ВОРОН ВЕЩИЙ – Последний поезд (страница 3)
«Десять тысяч метров, – невозмутимо произнесла Аня, ее голос прозвучал в уютной тишине кабины. – Давление стабильно. Системы в норме. Начинаю сброс скорости».
За окном проплывали призрачные формы глубоководных рыб, светящиеся в темноте, как заблудшие души. Каждое погружение на такую глубину было погружением в неизведанное, но на этот раз чувство было особенно острым.
«Бен, проверь датчики рельефа, – попросил Арис, склонившись над своим монитором. – Лена, как там твои гравиметрические показатели?»
«Пока тихо, Арис, – ответила Лена, ее глаза бегали по голографическим дисплеям. – Никаких отклонений от нормы. Если тут и есть аномалия, она хорошо прячется».
Часы превращались в минуты. Плотность воды за бортом была такой, что казалось, батискаф движется в желе. Наконец, Аня объявила: «Дно. Одиннадцать тысяч сто метров. Приготовьтесь к посадке».
Лучи прожекторов выхватили из тьмы неровный, изрезанный ландшафт океанического дна. Огромные валуны, ущелья, покрытые толстым слоем осадочных пород. Ничего необычного.
«Ну, Бен, твоя стихия, – усмехнулся Арис. – Давай, удивляй».
Но Бен молчал. Он смотрел на свой монитор, его обычно беспечное лицо напряглось.
«Бен? Что-то не так?» – спросила Аня.
«Сигналы… Они странные, – пробормотал геолог. – Это не похоже ни на одну из известных тектонических структур. Слишком… ровно. Слишком… идеально».
Все взгляды обратились к монитору Бена. На нем отображалась 3D-модель дна, созданная с помощью сонара. Среди хаотичных изгибов подводных гор и впадин, прямо перед ними, находился объект. Он был идеально прямоугольным, огромным, простирающимся на несколько километров, и имел неестественно гладкую поверхность.
«Что это, ради всего святого?» – Лена придвинулась ближе, ее глаза расширились от удивления и научного азарта. – «Геологическая формация так выглядеть не может».
«Вряд ли это человеческих рук дело, – пробормотал Арис. – На такой глубине? Невозможно».
Аня маневрировала «Хароном» ближе. С каждым метром, по мере того как объект заполнял их поле зрения, его неестественность становилась все более очевидной. Это было гигантское сооружение, черное, как сама бездна, но поглощающее свет, а не отражающее его. Его поверхность была гладкой, как отполированный обсидиан, и не имела швов, стыков или признаков износа.
«Мои датчики зашкаливают, – внезапно воскликнула Лена. – Гравитационное поле искажено. Я… я не могу это объяснить. Показатели прыгают, будто… будто законы физики здесь работают иначе».
На мониторах Лена показала им график, который плясал, как сумасшедший. Стрелки компаса безумно вращались, а датчики давления показывали аномальные, противоречащие друг другу значения.
«Мы что, наткнулись на космический корабль пришельцев?» – нервно пошутил Бен, но его улыбка была натянутой.
«Или на нечто гораздо старше, – тихо сказал Арис, его голос был полон одновременно трепета и предчувствия. – Нечто, существовавшее до возникновения самой жизни на Земле».
По мере того как «Харон» приближался к структуре, члены экипажа начали замечать странные вещи. Сначала это были лишь легкие визуальные искажения. Света прожекторов, казалось, преломлялись вокруг структуры неправильно, создавая иллюзию мерцания или волнистости воздуха в воде. Затем начали появляться звуки. Сначала еле слышимый низкий гул, который, казалось, проходил сквозь корпус батискафа, а не распространялся по воде. Затем это переросло в едва различимые шепоты, казавшиеся частью шума механизмов.
«Вы это слышите?» – спросила Аня, прислушиваясь.
«Что?» – спросил Арис.
«Шепот… Будто кто-то что-то говорит», – ответила она, поводя головой.
Лена посмотрела на нее с беспокойством. «Я ничего не слышу, Аня».
«Наверное, усталость, – отмахнулась Аня, но ее взгляд задержался на черной поверхности. – Или давление начинает сказываться».
Они приземлились на небольшое плато в нескольких сотнях метров от структуры. Подняв облако донной пыли, «Харон» завис на месте. Структура возвышалась перед ними, подавляя своим молчаливым присутствием. Она была не просто черной; она была *отсутствием* света, провалом в реальности.
«Мы должны подойти ближе, – решительно заявил Арис. – Собрать образцы. Определить состав».
«Мои датчики сходят с ума, – повторила Лена, ее голос дрожал. – Электромагнитные поля вокруг нее… они искажены. Как будто сама ткань пространства-времени вокруг нее деформирована».
