ВолкСафо – Песня ветра. Ветер перемен (страница 16)

Потом сзади послышался легкий шорох, но она не стала оборачиваться. Убийца не пошел бы за ней, и уж тем более не стал бы шаркать ногами, если преследовал бы ее. Да к тому же, убийца пах чесноком, а сейчас Рада улавливала в воздухе легкий-легкий аромат травяного мыла. И еще — шелест ткани и стук потертых башмаков о камень мостовой. И шмыганье чьего-то мокрого носа. Хмыкнув, она только покачала головой, а потом негромко спросила через плечо:

— Ну и чего ты плетешься за мной?

На миг позади повисла тишина, там очень удивились тому, что их услышали, и Рада вновь хмыкнула. И сразу же поморщилась: от резкого движения в ране кольнуло, и кровь потекла сильнее. Теперь уже вся ладонь, которой она изо всех сил зажимала пропоротый бок, была в крови.

Потом послышался топоток, и молоденькая эльфийка догнала ее бегом, пристраиваясь рядом. На Раду поднялись два огромных серых глаза цвета штормовых волн, в которых решимость так тесно переплелась с ужасом, что отделить одно от другого было уже просто невозможно.

— Вы спасли меня… — пискнула эльфийка. Взгляд ее не отрывался от ладони, которой Рада зажимала бок, а лицо прямо на глазах бледнело. — Вы ранены! Боги, сколько крови!

— Это просто от пьянки, — пожала плечами Рада. Девчушка дико взглянула на нее, и та пояснила: — Когда пьешь, пульс учащается, и если пораниться, кровь хлещет фонтаном. На самом деле все не так страшно.

— Но она даже на землю течет, — рассеяно проговорила эльфийка, оглядывая Раду. — За вами след кровавый…

— Нда? — Рада неуверенно оглянулась. По чести, набралась она в этот вечер знатно, и в голове тоже хорошо шумело после нескольких выпитых литров бренди и стольких же ударов кулаками и кружками. А потому она вполне могла и не рассчитать собственные силы.

За ней действительно тянулся кровавый след из рубиновых капель, которые было видно даже в потемках, во всяком случае, для ее эльфийских глаз. Да и штаны на правой стороне тела были предательски мокрыми, липли к коже, что означало, что крови она потеряла больше, чем намеревалась в такой ситуации. Нахмурившись, Рада еще раз оглядела себя, а потом нехотя проворчала:

— Возможно, я несколько недооценила масштабы этой царапины. Ну да ладно. У тебя есть что-нибудь, чтобы перевязать это?

— Ой! — пискнула девчушка, принявшись копаться в маленьком поясном кошеле, скрывающемся под ее плащом. — Я сейчас!

Одежонка на ней была плохонькая, потертая и изношенная, но выстиранная. Все прорехи были аккуратно заштопаны, а большие дыры закрыты заплатами. Из вещей у нее имелась, судя по всему, только эта маленькая поясная сумка, а кожаный футляр с арфой сгинул в драке в таверне. Рада пробежалась взглядом по ее тощим плечам, на которых плащ, явно больший по размеру, чем девчушка, болтался словно простыня, по разбитым вдрызг тяжелым ботинкам, торчащим из-под подола чего-то темного, что должно было быть юбкой. Девчушка выглядела так, словно проделала долгий путь, а вся ее одежонка принадлежала кому-то другому и досталась ей в наследство через двадцать, а то и тридцать рук. Но она была эльфийкой, причем Первопришедшей эльфийкой, Рада готова была поспорить, что это так. А Первопришедшие никогда не позволили бы одной из них вот так выглядеть. И тем более — шляться ночью по городским кварталам Латра, да еще и не самым безопасным.

— Вот! Давайте, я помогу! — девчушка выудила из сумы аккуратно свернутый кусок белого полотна и потянулась к боку Рады, но та только, поморщившись, отпихнула ее, словно котенка, а потом забрала из ее рук бинт.

— Сама справлюсь, не впервой, чай, — буркнула она.

Задрав подол куртки и морщась от боли, игнорируя испуганный писк эльфийки, Рада сумрачно осмотрела мокрую от крови рубаху. Под ней оказалось маленькое отверстие, совсем тонкое, как от стилета, но достаточно глубокое. Кровь из него лилась тоненькой струйкой, а сама рана выглядела сквернее, чем ожидала Рада. Ругаясь сквозь стиснутые зубы, она туго перемотала бок полотном и стянула узел. Бинты на боку моментально намокли от крови, но так было уже лучше, чем просто зажимать рукой. Ладно, не самая страшная рана, бывало и хуже. Кое-как опустив куртку на место, Рада взглянула на девчушку.

Лицо у той было белым, но смотрела она уверенно, да и брови упрямо сошлись к переносице.

— Вам нужна помощь. Я помогу вам найти лекаря.

— Дитятко, да в такой ночи нам никто и двери не откроет, тем более здесь! — усмехнулась Рада. — Я потерплю до дома, а там меня подлатают.

— Тогда я вас провожу! — решительно тряхнула копной кудряшек девчонка. — Одна вы в такой темнотище не дойдете, да и мало ли что еще может случиться.

— Ты меня защищать собралась? — усмехнулась Рада, выгибая дугой бровь.

