась. Рука опустилась.

– Хорошо. Спокойной ночи.

Дверь закрылась. Я осталась одна в тёплой комнате, закутанная в его плащ.

Я разделась, оставив только тонкую сорочку, и забралась под одеяло. Оно пахло лавандой и свежестью, совсем не так, как его плащ. Я закрыла глаза, надеясь, что сон придёт быстро.

Но сон не приходил.

Вместо него пришла связь.

Днём она была фоном, тихим гулом. Ночью же она превратилась в рев. Я чувствовала его беспокойство так ясно, будто это было моё собственное. Жар. Боль. Ощущение тесной клетки, в которой бьётся огромное существо.

Я ворочалась с боку на бок. Подушка казалась горячей. Одеяло давило.

«Он страдает», – пронеслась мысль.

Прошёл час. Потом два. Я сидела на кровати, прижимая колени к груди. Тишина в комнате была абсолютной, но в голове звучал его голос. Нет, не голос. Рычание.

Я не выдержала.

Правило «трёх шагов» было для моей безопасности. Но если ему плохо? Если связь причиняла ему боль?

Я накинула его плащ поверх сорочки и вышла в коридор.

Лёд сразу же встретил меня. Коридор был покрыт инеем, дыхание вырывалось клубами пара. Я пошла вдоль стены, ориентируясь на усиление жара внутри груди.

Дверь в его покои была приоткрыта.

Я заглянула внутрь.

Комната была огромной, почти пустой. В центре не было кровати. Посреди зала лежал огромный камень, напоминающий жертвенник. На нём сидел Каэль.

Он снял камзол. Его рубашка была расстёгнута, обнажая грудь. Кожа там светилась слабым оранжевым узором, словно под ней текла лава. Он запрокинул голову, и из его горла вырывалось низкое, вибрирующее звук.

Мне стало страшно. Не за себя. За него.

Я сделала шаг внутрь. Лёд под моими босыми ногами зашипел и превратился в воду.

– Анна, – его голос прозвучал хрипло, без оборачивания. – Я сказал… не приходить.

– Ты горишь, – сказала я. – Я чувствую.

– Это цена, – прорычал он. – Уходи. Пока я не потерял разум.

– Я не уйду.

Я сделала ещё шаг. Жар стал ощутимым физически, будто я подошла к открытой печи. Плащ на мне начал дымиться по краям.

– Ты сожжёшь себя, – предупредил он. В его голосе была боль.

– Тогда остынь.

Каэль медленно опустил голову. Его глаза были полностью золотыми, зрачки превратились в вертикальные щели.