Война Владимир – Царствование Николая I (страница 2)
Император также поддерживал литераторов: он вернул из ссылки известного поэта Пушкина, назначил Жуковского наставником своего наследника и с восторгом читал произведения великого писателя Гоголя.
Борьба с взяточничеством и затягиванием судебных дел была одной из главных целей императора, еще когда он был великим князем. Он вникал в каждую мелочь и строго наказывал за любые проявления лихоимства. Это подтверждает следующий случай: один молодой человек, сын богатых родителей, был арестован ночью. Отец пришел к полицейскому и предложил ему крупную сумму денег за освобождение сына. Полицейский ответил, что если бы ему предложили такую же сумму год назад, он бы согласился, но сейчас, зная о строгом контроле со стороны императора, он не примет даже увеличенную в сто раз сумму.
Из рескрипта императора министру юстиции князю Лобанову-Ростовскому следует, что из 2 850 000 дел, находившихся в производстве в 1826 году, осталось лишь небольшое количество нерешенных, а из 127 000 человек, преданных суду, осталось только 4 900. Это свидетельствует о высокой энергии и стараниях как самого министра, так и его подчиненных.
Император Николай I только начал царствовать, но уже проявил себя как человек твердой воли и решимости в своих действиях и реформах.
Вся Европа признала в нем достойного преемника Александра, и влияние, которое новый император начал оказывать на международную политику, не замедлило проявиться. 21 апреля 1826 года был обнародован Высочайший манифест о коронации, на которую съехались представители всех европейских дворов. 25 числа состоялось торжественное вступление императора в Москву, а 26 августа состоялось само коронование. В своей внешней политике император проявил твердость. Отправляя своих представителей в Турцию, он заявил: «Для меня достаточно существующих договоров, если они хорошо понимаются и строго исполняются; я не намерен делать никаких шагов вперед, но и назад отступать не буду никогда».
Еще будучи в Москве, 16 сентября, Николай Павлович, оскорбленный действиями Персии, объявил ей войну. В 1813 году в Гюлистане был заключен мирный договор с персидским шахом, который признавал границей между двумя государствами линию, занятую русской армией на момент заключения соглашения. Однако после окончания боевых действий персы заняли часть Карабахского ханства, принадлежавшего России с давних времен, что привело к ответным действиям со стороны русских войск, которые заняли часть персидской территории.
Император Николай, стремясь к мирному разрешению конфликта, отправил в Персию в 1826 году князя Меньшикова для переговоров. По пути туда он узнал, что персидские войска уже движутся к российским границам. Все усилия князя Меньшикова по отсрочке начала военных действий путем переговоров оказались тщетными. Шах приказал удерживать его под стражей. Аббас-Мирза, персидский главнокомандующий, 6 июля отправился к армии для сосредоточения персидских сил на границе с Карабахом. В это время английский поверенный в делах, г. Виллок, запретил всем унтер-офицерам своей страны, обучавшим персов военному делу, следовать за персидской армией и объявил шаху, что если тот начнет военные действия, английский поверенный покинет его двор. Это предложение имело некоторый эффект, но неожиданное событие разрушило все надежды на сохранение мира.
Возмущённый хан Талышский, вырезав небольшой русский гарнизон в Аркеване, обратился за помощью к Персии для захвата Ленкорана. Князь Меньшиков был вторично задержан в Эривани 3 августа и только после 25-дневного заключения получил разрешение продолжить путь. Это оскорбление России в лице её посланника требовало возмездия. Персияне вторглись в наши пределы без объявления войны. Аббас-Мирза с армией от 30 до 40 тысяч человек вступил в наши ханства Талышское и Карабахское. Но вскоре персияне были наказаны за свою дерзость.
В ожидании сбора всего Кавказского корпуса под Тифлисом, главнокомандующий на Кавказе генерал Ермолов приказал генералу князю Мадатову рассеять передовые войска персиян. Мадатов, командуя небольшим отрядом, обратил в бегство весь неприятельский отряд, захватив крепость Елисаветполь. При взятии крепости в наши руки попал вражеский лагерь и большое количество провианта, пороха и свинца.
В это время генерал-адъютант Паскевич, принявший командование войсками, действовавшими против персиян, получил приказ от генерала Ермолова соединиться с отрядом князя Мадатова и вытеснить неприятеля за пределы России. 13 сентября Паскевич встретил персиян в семи верстах от Елисаветполя с армией, вдесятеро превышавшей русские войска. После короткого боя неприятель был наголову разбит и, потеряв, кроме убитых и раненых, 1100 пленных, два лагеря, несколько знамен, орудий и 80 зарядных ящиков, в беспорядке отступил за реку Аракс.
1 октября, проезжая через Тверскую губернию на обратном пути из Москвы, император получил донесение о победе генерала Паскевича. 6 октября состоялся торжественный въезд императора в Петербург, куда через две недели были доставлены захваченные у персиян знамёна. Их проносили по городу под звуки труб.
Весной 1827 года пришло радостное известие: персы, потерпев новое поражение на берегах реки Аракс, были отбиты Красовским от Эчмиадзинского монастыря и вынуждены сдать неприступную крепость Эривань. Паскевич, одержавший победу, преследовал персидского полководца Абасс-Мирзу к городу Таврус. С приближением русских войск персы бежали, и город сдался без сопротивления. Испуганный шах молил о пощаде. Император Николай даровал ему мир, и 10 февраля 1828 года в деревне Туркманчай был заключен выгодный для России мирный договор. Россия приобрела Эриванское и Нахичеванское ханства, а также получила 20 миллионов рублей серебром в качестве дани. В знак признания заслуг Паскевич был награжден титулом графа Эриванского.
После завоевания султаном Магометом II Восточной Римской империи, откуда свет православной веры пришел в наше отечество, многие греки, преследуемые турками, переселились на полуостров Пелопоннес. Однако и там их настигло оружие победителей. Обширные земли, принадлежавшие Восточной Римской империи, в период турецкого владычества пришли в упадок. Ненависть победителей к христианству и их невежество в короткие сроки уничтожили плоды двухвекового просвещения. Благоустроенные города превратились в руины, промышленность, приносившая благосостояние, исчезла, а дивные памятники науки и искусства были безвозвратно утрачены. Служение истинному Богу подверглось жестоким преследованиям; собственность побежденных становилась добычей первого встречного; имущество, нажитое трудом, часто становилось причиной гибели его владельца; женщины и дети подвергались насилию; банды грабителей безнаказанно вырезали целые поселения, не щадя никого.
Более трех с половиной столетий несчастное население не находило защиты и правосудия, томясь под тяжким игом, пока милосердный Бог не послал Греции защитников в лице российских самодержцев.
Императрица Екатерина II, выражая участие в бедственном положении единоверцев, находившихся в Турции, неоднократно пыталась облегчить их участь. Император Александр I также неоднократно обращался к султану с советами прекратить жестокости. Однако все усилия России остановить безумное неистовство турецкого правительства оказались тщетными. Султан издал хатти-шериф (манифест) о мести всем христианам. Действия этого манифеста были ужасающими: мусульманская чернь повсюду насыщала свою ярость пролитием крови греков. Патриарх Константинопольский Григорий, несмотря на повиновение султану, был позорно повешен на воротах патриаршего жилища, что вызвало глубокое сожаление христианского мира. В Адрианополе патриарх Кирилл и архиепископ Паисий, вместе с множеством христианских купцов, также пали жертвами турецкой жестокости. Наш посланник, барон Строгонов, не получая удовлетворения на жалобы и видя свою жизнь в опасности, покинул Константинополь в апреле 1821 года и вернулся в Россию вместе со всей миссией.
В это время союзные с Россией державы, Франция и Англия, также прилагали все усилия для прекращения бедственной войны между турками и греками. Однако турки не слушали советов христианской Европы и не только усиливали военные действия в Морее, но и начали угрожать Сербии, которая оставалась верной султану. Военные действия в Молдавии и Валахии, вопреки всем договорам и обещаниям, продолжались. Вместо обещанных льгот и преимуществ по условиям Бухарестского трактата, Турция обременяла эти княжества новыми налогами, угнетала их и доводила до крайнего разорения. Хотя Турция обязалась препятствовать набегам кубанских горцев, она, напротив, поощряла их к нападению на Россию. Кроме того, Турция задерживала русские суда в Босфоре, захватывала их грузы и нарушала тем самым торговые обязательства, заключенные с Россией в 1783 году.
Упорство Турции в войне с греками и явное нарушение ею условий заключенных договоров, наконец, исчерпали терпение Императора Александра. Незадолго до своей кончины, в октябре 1825 года, он выразил протест против действий турецкого правительства и объявил о своем намерении принудить Порту к уважению прав России с помощью оружия.