Эльфийка вспыхнула, но с места не сдвинулась, все также упрямо глядя на нее. Вот ведь помойный котенок!

— Я вас провожу, — твердо повторила она. — Вы спасли меня, и это самое меньшее, что я могу для вас сделать.

— Ну ладно, — пожала плечами Рада. Ноги как-то предательски подрагивали, да и тошнота начала подступать к горлу. Это означало только одно: большую кровопотерю, а, значит, в одиночку ей будет действительно сложно добраться до дома. Сама виновата! Надо было не кулаками махать с радостной рожей, а по сторонам глядеть! Тогда и не пропустила бы убийцу.

— Обопритесь на меня, — девчушка подставила плечо, аккуратно обнимая Раду за талию так, чтобы не потревожить рану. И та вынуждена была признать, что это весьма кстати: голова закружилась, и звезды над ней сделали первый, пока еще неуверенный кульбит вместе с домами.

Навалившись на ее плечо, Рада проворчала:

— Ладно, пошли. Как тебя звать-то хоть?

— Лиара, — отозвалась та, потом, спохватившись, добавила. — Лиара Морин.

— Ага, — кивнула Рада, морщась от боли. Квартал зашатался перед ней, но она пока еще шла. Впереди виднелась освещенная масляными фонарями центральная улица, откуда было всего два квартала на юг до конюшни, где сейчас кусал грумов Злыдень. А оттуда и до дома недалеко. Так что потерпеть оставалось совсем немного. Чтобы хоть как-то отвлечь себя, она поинтересовалась: — Первый день в Латре?

— Откуда вы знаете? — удивленно взглянула на нее девчонка. Рада лишь фыркнула в ответ, и та, потупившись, проговорила: — Да, я только сегодня пришла сюда из Дерана.

— Деран? — Рада покатала название на языке, потом помотала головой. Думать было сложно. — Это где-то на западе, да?

— Да, — кивнула Лиара. — Это провинция Карамон.

— Боги, так это ж даль какая! — поразилась Рада. — Чего тебя понесло оттуда в Латр?

— Ну… — замялась девчушка. — Мне исполнилось восемнадцать, а это значит, что в приюте мне уже делать было нечего, да и не хотелось там торчать. Они мне выдали денег на дорогу, и на них я купила арфу, чтобы заработать на жизнь. Думала, в Латре повезет…

— Здесь никому не везет, — буркнула Рада, ковыляя вперед. — Значит, сирота, да? Так что же Первопришедшая делает в провинции Карамон? Как тебя вообще туда занесло?

— Я ничего не знаю об этом, — пожала плечами эльфийка. — Я всю жизнь прожила в приюте, среди других подкидышей.

— И там тебя научили играть на арфе? — выгнула бровь Рада. Эльфийка замялась и не ответила, а та была не в состоянии расспрашивать, потому просто сказала: — Латр — не место для молодой девочки, тем более, эльфийки. Иди лучше в Рамасан. Там тебя не обидят.

Девчонка вновь ничего не ответила, глядя себе под ноги, но Раде было уже не до того. Тошнота подкатывала к горлу, все вокруг нее ходило ходуном, а рану жгло буквально огнем, и с каждым шагом силы утекали из нее вместе с кровью. Теперь это становилось по-настоящему опасным, и она уже не была уверена, что сможет дотащиться до дома по тихому, чтобы не тревожить Ленара.

— А вас как зовут? — вдруг спросила эльфийка, которой явно некомфортно было тащить Раду в тишине.

— Рада Тан’Элиан, — отозвалась та, но тут тошнота подкатила к горлу, и она вырвалась из рук девчушки, сгибаясь пополам и извергая из себя целое море бренди, в котором плавали крохотные соленые рыбки.

Прокашляться было сложно, во рту стало еще поганее, а голова закружилась так, что перед глазами потемнело. Не говоря уже о ране, что полыхала как пожар. Яд. Рада поняла, что смеется, тихонько хихикает сквозь зубы от ярости. Естественно, зачем ему меня преследовать? Там яд! Дура! Идиотка несчастная!

Она кое-как разогнулась, глядя на перепуганную насмерть девчушку, побелевшую, словно полотно.

— Миледи… — прошептала та одними губами.

— Миледи сейчас откинется, — доверительно сообщила ей Рада, ухмыляясь из последних сил. — Так что, девочка, беги-ка ты за стражей и прикажи везти меня в мой особняк. А то мы с тобой попрощаемся так же быстро, как и познакомились.

* отрывок из стихотворения Aelah «Иного пути нет»

========== Глава 5. Выученный урок ==========

Из темноты медленно-медленно выплыло сморщенное лицо незнакомого деда с длинной козлиной бородкой, и Рада вяло отмахнулась, пытаясь прогнать его. Однако дед не исчез, все также нависая над ней и пристально разглядывая ее мутными голубыми глазками. Пахло от него пылью и чем-то кислым, и Раду затошнило.

Думать было сложно, она не понимала, где находится, что с ней. Только в боку словно торчал раскаленный шип, и этот треклятый дед что-то делал с ним, раскачивал его из стороны в сторону или ковырял узловатыми старческими пальцами. Рада содрогнулась от омерзения, глядя на то, как его тонкая бороденка болтается над дряблой шеей, а потом с трудом проворчала сквозь зубы: