Вотит Нирагаг – Красный мир. Астероид (страница 27)

– А он тоже полетит, – ошарашил меня Аркаша. – А ещё Влад, Наталья и Кириллов. Но только на срок постройки колонии. Билет колониста предложили только тебе. И ты можешь от него отказаться и вернуться вместе с друзьями назад после работы.

– Так, что за аттракцион невиданной щедрости? Полететь с друзьями на Марс! – я не мог подобрать слов. – Ты меня случаем не разыгрываешь?

– Никакой ненужной щедрости, только логика, – ответил Аркаша. – Вы все отличные специалисты в своих областях, а то, что друзья, ещё и добавляет психологического спокойствия при работе в космосе и на другой планете. Когда мы предложили кандидатов от нашего НИИ, как раз в комиссии очень удивились такой невероятной удаче – группа отличных специалистов, которые являются друзьями. Нам намекнули, что если ты откажешься от билета колониста, то ни в коем случае вы не должны отказываться от полёта в целом. Это будет серьёзным ударом по проекту. К тому же, в ближайшее время на Марсе вахтовым методом побывает очень много людей, так что выбор вашей группу не такой уж уникальный.

– Ну я думаю никто не откажется. «Бандит» так и летит к нам, так что выбора нет. А ты почему не с нами?

– А мне не предложили, – с небольшой грустью ответил Аркаша. – Но я бы всё равно отказался. Я… Боюсь космоса.

– Да ладно? Ты никогда не говорил. А почему?

– Не знаю. Что-то иррациональное. Но я в космос ни ногой, – сказал Аркаша.

– Так может поэтому и не предложили, это ведь есть в личном деле? – спросил я.

– Нет. И не нужно меня подбадривать. Я прекрасно понимаю, что есть люди умнее и важнее меня. Я в порядке, – ответил Аркаша, закрывая тему.

– Когда вылет?

– Через два дня. С собой ничего брать не нужно. Это не туристическая поездка. Вас всем обеспечат, – ответил Аркаша деловым тоном. От грусти не осталось и следа.

– Понятно, в наше время сроки, как обычно, минимальные. Остальные знают? Или мне сказать? – спросил я.

– Они зайдут ко мне сразу после тебя, я им сообщу, – ответил Аркаша. – Иди, готовься.

– Кстати, – вспомнил я. – Удивлён, что Кириллов тоже летит. Не думал, что люди его профессии сейчас нужны на Марсе.

– Признаюсь, тут я немного «походачил». Изначально комиссия тоже не поняла, зачем там нужен Кириллов. Я встречал таких людей. У него цепкий взгляд, острый ум, и в критической ситуации он не потеряет самообладание. На Марсе сейчас вся жизнь – критическая ситуация. Да, внешне он может быть очень раздражающими, но в трудную минуту именно он первым тебя поддержит и поможет. Ну и конечно, он надёжный друг, – с улыбкой сказал Аркаша. – Кстати, наш китайский товарищ Сун тоже летит, он в составе группы из Поднебесной.

С Кирилловым и правда общение шло на удивление легко. После нашей первой встречи я кардинально изменил своё мнение. За маской хама действительно был честный и надёжный человек, а ситуация с утечкой только подтвердила это.

– Ещё и Сун, – улыбаясь во весь рот, проговорил я. – Ну и как тут отказываться, когда столько друзей будет рядом с тобой! Тут как раз на Земле практически никого не останется. Ладно, я пошёл к себе.

– Иди.

Дойдя до своего кабинета, я первым делом написал родителям и сообщил радостную новость, а вечером решил позвонить. Остаток дня я завершал дела, потом времени на это не будет.

Дома, после ужина я позвонил родителям. Мама была просто счастлива:

– Димочка, сынок, я так рада за тебя. Это же такая честь – слетать на Марс! Когда вылет? – спросил мама.

– Через два дня, – ответил я.

– Так скоро? – удивилась мама. – А разве такой сложный космический полёт не требует долгих приготовлений?

– Все приготовления завершены ещё до уведомления колонистов. Кораблю нет разницы, кто на борту, отказались бы одни, согласили другие, – сказал я, глядя на папу.

Отец пока не проронил ни слова, даже не поздоровался. Взгляд у него был жесткий, суровый, как будто я разбил его любимую машину.

– Пап, ты чего такой молчаливый? – решил спросить я, понимая, что-то не так.

– Сам вызвался? – внезапно спросил отец.

– Нет. До сегодняшнего утра я даже не знал, что на Марсе будут строить колонию, – ответил я, не понимая, к чему он клонит. – Верховный совет же принимал решение о приостановке колонизации.

– Долго будешь на Марсе? – продолжил допрос отец.

– Не меньше года. А почему ты такой серьёзный? Боишься, что не долетим? – недоумённо спросил я.

– Сын, я тебя люблю, но ответь мне честно – ты бежишь от астероида? – выпалил отец вопрос, который тревожил его больше всего.

– Юра, замолчи, – процедила мама.

