Вольфганг Хольбайн – Подземный мир (страница 49)

И только теперь, в эту минуту он понял, чем одарил его Вольф. Властью над жизнью и смертью. Михаэль смотрел сквозь слезы на жалобно мяукающую кошку, которая все ещё пыталась подняться на передние лапы и при этом смотрела на него все тем же невыносимым взглядом. Он знал, что хотел. Он отдал бы всё за то, чтобы иметь возможность не делать это. Дрожа, он присел над кошечкой и протянул руку, но довести движение до конца было свыше его сил. Кошечка жалобно мяукала. К боли и укору в её глазах добавилось ещё что-то, мольба, нет, требование, отчаянное прошение о смерти, которой он её несправедливо лишил.

Не сразу он смог найти для этого силы.

Глава десятая

НЕБЕСНАЯ ЛЕСТНИЦА

Михаэль так никогда и не узнал, был ли Анзон привлечён к ответу за то, что обманул тогда его и Вольфа при испытании, и если был, то к какому. Скорее всего, это сошло ему с рук, как и в мире Михаэля людям, занимающим высокие посты. Два дня они не виделись, а когда встретились, Анзон держался с ними если и не дружелюбно, то хотя бы вежливо. Он не скрывал своей неприязни, особенно к Вольфу, но безоговорочно подчинился решению Эрлика.

Что касается чародея, то на обратном пути в город он казался взволнованным, причину этого волнения Михаэль понял лишь позднее, когда впервые побеседовал с Марликом с глазу на глаз. Но перед этим к ним пришли после испытания Эрлик и другие члены совета и объявили своё окончательное решение.

Михаэль, Вольф и семейство Лизы ужинали, когда явился король со своей свитой. Родители Лизы вскочили, но Эрлик жестом велел им оставаться на месте, поздоровался со всеми и пододвинул себе стул. Три члена совета остались стоять и на протяжении всего разговора. не спускали глаз с Михаэля и Вольфа. Но на сей раз в их взглядах не было враждебности или недоверия.

- Как ты себя чувствуешь? - обратился Эрлик к Михаэлю, чтобы как-то начать.

- Вполне хорошо, - честно ответил Михаэль. Короткий сон пошёл ему на пользу, а при появлении Эрлика он сразу почувствовал, что король принёс добрые вести. - Но это только благодаря Лизе. Без неё нам бы конец.

Может быть, это было не совсем так. Появление Лизы в запретном лабиринте было в высшей степени легкомысленным и даже глупым, ведь она ничего не смогла бы сделать для них. Тем не менее Лиза и её брат тайком пошли за ними и увидели, что Анзон обманул их. И тогда Хендрик сбегал за чародеем и всеми остальными.

Эрлик посмотрел на девочку долгим проницательным взглядом, так что Лиза покраснела и склонилась над своей тарелкой, и потом улыбнулся:

- Да, храбрый поступок, хоть и безрассудный. - Видя смущение Лизы, он добавил: - Но ведь все кончилось хорошо. Все живы, а вы выдержали испытание.

- Что это было за огненное существо? - спросил Вольф.

Эрлик пожал плечами;

- Никто не знает. Из того зала не возвращались.

- А что нас ожидало за другой дверью? - спросил Вольф.

Эрлик снова пожал плечами:

- И этого никто не знает. Те, кто приходил к нам со злым умыслом, не возвращались. А те, что возвращались, не рассказывали о пережитом.

Вольф удивлённо поднял брови.

- Я знаю, это звучит странно, но таковы наши законы, и они служили нам сотни лет, - объяснил Эрлик.

- Это напоминает мне о временах, которые, слава Богу, давно миновали, - сказал Вольф. - Может быть, вы даже знаете об этом: во времена инквизиции это называлось испытанием ведьм.

Во взгляде Эрлика появился холодок:

- И в чем же оно состояло?

Вольф самодовольно улыбнулся и положил ладони на стол:

- Система была очень простая. Если женщину подозревали в, колдовстве, её бросали в воду со связанными руками и ногами, Если она выплывала, это доказывало её связь с нечистой силой, и тогда её убивали. Если она тонула, это было доказательством её невиновности, так сказать, посмертно.

- Я понимаю, - холодно сказал Эрлик, - Но у нас не так. Магия этого места не допускает обмана.

- Магия? - Вольф сдвинул брови.

- Вы не верите в волшебство, - сказал Эрлик.

- Не безусловно, - осторожно уточнил Вольф. - Я думаю, существует множество вещей, непонятных нам, которые мы принимаем за волшебство. Но по-настоящему я в него действительно не верю.

- Может быть, вы измените мнение, поговорив с моим братом, - сказал Эрлик с загадочной улыбкой. Но тут же лицо его снова приняло официальное выражение, и голос почти неуловимо изменился: - Ну а теперь перейдём к причине моего посещения. Мы посоветовались и решили, как с вами быть. Испытание вы выдержали, хотя и иначе, чем было предусмотрено. Лиза рассказала мне о поступке Михаэля. Он самоотверженно рискнул своей жизнью, чтобы спасти её. Поэтому совет единогласно признал вас полноправными членами нашего общества. С сегодняшнего дня вы свободны в передвижении и в действиях в той степени, в какой вы не причиняете ущерба другим. Вы можете жить в этом доме сколько хотите, но в городе есть и другие дома, пустые, вы можете подыскать себе что-нибудь хоть вместе, хоть по отдельности. Мы подыщем для вас занятия, которое будут соответствовать вашим способностям и доставят вам радость.

