Вячеслав Гот – Леший ждёт у твоего окна (страница 6)

Она вышла, закрыв за собой дверь. И почти сразу же Мария услышала, как мать усаживается на стул у порога – скрипнули половицы, потом наступила тишина.

Мария лежала, глядя на занавеску.

Тени на ней больше не было. Только серая ткань, чуть колышущаяся от сквозняка, и за ней – доски, стекло, а за стеклом – ночь. Обычная летняя ночь, в которой должен быть ветер и звёзды, а не то, что только что стояло у её окна.

Она закрыла глаза.

Оберег на груди слегка пульсировал – слабо, ритмично, как второе сердце. Тёплый. Живой. И этот ритм успокаивал, погружал в тягучую, вязкую дремоту, из которой не хотелось выныривать.

Перед тем как провалиться в сон, Мария услышала последний звук этой ночи.

Далеко, на краю деревни, там, где дома кончались и начинался лес, кто-то запел. Не словами – просто тянул одну ноту, высокую, тонкую, как комариный писк, но в ней было что-то древнее и страшное. Это не было пением птицы. Это не было воем зверя. Это было то, что не имело имени на человеческом языке, но что Мария узнала всем своим существом.

Лес пел.

И в этой песне не было ничего, кроме ожидания.

Утром Мария проснулась от света.

Солнце пробивалось сквозь щели между досками, падая на пол узкими, золотистыми полосами. Дождь кончился. За окном щебетали птицы – обычные, деревенские, настоящие. И мир казался таким нормальным, что ночной ужас начал отступать, сворачиваться, превращаться в смутное воспоминание, как страшный сон, который забывается через час после пробуждения.

Мария села на кровати. Оберег висел на груди, холодный и неподвижный. Она поднесла руку, чтобы поправить его, и замерла.

На коже, прямо под мешочком, остался след.

Красное пятно, округлое, как ожог, и внутри него – чёткий отпечаток. Не ладони, не пальцев. Ветки. Тонкой, изогнутой, с тремя маленькими ответвлениями. Как берёзовая ветка, заломленная особым узлом.

Та самая ветка, которой не было на подоконнике в то утро.

Мария смотрела на этот след, и у неё не было слов. Только холодный, липкий страх, который поднимался от груди к горлу, сжимая его невидимыми пальцами.

Он пометил её. Не только окно, не только дом – её саму.

И этот знак был на её теле.

Она натянула рубашку повыше, закрывая след, встала с кровати и подошла к окну. За досками, за стеклом, за тонкой полоской света, которая казалась такой мирной, был лес.

Он стоял неподвижно. И ждал.

А на занавеске, которая висела совершенно ровно, без единой складки, Мария заметила то, чего не было ночью. На серой ткани, на уровне её роста, остался тёмный, едва заметный след. Словно кто-то прижался к окну мокрым, грязным телом и оставил отпечаток, который не смывался и не выветривался.

Она не могла разобрать, что это было – лицо, рука, ствол дерева. Но она знала: этой ночью он не просто стоял за окном.

Он смотрел на неё. И запоминал.

Глава 4. Ветки скребутся в стёкла

Утро не принесло облегчения.

Мария стояла у окна, глядя сквозь щель между досками, и чувствовала, как внутри неё медленно, но неотвратимо созревает понимание: мир за стенами изменился. Не так, как меняется природа от весны к лету или от лета к осени – постепенно, незаметно, давая время привыкнуть. Он изменился сразу. За одну ночь.

Деревья у калитки стояли не там, где вчера.

Мария помнила их расположение – две старые рябины, посаженные ещё бабушкой, росли ровно в трёх шагах от забора, ровно в семи шагах от крыльца. Она сотни раз проходила мимо них, сотни раз срывала с них горькие гроздья, чтобы сварить компот. Она знала эти деревья как часть дома, как дверь или окно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.