Я понял, что сегодня моя новость привела к расколу в семье. Нужно было срочно расставлять все точки над ё.

– Так. Папа. Мама. Я тоже вас очень люблю. И я лечу на Марс только в командировку, хотя мне и предложили билет колониста, – я говорил медленно, чтобы дошло каждое слово. Мама хотела что-то сказать, но папа жестом остановил её. – Я не боюсь «Бандита», «Бильярд» будет успешно реализован, поэтому прятаться на Марсе не собираюсь. И не хочу. Жизнь там будет очень трудной, всё время придётся уделять контролю и ремонту систем жизнеобеспечения, а я люблю науку. Такое больше подходит авантюристам, а не прагматикам, как я.

– Но сынок… – начала было мама, однако папа её снова прервал.

– Молодец. Я в тебе не сомневался. А ты, женщина, гордись своим смелым сыном, а не ищи место под юбкой, куда бы его спрятать, – сказал отец. Было видно, что пружина внутри ослабла, и теперь его лицо выражало искреннюю любовь и уважение к сыну.

– Мужики, – вздохнула мама. – Вы, как всегда, лишь бы хорохориться. Сынок, ты хорошо подумал? Вряд ли билеты колонистов раздают всем подряд.

– Конечно, мама, – тепло ответил я. – Не бойтесь астероида, нашему коммунистическому человечеству не переломить хребет каким-то космическим камнем.

– Ох, ну ладно. Успокоил, сынок. Иди отдыхай, готовься к полёту. Проводить можно будет? – спросил отец.

Я только сейчас понял, что не спросил у Аркаши про провожающих.

– Пока не знаю. Сообщу завтра, – ответил я. – Пока, пока, целую.

– И мы тебя, – за двоих ответила мама.

Я лёг спать с лёгким сердцем. Родители одобрили, а это самое главное. Но на их примере хорошо видно, что люди отнесутся к полёту колонистов на Марс по-разному. Надеюсь, Верховный совет придумал крепкое объяснение для населения. В полноценный раскол я не верю, но люди находятся на взводе уже давно. Любое событие вызывает волны недовольства или непонимания, пусть и небольшие, но регулярные. И людей можно понять. Со времён действий Алпана наше общество впервые столкнулось с таким масштабным событием. Когда удастся его преодолеть, это, безусловно, укрепить наше общество. Но пока возникают трудности. Всё-таки ещё живо много людей, которые росли в условиях империализма. Страх укоренился глубоко внутри.

На следующий день мы встретились в кафе нашей «марсианской» группой.

– Ну что как настроение? – спросил я, глядя на собравшихся.

– Я в восторге, – начал Сергеич. Он просто светился от счастья. Уж кто-кто, а он спал и видел, как полетит на Марс. – Сорок пять дней сна, и я буду топтать марсианскую пыль, как когда-то Нил Армстронг топтал Луну.

– Мы же не первые, – улыбнулся Влад. – Сравнение некорректное.

– А мне без разницы, – возбужденно ответил Сергеич. – Кем хочу, тем себя и представляю.

– Да я не против, – ответил Влад, поднимая руки.

– Так. Меня космос никогда особо не интересовал, поэтому тонкостей перелётов не знаю. Не хочется казаться глупой, но объясни, пожалуйста – что за сон такой на сорок пять дней? – спросила Наталья у Сергеича.

– Ничего страшного, Наташ. Этого много кто не знает, технология относительно новая. Для более комфортных и безопасных перелётов людей в космических кораблях используется «спячка». Этот процесс «подглядели» у медведей. Он был признан самым эффективным для перелётов, где продолжительность сна не более полугода. Если лететь дольше, используются вахты: месяц работаешь – полгода спишь. Но нам не придётся играть в вахтовиков. Как я и сказал, лететь всего полтора месяца.

– Мы реально проспим весь полёт? А как же еда, вода? Внутривенно?

– Да. Нам не придётся наедать жирок, как настоящим медведям, – широко улыбаясь, сказал Сергеич. –А ещё «спячка» снижает пагубное влияние космической радиации. Это в дальних перелётах даже важнее, чем психологическое состояние путешественников по космосу. Сама идея «спячки» возникла давно, но не удавалась реализация. В очередной раз оказалось, что видеть процесс, происходящий в природе и его воспроизведение – очень разные вещи. Поэтому не удивляйся, что не слышала. Тут нужно регулярно следить за новостями космонавтики.

– Так вот как головастики решили проблему радиации, – вступил в разговор Кириллов.

– Не только так, – ответил Сергеич, пропуская мимо ушей выпад. – Для защиты корабля от радиации также используется создание аналога магнитного поля, как у планет. Вкупе с использованием пассивных способов защиты, таких как толстые стенки кораблей из специальных сплавов, «спячка» и антирад34, космонавты защищены на все сто процентов. Вахтёров же тоже нужно защищать. Головастики не зря едят свой хлеб.

– А термоядерный реактор вырабатывает достаточно энергии для всех этих систем корабля, – добавил Кириллов, подражая Сергеичу. Его сильно веселил энтузиазм товарища.