VUS HAAR – Космология древних Вогуличей (страница 19)

Глава 13. Женские божества: Калтащ-эква (Мать-земля) и Сорни-эква (Золотая баба)

В патриархальном на первый взгляд вогульском пантеоне женские божества занимают не менее важное место, чем мужские. Они не являются просто «женами богов» — они обладают собственными функциями, астральными привязками и, что особенно интересно, связаны с теми небесными телами, которые в других культурах считались мужскими (Венера) или нейтральными (Плеяды). Два главных женских божества — Калтащ-эква (Мать-земля) и Сорни-эква (Золотая баба). Первая олицетворяет земное плодородие, рождение, домашний очаг; вторая — небесное женское начало, богатство, удачу на промысле. В этой главе мы рассмотрим их ипостаси, мифы и, главное, их отождествление с Венерой и Плеядами, а также их роль в лунно-солнечном календаре.

Калтащ-эква — имя, которое переводится как «Мать-земля» или «Земля-мать». «Калтащ» — это земля, почва, суша (в некоторых диалектах также «глина»). «Эква» — женщина, мать. Это одно из древнейших божеств, возможно, восходящее к палеолитическим «Венерам» — культу матери-прародительницы. В отличие от Нум-Торума, который создал мир из глины, Калтащ-эква сама является этой глиной, т.е. она имманентна миру, а не трансцендентна. Она не творит землю — она и есть земля. В мифах она выступает как пассивное, но жизненно важное начало: на ней растут деревья, из ее недр бьют родники, в ее глубины уходят умершие. Она — и кормилица, и могила. Это типично для земледельческих культов, но вогулы, будучи не земледельцами, а охотниками, сохранили этот архаичный пласт, вероятно, доставшийся от предков, живших в лесостепи.

Астральное соответствие Калтащ-эквы — не планета и не звезда, а сама Земля. Но для вогулов Земля не была планетой, как мы уже знаем; она была неподвижной твердью. Поэтому говорить об «астральной» привязке не совсем корректно. Однако в некоторых мифах Калтащ-эква отождествляется с «темной половиной неба» — той, что под горизонтом, где обитают души умерших. Это связывает ее с подземным миром, но не со злом, а скорее с покоем. Иногда ее символом служит созвездие Кассиопеи (напоминающее фигуру женщины с поднятыми руками), но это скорее позднее наложение. Более устойчива связь с Плеядами. Почему? Потому что Плеяды видны осенью и зимой, когда земля покрыта снегом и «спит» — как и Калтащ-эква, которая зимой уходит в нижний мир, чтобы весной вернуться. Семь звезд Плеяд интерпретируются как семь детей Калтащ-эквы, которые остались на небе, когда мать ушла под землю. Эта интерпретация не единственная (у Плеяд есть и другие названия), но она широко распространена. Таким образом, Калтащ-эква связана с одним из самых заметных звездных скоплений северного неба.

Функции Калтащ-эквы: она отвечает за плодородие женщин, рождение детей, здоровье младенцев. Если ребенок умирал, говорили, что «Калтащ-эква забрала его обратно в землю». Она также управляет родовыми землями: каждая семья имела свой участок, который считался «телом» Калтащ-эквы, и его нельзя было продавать или отдавать чужакам без ритуального разрешения. В этом смысле она — божество территориальной идентичности. Жертвы ей: кусочки ткани, бусы, монеты, которые закапывали в землю (иногда на святилищах, иногда просто под порогом дома). Кровные жертвы (животные) ей не приносили, так как земля не должна пить кровь — это осквернит ее. Исключение делали для похорон: на могилу убивали собаку, чтобы ее кровь «накормила» Калтащ-экву и та приняла умершего. Но это уже маргинальная практика.

Культ Калтащ-эквы был в основном женским. Женщины молились ей о детях, о легких родах, о сохранности домашнего очага. Мужчины обращались к ней редко, только в случае крайней нужды (например, при засухе, когда земля не давала ягод). В отличие от Нум-Торума, которому молились публично, Калтащ-экве молились в частном порядке, дома. Это создавало гендерное разделение сакрального пространства: мужское — публичное, небесное; женское — приватное, земное. Но это не означало, что женские божества были менее могущественны. Просто их власть проявлялась иначе.

Теперь о Сорни-экве — Золотой бабе. Это имя широко известно в русской литературе XVII–XVIII веков, поскольку «Золотая баба» была мифическим идолом, якобы стоящим где-то за Уралом, которому поклонялись вогулы и остяки. Реальность такова: существовала деревянная или каменная статуя женского божества, покрытая золотом (или, скорее, медью с позолотой), и эта статуя была объектом паломничества. Ее точное местоположение неизвестно (называют разные места: низовья Оби, Ямал, даже Урал). Но сам факт, что Сорни-эква была известна русским первопроходцам, говорит о масштабе ее культа. В вогульской мифологии Сорни-эква — это богиня богатства, удачи, торговли, а также покровительница шаманов. Она — жена или дочь Нум-Торума (в разных версиях). Она живет на небе, в золотом доме, и оттуда рассыпает на землю монеты (снег) и драгоценности (звезды). Иногда ее отождествляют с утренней Венерой.

Астральная привязка Сорни-эквы — Венера. Утренняя Венера («Светлая дева») — это Сорни-эква, которая выходит на небо перед восходом солнца, чтобы оповестить мир о наступающем дне. Вечерняя Венера («Старуха с лучиной») — ее темная ипостась, когда она проверяет, все ли люди легли спать, и наказывает тех, кто бродит ночью. Таким образом, Венера имеет двойную природу, что соответствует астрономическому факту: Венера видна то утром, то вечером, и в древности многие народы считали это двумя разными звездами. Вогулы, как мы видим, осознавали единство (обе звезды — одна богиня), но приписывали ей разные настроения в зависимости от времени появления. Это довольно тонкое различение.

Миф о Сорни-экве и Венере. Однажды Сорни-эква поссорилась с женой Нум-Торума (Калтащ-эквой) и была изгнана с седьмого неба. Она стала скитаться по небу, приближаясь то к солнцу, то удаляясь от него. Нум-Торум сжалился и позволил ей появляться на небе дважды в сутки: утром и вечером. Но чтобы она не слишком приближалась к солнцу и не сгорела, он поставил ей предел: она может отходить от солнца не более чем на сорок восемь градусов (реальная элонгация Венеры — до 47 градусов). Вогулы не знали градусов, но знали, что Венера никогда не отходит далеко от солнца на небесной сфере. Этот миф — прямое астрономическое наблюдение, облеченное в нарратив. Поразительно, что они заметили это ограничение и интерпретировали его как наказание и одновременно защиту.

Культ Сорни-эквы был связан с торговлей и удачей. Перед дальней поездкой на ярмарку вогул молился Сорни-экве, чтобы та послала ему удачную продажу пушнины. Если торговля была успешной, часть выручки жертвовали на изготовление маленькой золотой (или медной) фигурки богини, которую хранили в доме. Со временем в каждом богатом доме скапливалось по нескольку таких фигурок, что вызывало ревность бедных родственников. Известны случаи, когда кража фигурки Сорни-эквы приводила к кровной мести. Это показывает, что богиня была не только астральной, но и социально-экономической силой.

Сравнивая Калтащ-экву и Сорни-экву, можно увидеть дихотомию: земное, материнское, плодородное (Калтащ) и небесное, девичье, богатое (Сорни). Калтащ связана с циклом жизни и смерти, Сорни — с циклом удачи и неудачи. Обе необходимы, но к разным богиням обращались в разных ситуациях. В мифах они часто соперничают, но никогда не враждуют открыто, что соответствует «холодной войне» между землей и небом — земля терпит небо, небо снисходит к земле.

Женские божества имели и важную календарную функцию. Дни, когда Венера (Сорни-эква) была особенно яркой, считались «женскими днями» — в них запрещалось мужчинам охотиться, потому что удача уйдет к женщинам. Наоборот, когда Венера была тусклой (в периоды между утренней и вечерней видимостью), наступали «мужские дни» — лучшее время для охоты. Это распределение отражало социальные роли: охота — мужское дело, собирательство и домашнее хозяйство — женское. Таким образом, астрономия Венеры использовалась для гендерной регуляции деятельности. Антрополог М.А. Лапина назвала это «астрологическим разделением труда».

В археологии известны находки, которые интерпретируются как изображения Сорни-эквы. Это бронзовые фигурки женщин с поднятыми руками, часто с диском (символом Венеры) на груди. Одна такая фигурка, найденная на реке Конда, датируется IX веком. У нее на спине выгравированы семь точек (Плеяды), что связывает ее и с Калтащ-эквой (так как Плеяды — ее дети). Возможно, первоначально эти богини были единым женским началом, которое позже разделилось. Это предположение подтверждается тем, что в некоторых мифах Калтащ-эква и Сорни-эква выступают как сестры-близнецы, управляющие разными сторонами одного и того же явления (плодородие земли и плодородие неба). Если так, то вогульская космология сохранила реликт очень древнего дуального женского культа, восходящего к матриархату.

С приходом христианства образы Калтащ-эквы и Сорни-эквы были частично демонизированы. Православные миссионеры объявили их бесами и разрушали их святилища. Однако в народной памяти они трансформировались в «святых»: Калтащ-экву отождествляли с Параскевой Пятницей (святой, покровительницей женских работ), а Сорни-экву — с великомученицей Варварой (которая также связывалась с небесными светилами). Это позволило сохранить культ под христианской оболочкой. В некоторых мансийских семьях до сих пор молятся «Параскеве-экве» (матушке Параскеве), прося о детях, не осознавая, что это синкретический образ древней Калтащ-эквы. С астральной точки зрения, эти замены привели к утрате связи с Венерой и Плеядами. Современные манси редко связывают Сорни-экву с утренней звездой; для них это просто «золотая баба, которая помогает в торговле». Астрономический компонент угас.