Напряжение в кабине нарастало. Чувство изолированности, которое всегда сопровождало глубоководные миссии, сейчас превратилось в ощущение полной оторванности от всего знакомого. Они были в ловушке на дне мира, перед чем-то, что не должно было существовать.
«Подойдем к ней вплотную, – скомандовала Аня. – Пусть манипуляторы попробуют взять образец».
Медленно, дюйм за дюймом, «Харон» приблизился к монолиту. Чем ближе они подплывали, тем сильнее становились эффекты. Визуальные искажения усилились, и теперь это были не просто блики, а короткие, мелькающие образы, которые, казалось, возникали из ниоткуда: древние, неземные символы, силуэты чего-то гигантского, движущегося в темноте, лица, искаженные ужасом.
«Я вижу… я вижу там что-то!» – воскликнул Бен, указывая на иллюминатор. – «Оно… оно двигается!»
Аня и Арис посмотрели туда, куда он указывал. Ничего. Только черная, гладкая поверхность.
«Бен, там ничего нет, – спокойно сказала Аня. – Ты что-то видишь?»
«Нет… теперь нет, – пробормотал геолог, потирая глаза. – Но я клянусь, там было… движение. В тени».
Лена, погруженная в свои данные, внезапно издала прерывистый вздох. «Посмотрите сюда!»
На центральном мониторе, куда Лена вывела свои данные, был виден трехмерный график, отображающий распределение материи. Прямо в центре структуры, там, где не должно быть ничего, кроме монолитной черноты, появился тонкий, едва заметный разлом. Он расширялся.
«Это… это вход?» – прошептал Арис.
Тонкий разлом на поверхности монолита, который секунду назад был лишь абстрактным графиком, теперь был ясно виден за иллюминатором. Идеально прямая линия, светящаяся тусклым, пульсирующим пурпурным светом, медленно раскрывалась, образуя проем. Внутри проема не было привычной воды или камня; была лишь еще более глубокая, абсолютная тьма, которая, казалось, поглощала свет прожекторов.
«Оно открывается, – выдохнул Бен, его голос был полон одновременно ужаса и благоговения. – Оно открывается для нас».
Аня почувствовала, как по ее спине пробежал холодок. Все ее инстинкты кричали: *Беги*. Но она была пилотом-исследователем, а не испуганным ребенком. И ее научная часть требовала ответов.
«Мы заходим внутрь», – решительно произнесла она, глядя на коллег. В их глазах она видела такой же ужас и такую же неумолимую жажду знаний.
Медленно, «Харон» двинулся вперед, проникая через разлом вглубь структуры. Сразу же изменилось все. Давление исчезло. Шумы внешнего океана утихли, сменившись полной, абсолютной тишиной, которая, казалось, давила на барабанные перепонки. Свет прожекторов стал вести себя странно, изгибаясь и искажаясь, как будто они попали в невидимый масляный водоворот.
Внутри структура оказалась не полой. Это был огромный, бесконечный коридор, стены которого были сделаны из того же черного, светопоглощающего материала. Но они не были гладкими. Везде были выгравированы странные, угловатые символы, мерцающие тем же пурпурным светом, что и разлом, через который они вошли. Символы двигались, пульсировали, менялись прямо на глазах, будто живые.
«Это… это невозможно, – пробормотала Лена, обхватив голову руками. – Мои датчики показывают нулевое давление. Нулевое! Но мы все еще на дне океана. Как… как это работает?»
Ее голос дрогнул, когда она посмотрела на свои приборы. Датчики температуры показывали -273.15 градусов по Цельсию – абсолютный нуль, температура космического вакуума. При этом воздух в кабине был комфортным. Это было такое же нарушение физики, как если бы они могли дышать без воздуха.
«Мы больше не на дне океана, – тихо сказал Арис, его глаза были прикованы к двигающимся символам. – Мы… где-то еще».
У Бенна начались галлюцинации в полную силу. «Я… я вижу горы! Огромные, кроваво-красные горы, и небо… там два солнца! И существа… они парят…» Он указывал на стену, которая для остальных была лишь черным камнем.
«Бен, успокойся, – попытался Арис. – Что ты видишь?»
Но Бен не слышал. Он сжал виски, его лицо исказилось от ужаса. «Они смотрят… они смотрят прямо на нас!»
Аня почувствовала, как ее собственная реальность начала расплываться. Шепот вернулся, теперь он был громче, яснее. Голоса, тысячи голосов, говорили на языке, которого она никогда не слышала, но почему-то *понимала*. Это был язык древних тайн, забытых знаний, космического ужаса. Она видела, как тени за иллюминатором сгущались, принимая формы, которые ее мозг отказывался интерпретировать. Она видела свой дом на поверхности, но он был разрушен, поглощен тьмой. Она видела себя, но старше, искаженнее, с глазами, полными отчаяния.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.