Михаэль растерянно посмотрел на короля. Что-то в его словах ему не понравилось, и Вольф высказал это вслух:

- Очень любезно с вашей стороны, но я боюсь, что мы не сможем оставаться здесь долго. Мы и без того уже задержались. Что касается меня, я с удовольствием остался бы на несколько месяцев или даже на годы. Но нас будут искать. Мы должны вернуться домой.

Эрлик молчал. Лиза опечалилась, и когда король заговорил, в его голосе тоже звучала сожаление:

- Мне очень жаль. Я думал, вы поняли это.

- Что? - резко спросил Вольф.

Эрлик сделал широкий жест обеими руками:

- Ваш дом теперь здесь. У нас не так много законов, да нам и не нужно много. Но есть одно правило, которое не может быть нарушено, пока здесь живут люди.

Глаза Вольфа сузились:

- И оно гласит, что ни один человек, ступивший в вашу страну, не может её покинуть?

Эрлик кивнул.

- Но мы не можем остаться! - взволнованно сказал Михаэль и кивнул на Вольфа: - Он прав, нас будут искать. Нас уже наверняка ищут.

- Этот закон не может быть нарушен, - с сожалением повторил Эрлик. - Прошу тебя, пойми, это единственное незыблемое правило. Только благодаря ему мы столетиями живём здесь спокойно, никем не замеченные. Если мы вас отпустим, мы обречём себя на гибель.

Михаэль почувствовал не просто отчаяние, а почти панику:

- Если мы не вернёмся, нас будут искать. С тех пор как вы пришли сюда, многое изменилось. Я имею в виду... человеческая жизнь стоит теперь гораздо дороже, чем тогда. Они не прекратят поиски. И отыщут нас рано или поздно.

- Этого не случится, - грустно улыбнулся Эрлик. - Никто не найдёт сюда дорогу.

- Мы же её нашли, - сказал Вольф.

- Это другое, - сказал Эрлик. - Волшебство, которое скрывает нас, в какой-то момент отказало. Но этого больше не случится. Вас никто не найдёт. - Он обернулся к Михаэлю и посмотрел на него с искренним состраданием: - Я понимаю твои чувства. Там твои родители, друзья, это больно, я знаю. Но ты должен понять и нас. Если мы вас отпустим, мы будем жить в постоянном страхе, что нас обнаружат.

- И что же в этом плохого? спросил Вольф. - Вы не представляете себе, как изменилась жизнь наверху за последнюю тысячу лет. Теперь вам нечего бояться. Напротив. Наш мир покажется вам полным чудес и невероятных вещей.

- Может быть, - ответил Эрлик, - но нам не нужны чудеса. У нас есть все, что нам необходимо. Жить в вашем мире нам так же тяжело, как и вам в нашем.

- И тем не менее вы принуждаете нас к этому, - схватился за эту мысль Вольф,

Эрлик с сожалением покачал головой:

- Может быть, напомнить вам, как здесь очутились наши предки? В нашей первой беседе вы говорили, что пришли сюда через чумную могилу.

- Пришли - это не то слово. Попали, - уточнил Вольф,

- Значит, чумная могила существует и поныне,

- Да, но лишь как достопримечательность. Мы уже давно не сбрасываем мёртвых догнивать в пустых катакомбах.

Михаэля испугали эти слова, от Эрлика тоже не ускользнул их обидный подтекст, но он ничего не сказал, У Вольф продолжал:

- Мир изменился, Эрлик. Время не стоит на месте. Сегодня мы лечим самые страшные болезни, а в тех немногих случаях, когда не можем вылечить, мы делаем все возможное, чтобы скрасить обречённым людям их последние дни и недели. А чума побеждена ещё пятьсот лет назад.

- Мы бежали сюда не от чумы, - ответил Эрлик, - а от той жизни, которая кажется вам привлекательной и полной чудес. Никто из нас не захватил той жизни, мы все родились здесь, но сохранились предания. Наши предки отвергли ту жизнь.

Вольф кивнул:

- Хендрик мне немного рассказывал. Я знаю, кто были ваши предки. Цыгане, хозяева балаганов, нищие бродяги...

-...или просто недовольные, которые не подчинились власти и больше не хотели несправедливости. Их изгнали в катакомбы, чтобы они умерли там. И многие действительно умерли, из тысячи выжил один, но этот один отыскал дорогу сюда, а потом вернулся за своими, кто был ещё жив. Они были без имущества и без надежды на будущее, многие из дошедших сюда тоже погибли, но некоторые выжили, это их руками сделано все, что вы видели. Потом прибывали другие, нашедшие сюда дорогу или приведённые. Поначалу здесь было убежище для всех, кто больше не хотел жить наверху или кого отверг ваш мир. И все это время незыблемо исполнялось правило: никто не выходил отсюда назад. Я знаю, что вы завтра же начнёте строить планы побега, это делали все, кто попадал к нам. И мы не будем вам в этом препятствовать. Но ваши попытки обречены на неудачу. И не из-за Анзона и его воинов. Они бы получили удовольствие в погоне и, возможно, убили бы вас, хотя это было бы излишне. Поймите: не только наши законы не позволят вам уйти. Даже если бы мы захотели вас отпустить - отсюда нет пути наверх.