Вотит Нирагаг – Красный мир. Астероид (страница 16)

– А если эксперимент даст положительный результат? – спросил Андрей.

– Чистки не будут, – просто «ответил» великан. – Предлагаю закончить разговор, если конечно, у тебя нет больше вопросов.

Вопросов у Андрея было очень много, но он уже понял, что на них ответа не будет. Ему и так предоставили много информации.

– Нет, пожалуй, хватит вопросов, переварить бы уже полученную информацию, – сказал Куприн.

– Разумно. Тогда одевай всё, что лежит на пеньке и отправляйся домой. Напоследок я скажу тебе вот что: авария, в которую ты попал, не случайна, – «сказал» великан.

Андрей кивнул, не удивляясь этому. Он много кому перешёл дорогу. Куприн ещё раз осмотрел сложенный спортивный костюм, кольцо, браслет и цепочку, быстро оделся. Как и ожидал, костюм сел как влитой, а вот аксессуары удивили: цепочка и браслет лежали на теле ровными линиями, и абсолютно не шевелились при движении, как будто прилипли к телу. При этом казалось, что они не имеют веса, а также не осязались. Спать в них точно не будет проблемой. Осмотрев своё новое «обмундирование», Куприн замер, не понимая, что делать дальше.

– Просто подумай о месте, куда тебе нужно, и ты окажешься там, – «ответил» на его немой вопрос великан.

Андрей подумал о своей квартире и тут же оказался в центре зала. Звуки леса сменились городским шумом, Андрей поморщился. Ему очень понравилось на той опушке. Даже с учётом всех новостей, которые он получил, ему было спокойнее в настоящем лесу.

– Нужно будет почаще выбираться, – решил Куприн.

Глава 9. НИЦ

Москва, 2061 год.

– Специалистов, которые предложили столкнуть астероиды друг с другом, было немало. Но это не значит, что твой план был неважен, – сказал Аркаша, вызвав к себе в кабинет.

– Я только рад, что так много людей могут и готовы предложить решение, которое высоко ценят самые умные люди не только нашей страны, но и в мире, – сказал я, нисколько не кривя душой. – Позвали всех? Сколько нас?

– Я уточнил. Всех. Но многие отказались, не любят быть на публике, – ответил Аркаша.

Аркаша заваривал свой замечательный чай. В коллективе, как и в целом в обществе, было довольно спокойно после объявления решения Верховного совета и начала работы над реализацией «Бильярда». Уже через две недели меня пригласили в главный координационный центр в Москву, как одного из тех, кто предложил столкновение астероидов. Одному ехать не хотелось, меня до сих пор смущала внезапная известность, поэтому попросил поехать со мной Аркашу.

– А мне нужно будет выступать перед камерами? – не хватало ещё и на всю страну «прославиться».

– Нет, но съёмка будет вести не в фоновом режиме, как обычно, а для составления документального фильма на будущее, – сказал Аркаша.

– Не рано ли мы думаем такой мелочь? Для начала сбить бы «Бандита» с траектории, – скептически сказал я.

– Не рано. Нужно всегда подходить к решению проблемы комплексно. К тому же, в успехе плана наверху не сомневается никто. Расчёт показал вероятность девяносто четыре целых, тридцать четыре сотых процента на положительный исход операции «Бильярд».

– Отличное название плана, кстати, – усмехнулся я.

– Мне тоже понравилось, – сказал Аркаша. – Как и твои названия – «Бандит» и «Камикадзе». Можешь гордиться.

Опять он меня смущает. Я и представить не мог, что мои рабочие названия, придуманные для удобства, войдут в документы операции, в историю.

– Ты уже стал частью истории, и вполне заслуженно, – сказал Аркаша. – Прекращай уже мандраж, привыкай к известности.

Легче сказать, чем сделать. Я никогда не стремился к известности, мне нравилась моя трудовая деятельность учёного и инженера. Даже повышение меня не интересовало. Раньше, до года Кровавых рек, карьерный рост ассоциировался в первую очередь с повышением зарплаты, улучшением качества жизни. Очень много умных людей, которые очень пригодились бы на месте специалиста, жертвовали своим желанием созидать ради карьеры. Теперь, к счастью, в этом нет необходимости. Например, мы с Аркашей имели равный доступ к благам, создаваемым общество. Будучи руководителем, Аркаша занимался административными вопросами, раздавал поручения сотрудниками своего направления, принимал решения. Но при этом способы передвижения, еда и развлечения при желании у нас могли быть одинаковыми: в самолете, например, больше не было понятия «бизнес» и «эконом», все места были максимально комфортными, а покататься на горных лыжах в выходной день мог как руководитель, так и обычный специалист, что Аркаша с Сергеичем часто и делали. Никаких денег на это больше не нужно было.

