Вольфганг Хольбайн – Подземный мир (страница 52)

- Вот это и странно, - пробормотала Лиза. - Марлика никто не может обмануть. Не забывай, что он чародей. Если бы твой друг сказал неправду, он сразу бы заметил это. И всё же он ему не доверяет.

- Чародей, - повторил Михаэль. Это слово все ещё наводило на него страх. Всё здесь, внизу, приобретало другое значение, чем там, откуда он пришёл. - Ведь он настоящий чародей, да?

Лиза не поняла его вопроса:

- А какой же ещё?

- Извини. - Михаэль кисловато улыбнулся и, чтобы сменить тему, повернулся в ту сторону, куда убежал Хендрик: - Ну что, он немного успокоился?

- Что ты имеешь в виду?

- Вчера ты мне сказала, что он тоже мне не доверяет.

- Ах, вон что! - Лиза отмахнулась. - Мальчишка! - Как будто этик словом можно было объяснить все глупости на свете. - Он не то имел в виду. Я думаю, он просто важничает, разыгрывая из себя проницательного и недоверчивого.

Они оба засмеялись.

- Хендрик твой единственный брат? Или ещё есть братья и сёстры?

По лицу Лизы пробежала тень, и глаза опечалились:

- Был у меня ещё один брат.

- Был? - Внутренний голос подсказывал Михаэлю, что лучше помалкивать и не сыпать соль на рану, но он все же добавил: - С ним что-то случилось? Он умер?

Лиза ответила не сразу:

- Нет. Его... больше нет с нами. - Эти воспоминания вызвали в ней такую боль, что Михаэль уже корил себя за этот вопрос. Но она продолжила сама: - Его утащили гоули.

- Гоули? Но вы же говорили, что они безобидные.

- Обычно так оно и есть. Они никого не трогают, пока не подойдёшь к ним близко или не будешь их дразнит И даже после этого они стараются просто убежать. Но в этот раз случилось по-другому.

Она печально улыбнулась и отошла на несколько шагов, чтобы побыть одной. Михаэль был очень смущён. Он хотел подойти к ней и как-нибудь утешить, но побоялся допустить ещё какую-нибудь ошибку.

За спинойон услышал тихий вздох, а оглянувшись, увидел Хэндрика. Мальчик подкрался бесшумно, как кошка, Михаэль даже не знал, давно ли он тут стоит и что из их разговора слышал. Хендрик сам ответил на этот незаданный вопрос:

- Не огорчайся. Она считает виноватой себя.

- Почему?

- Это 6ыло 6ольше десяти лет назад, - рассказал ему Хендрик, понизив голос до шёпота, чтобы Лиза не услышала. - Они были близнецы, играли в одной из пещер и нечаянно попали к гоулям. Никто не знает, что там случилось. Лиза была ещё совсем маленькая и толком ничего не могла рассказать. Я думаю, Маркуса они забрали, а её просмотрели.

- Маркуса?

- Так его звали, - Хендрик говорил тихо, но очень спокойно. Видимо, ему эти воспоминания не причиняли боли, ведь он был тогда двухлетним малышом и не помнил братан Во всяком случае, она смогла убежать, а Маркус нет. Она себе этого никак не может простить. Но нам пора ехать, - добавил он изменившимся тоном.

Все трое сели в повозку, запряжённую двумя мулами, Хендрик занял место кучера, а Лиза и Михаэль удобно устроились сзади. Они выехали из города тем же путём, что вчера. Поездка длилась полчаса. Они покинули городскую пещеру и пересекли граничащее с ней пространство полей, однако направились в сторону, противоположную вчерашней. Там действительно оказался лес, хотя ни деревья, ни кусты не были похожи на известные Михаэлю породы. Потом они отклонились вправо к боковой стене громадного грота. Последний участок пути, километра два-три, они проделали пешком, причём дорога становилась всё хуже.

Наконец они достигли широкого прохода высотой метра в три, за которым начиналась штольня с подъёмом. Михаэлю было не по себе, когда он карабкался по каменистому склону вслед за Хендриком и его сестрой. Но те двигались очень уверенно, и он попытался уговорить себя, что опасности никакой нет. Он догнал Хендрика и тихонько, чтобы не слышала Лиза, спросил, отчего ему здесь так тревожно.

Хендрик рассмеялся и махнул рукой:

- Не бойся. Здесь территория троллей, они и гоули не обязательно наши друзья, но они безобидные, противные твари, которые едят всякую гадость, а по сути - всего-на-всего трусишки. Они никогда не нападут, если не дать им повода.

Его слова не успокоили Михаэля. Но он ничего не сказал, а вскоре началось такое, что он забыл про всякий страх.

Туннель, проложенный вкривь и вкось, словно ход гигантского червя, наклонился вниз, стал разветвляться и сворачивать в большие кривые пещеры. Троллей они не видели, но Михаэлю чудилось, что они где-то поблизости. Казалось, прямо из скал доносятся глухие шумы, шорохи, скребущиеся звуки и равномерные тяжёлые удары. Михаэль спросил у Хендрика, что это.

- Точно неизвестно, что они здесь делают, - ответил Хендрик. - Нам до них дела нет, и им до нас, понимаешь? Иногда они нам помогают. Причём мы сами не знаем почему. Может, просто из дружелюбия.

