Всеволод Вишневский – Ленинград. Дневники военных лет. 2 ноября 1941 года – 31 декабря 1942 года (страница 7)

Сегодня в городе не было недельных продовольственных выдач, только хлеб (125 граммов). А народ держится – и выполняет и перевыполняет нормы! «Нам бы 250 граммов и два раза в день суп или кашу, и было бы отлично!» Но нет и этого (пока!).

А англо-американские друзья шлют «приветы и восхищения»… Нам нужен от союзников Второй фронт в Европе, а не в Африке… Нам нужны большие дела, а не только пароходы, Сикорский и т. п.

Были два врача. Исследовали меня после всех предварительных анализов. Еще раз беседа о болезни в 1920–1921 годах (сыпной тиф, цинга), о тропической дизентерии в 1935 году и т. д. …

Лечение (мое мнение):

1) Прорвать блокаду Ленинграда.

2) Некоторое улучшение питания.

3) В будущем: диета и отдых (?!) после победы…

Телеграмма от С.К. «Тревожусь о тебе, себя держу в руках»… Родная!

Маневренная борьба на Южном фронте. Генерал Шведлер пытается помочь генералу Клейсту.

На Московском фронте наши контрудары… Мороз 25 градусов! Тула попадает в окружение. Какая интенсивность сторон! Какая борьбища!

7 декабря 1941 года.

(169-й день войны.)

Слабость, плохое пищеварение. Неужели то, что я замечаю, – свернувшаяся кровь из кишечника? Неужели?

Приходил Крон, тепло поговорили… Я хочу, чтобы группа была спаянной и дружной. Мои письма и обращения, кажется, влияют на них. Вчера мое письмо прочли вслух.

За службой никогда не должна пропадать человеческая писательская душа… Революция имеет смысл только как дело человечности, простоты, ясности и дружбы…

Старорежимное вранье, замкнутость, чванство, «руки по швам» и пр. – это проклятье.

В сводках. На Московском фронте наши контратаки. Потрясающие передачи о немецких делах в Ростове. (Медицинские протоколы.) Ответ последует!

Пишу письмо к С.К. – короткое, ласковое; пишу о непоколебимом духе Ленинграда.

На Ледовой дороге уже работают две тысячи пятьсот грузовиков. Порожняк – для эвакуируемых. Первые группы прошли благополучно.

Необыкновенно ясное, взволнованное состояние духа. Мысли, мысли о революции, о нашей эпохе, о людях… Гордость за народ, за Ленинград, за Москву. Ведь сегодня на всех фронтах мы берем инициативу!

Удары под Москвой и на Юге: уничтожено восемьдесят пять танков, более восьми тысяч немецких солдат и офицеров, сотни машин. Еще, еще!

Сегодня 25 градусов, мороз крепчает… Немцы второй день не летают… Ага!

В Ленинграде выдают банки американского тушеного мяса, яичный порошок на вес – сто двадцать пять граммов… Это, видно, доставлено по Ледовой дороге.

Писать, писать о Ленинграде, обойти его сто раз, запомнить, как он выглядит, как живет!.. Афиши, объявления, вид домов, толпы и пр., и пр.

Гибель двадцати восьми гвардейцев под Москвой. Это же абсолютно тема моей пьесы «Последний решительный» – гибель двадцати семи…

Позавчера немцы стали стрелять по Ленинграду из сверхтяжелой батареи (как будто 18-дюймовой (?). Снаряды падали в районе островов. Задача для разведчиков и штурмовиков – найти и уничтожить ее.

Обдумываю обстановку. Восточный поход Гитлера не дал задуманных им результатов. СССР устоял. Создана коалиция СССР – Англия – США; война стала затяжной, с трудными перспективами.

Потери Германии растут, нефть и другие военные запасы истощаются. Отсюда новые ходы Гитлера – он готовит удар по нефти и удар по коммуникациям Англии и СССР, то есть на Турцию, Ближний Восток – к Ирану, Кавказу.

С другой стороны он готовит плацдарм в Северной и Западной Африке для удара по английским морским силам и коммуникациям вокруг мыса Доброй Надежды. Гитлер торопится, стремится кончить войну до полного развертывания сил демократической коалиции. В Европе Гитлер имеет до трехсот пятидесяти миллионов человек (подчиненных ему народов). Техническая база у него сильна. Мобилизовать дополнительные кадры сможет – погонит в строй новые контингенты своих «союзников». Одновременно возможен удар Японии – к Сингапуру, Индии; нарушение связи США и СССР и удары с европейских и африканских баз и аэродромов по путям Англии: мыс Доброй Надежды – Иран и средиземноморский путь…

8 декабря 1941 года.

(170-й день войны.)

Удар Японии по Сингапуру, Пёрл-Харбору и Филиппинам!..

Почти фантастическая картина! Мысли бегут… События отразятся двояко и ускорят темпы войны. США зарычат от оскорбления и ринутся в дело… Усилится военная индустрия, но южноазиатские фронты отвлекут часть нашей доли из поставок США и Англии…

Все эти события вызваны, ускорены железным сопротивлением СССР!

Началась новая глава всемирной войны.

Анализы дают картину улучшения. Кровавых выделений больше нет. Температура тридцать шесть.

Отлегло от души.

9 декабря 1941 года.

(171-й день войны.)

Здоровье явно улучшается. Девять дней отдыха и диета! (Белый хлеб, морковный сок, супы, бульоны, каша, пюре, компот, кофе.)

Бытие определяет не только сознание, но и здоровье.

Консилиум… Очень внимательный осмотр. Мой точный рассказ. Диета сделала уже многое.

Я буду в строю! Но впредь надо уравновесить питание, работу, нервную и физическую отдачу. А я при очень плохом питании имел повышенную нагрузку… Это привело ко второй стадии дистрофии.

Говорят, что противник отогнан от Волхова на семнадцать километров и нами взят Тихвин (?).

Воздушных тревог нет. Либо им мешают морозы, либо у них нехватка бензина, либо идет переброска авиации.

У меня был комиссар Ханко – товарищ Раскин. Рад встрече с ним. Оказывается, авторы знаменитого письма к Маннергейму – Дудин (поэт) и Пророков (художник)…

…Уже неделю нет московских газет.

Ну, вот эта книжечка и заполнена – начинаю новую.

10 декабря 1941 года.

(172-й день войны.)

Вчера днем товарищ Раскин рассказал мне о том, что эвакуация Ханко прошла планомерно и длилась около месяца. Вывезли до двух тысяч тонн продовольствия, это сейчас для Балтийского флота имеет огромное значение. Ханко мог бы держаться еще очень долго, но в современной обстановке, в условиях изоляции, это было нецелесообразно. Силы их пригодятся Ленинграду, ханковцы будут в ударной группе ленинградской обороны.

Разгромлена армейская группировка генерала Шмидта. Второе блокадное кольцо немцев под Ленинградом разбито (Тихвин, Волхов). Разгромлены три дивизии немцев: семь тысяч трупов, много трофеев, остатки дивизий бежали в леса. Операцию провел генерал Мерецков. Это – серьезная удача.

На Московском и Юго-Западном фронтах наши теснят немцев. Успехи под Тулой.

В шесть утра слушал сжатую, простую декларацию Рузвельта: японцы напали на американские острова на рассвете 7 декабря (подобно немецкому удару 22 июня на СССР).

Доклад Черчилля о том, что Англия вместе с США, Китаем и героическим русским союзником выдержит тяжелые испытания; победа будет за свободными народами – на нашей стороне четыре пятых человечества.

Фланговые удары, захват Ленинграда, Балтийского флота, индустрии, закупорка железных дорог Архангельск – Вологда – Москва, захват Ростова, нефтеподвоза по железным дорогам и Волге и, может быть, захват нефти на Кавказе – все это у Гитлера сорвалось. Удар на Москву срывается в который раз! Отсюда гонка, новые варианты. А время идет – зима, морозы; силы и ресурсы Германии истощаются.

Вспоминаю, как в 1939–1940 годах, провоевав декабрь и январь, мы к 23 февраля били, крушили линию Маннергейма.

Мой госпиталь за время своего существования пропустил уже много раненых.

Вчера одна из служащих с плачем умоляла комиссара госпиталя дать ей картофельных очистков. Муж ее на войне, у нее четверо детей. Но где же комиссару взять очистки, если в Ленинграде сейчас картофель не чистят, а только моют?

В городе у многих начались обмороки от слабости. В последние дни – сильные морозы и снег; трамваи больше не ходят. Курьеры бредут с Васильевского острова в центр за газетами, туда и обратно пешком (это длится четыре часа). Люди худеют на глазах, но терпят.

11 декабря 1941 года.

(173-й день войны.)

Воздушной тревоги не было, мороз спал.

Новые успехи на фронте: разгромлена группировка немцев под Ельцом… Это начинается зимняя фаза истребления противника, устающего, не приспособленного к нашему климату… Но главное впереди!

12 декабря 1941 года.