Существовали только определённые лимиты на дефицитные вещи или услуги: например, заказать стейк из лучшего мяса в нашем полушарии, как я сделал месяц назад, можно было как раз не чаще раза в месяц, а слетать в космос в качестве туриста – только раз в три года. Такие товары и услуги разделялись на несколько категорий, и у каждой были свои ограничения. Можно было подарить свой лимит другому человеку, и это поначалу создало небольшой «черный рынок». Однако, с этим никто бороться не собирался. Власть просто решила возглавить этот «черный рынок»: создали единую информационную систему, где люди могли подарить или получить в дар какой-либо лимит. И это решение сработало, причём даже лучше, чем ожидалось.

Если первые годы люди именно обменивались доступом к лимитированному товару и услуге, сохраняя тем самым «родимое пятно» капитализма в виде рынка, то потом поняли, что никто не заберёт и не изменит в худшую сторону доступ к лимитам. Наоборот, с развитием общества и научно-технического потенциала, лимиты увеличивались. Месячный отдых у Средиземного моря, сегодня можно брать два раза в год, а на старте программы лимитов – не чаще раза в два года. Для сохранения баланса и качества лимиты не накапливались, поэтому хранить их невостребованными нет смысла, вот люди и стали просто дарить.

У Аркаши были те же лимиты, что и у меня, невзирая на разницу в служебном положении. Возникала даже обратная ситуация: ни я, ни Аркаша не могли добровольно потребовать отрезать себе руку и заменить на протез, который во много превосходил возможности обычной руки. Но если человек, независимо от трудовой деятельности, терял конечность, протез устанавливался ему в кратчайшие сроки. До сих пор существуют глупцы, которые «случайно» калечат себя, и им также устанавливают протез, но таких всё меньше и меньше. Всё-таки искусственная рука требует зарядки АКБ. Хотя мои новые батарейки могут вызвать новый всплеск «случайностей».

Так что каждый из нас был на том месте, где мог максимально развивать свой потенциал. И если человек через какое-то время понимал, что ошибся с призванием, он мог легко поменять место работы, переучиться. Многие так поступали ещё и потому, что даже самая любимая трудовая деятельность может привести к выгоранию, поэтому её смена была частым явлением в современном обществе.

Вечером следующего дня мы выехали в Москву. Я предложил воспользоваться прокатом машины, хотелось сесть за руль. Аркаша был не против.

– Ты один из немногих, кто так любит рулить по старинке, – сказал Аркаша, садясь на переднее пассажирское сидение. – А я вот ближе к «лагерю» Сергеича.

– Тут ехать всего сто тридцать километров, не успеешь вздремнуть даже, – сказал я и выехал на трассу.

Аркаша решил рассказать, что примерно меня ожидает на встрече в Москве. Для него это была вполне рядовая поездка. Время в дороге пролетело быстро, через час мы уже были в столице. Ехать в гостиницу не было смысла, рокси прекрасно справится с этой задачей самостоятельно, робот занесёт вещи, поэтому мы решили прогуляться по столице.

Сколько бы раз я не был в Москве, всё время удивлялся её красоте и величию. Город был больше похож на настоящее чудо из старых книг: фонтаны, сады и парки были повсюду. Роботы заботливо ухаживали за деревьями, кустарниками и газонами. Через каждые триста метров обязательно была обустроена спортивная площадка, на которой никогда не было безлюдно.

Физкультура стала постоянным трендом для населения страны. После упразднения капиталистических отношений спорт практически умер. Людям стало неинтересно смотреть, как бегают и прыгают другие, когда можно, наконец-то, заняться любимым делом, а не просто тем, что приносит деньги.

Повсеместно была пропаганда здорового образа жизни, и люди начали сами заниматься в залах и парках. А поскольку у кого-то это получалось лучше других, спорт снова стал набирать популярность. Но воскрес он в совершенно новом виде.

Больше никто из спортсменов не изнурял себя тренировками, которые могли непоправимо испортить здоровье. Рекорды стали обновляться очень редко, но каждый человек понимал, что спорт в тридцать лет закончится, а жить ещё минимум семьдесят, а то и девяносто лет, и не хочется постоянно «питаться» таблетками.

За этим следили и медики, причём не только на тренировках. Была введена обязательная ежегодная диспансеризация. Больше никаких обследований «для галочки», людей приглашали в соответствии с электронной очередью, а на работе кадровики принудительно отправляли тех, кто по каким-то причинам забывал, что ему пора в медицинский центр. Поэтому многие должности, которые с первого взгляда могли заменить ИИ, занимали по-прежнему люди. Иногда нужен «целебный пинок» по мягкому месту.