Михаэлю было трудно поверить в это. Само понятие дружелюбия мало подходило к этим трехметровым колоссам.

Наконец они увидели пещеру с множеством троллей. Одни сидели на полу, другие спали, свернувшись калачиком на голом полу и громко храпя, третьи стояли или были заняты непонятно чем.

Михаэль хотел войти в пещеру, но Лиза удержала его:

- Лучше не надо.

Она не стала объяснять, а Михаэль не спросил. Когда Хендрик говорил ему, что жителям Подземья нет дела до троллей, Михаэль не поверил. Не могло быть, чтобы люди тысячу лет жили бок о бок с другим племенем и ничего о нем не знали. Но теперь он понял это нежелание входить в контакт со столь чуждым миром.

- Что они делают? - спросил он, невольно понизив голос до шёпота.

Лиза пожала плечами, а Хендрик ответил:

- Иногда неделями стоят, как статуи, потом суетятся, как в запарке. Наверное, для них это нормально. - Он ещё раз заглянул в пещеру, нагнувшись, потом отпрянул и повернулся: - Идём, мы же собирались тебе кое-что показать.

Они шли по штольне ещё минут десять, потом Хендрик остановился, перед высоким полукруглым отверстием слева, кивнул туда, но одновременно показал рукой, что близко подходить не надо, Михаэль послушался, но то, что он увидел издалека, привело его в замешательство. Там не было ничего опасного или странного, напротив, вид был вполне привычный: первые несколько ступеней широкой винтовой лестницы, уводящеё вниз.

- Что это?

- Небесная лестница, - ответил Хендрик и улыбнулся - Так мы её называем. Марлик рассказывал тебе про Вульфгара?

- Нет, а кто это?

- Он был первым чародеем. Это он обнаружил Подземье и привёл сюда остальных. Должно быть, он был очень могущественным колдуном, потому что ему удалось взять власть над троллями. В первое время, да будет тебе известно, они не были нашими друзьями. Но Вульфгар наложил на них такие чары, что они не только стали дружелюбными, но начали делать, что он от них требовал, - например, приказал им построить лестницу. Хендрик указал на ступени. - Теперь никто уже не знает для чего. Может, он искал более проходимый путь из Подземья и назад.

- Но ведь лестница ведёт вниз, - заметил Михаэль.

- Да, я знаю. - Хендрик улыбнулся. - Вульвгар должно быть, ошибся. А может, он искал что-нибудь другое, теперь этого уже не выяснить. Как бы то ни было, тролли начали рыть, как он им приказал. И продолжают делать это до сих пор.

- Что-что? - Михаэль не поверил своим ушам.

Хендрик кивнул, явно наслаждаясь изумлением Михаэля.

- Чародей заставил их рыть, а сам умер. А тролли долгожители. Может, они вообще не умирают. И они продолжают рыть этот ход. Никто не знает, докуда дошла эта лестница. Наши мужчины пытались это выяснить и спускались вниз, но через несколько дней возвращались, так и не дойдя до конца.

Хевдрик улыбался, но Михаэля эта история совсем не забавляла. Мысль о лестнице, которая километр за километром углубляется в землю и, может, не имеет конца, ужаснула его.

- Почему вы называете её небесной лестницей? Ведь она ведёт вниз.

- Естественно. – всерьёз сказала Лиза. – А куда же ещё?

Михаэль указал большим пальцем вверх:

- Я всегда полагал, что небо вверху, а преисподняя внизу.

- Что за глупости! - воскликнул Хендрик. - Как раз наоборот. Преисподняя над нами! - Но тут же испугался, что обидел Михаэля, назвав преисподней тот мир, откуда тот пришёл: - Ой, извини!

- Нам уже пора возвращаться, - напомнила Лиза. - Поздно, а до дома ещё далеко.

На обратном пути Михаэлю опять стало не по себе. Рассказанная Хендриком история пробудила в нём давние воспоминания о чём-то неприятном.

Как и сказала Лиза, было уже поздно, хотя для Михаэля по-прежнему оставалось загадкой, как здесь определяют время, если нет ни вечера, ни утра, а день не отличишь от ночи. Постоянно держится этот ровный бледный свет.

Мать Лизы уже приготовила ужин, когда они вернулись. Вольф к ужину не вышел, за что Михаэль был ему почти благодарен. После сегодняшнего разговора Вольфа с Эрликом Михаэлю стало ясно, что ему никогда не подружиться с Вольфом.

После ужина он поболтал с родителями Лизы и рассказал им об увиденном. Затем поднялся в свою комнату и ещё полчаса записывал в дневник свои впечатления. А поскольку совсем не чувствовал себя уставшим и ещё не понял системы, по которой люди ложатся спать и встают, он снова вышел из комнаты. В даме было тихо. Видимо, все спали, но Михаэлю не хотелось ложиться, и он вышел из дома и отправился вдоль по улице. Люди попадались очень редко, и вокруг стояла ощутимая тишина. Должно быть, она и определяла здесь то, что люди понимают под словом ночь. Михаэль немного Погулял и снова направился к дому Лизы.