Владислава Мека – ПАДШИЕ НЕБЕСА. ПОСЛЕДНИЙ РУБЕЖ (страница 24)

Странно, в этом смуглокожем ньюмэне было больше от лидера и больше от самих ньюмэнов, но он не доминирует. Почему? Не хочет? Так не бывает. Любой ньюмэн желает быть главным. Командиром. Как они себя называют. Каждый командир — это сильнейшее звено группы. Его не выбирают голосованием и не назначают на пост. Командир занимает свою позицию путем силы. Боя.

— Это все равно ненормально. Людей слишком мало…

— И будет еще меньше, если они не изменятся — сама удивилась, когда произнесла это вслух — слабые на этой планете не выживают. Тормози, приехали.

Грунтовка заканчивалась куском вставшего асфальта. Он не давал машинам ехать дальше. Оставшуюся часть пути надо было идти. Люди начали выходить из машин и удивленно озираться. Неужели были уверены, что так легко смогут добраться до пункта назначения?

— Вибек, ты не говорила об этом — подошел к нашей машине генерал.

— Она еще много о чем умолчала — не сдержалась и поддела самка, мало я ей врезала.

— Тут не о чем говорить. Убрать кусок асфальта даже мне не по силам, а идти все равно придется — оказываясь рядом с Джонсоном произнесла я.

Дрэйк протянул мне автомат. Думаю, мне хотелось усмехнуться, но вышел оскал, как обычно. Ньюмэн попятился. Решил, что я собираюсь его сожрать? Глупо. Скорее инфицированным закушу, чем это нечеловеческое дерьмо попробую. Брезгливость? Странно, раньше я такой не была. Или, мне раньше никто не предлагал откусить голову ньюмэну? Какая разница, если я все равно не собираюсь его есть?

— Так, что будем делать? — кашлянул Джонсон, отвлекая меня от разглядывания Дрэйка.

— План не меняется. Пошли.

И я первой обогнула неожиданное для людей препятствие. Инфицированные стали появляться у обочин дороги метров через сто. Естественно, люди так шумели. Шли неосторожно, да еще и переговаривались. Мне интересно, как они вообще столько лет выживали? Ведь не прошло и часа, а нас уже окружили. Стали слышны передергивания затворов.

— Не стрелять — прошипела я.

Только, когда мои слова повторил генерал, люди остановились. Их страх, липким слоем лег на меня. Учащенное сердцебиение, панические шепотки, шуршание гравия под подошвой ботинок и усиленные вздохи. Они сами обращали на себя внимание инфицированных.

— Вибек — посмотрел на меня Джонсон.

— Если я устраню их, затея потеряет всякий смысл, не находишь?

— Если ты их не устранишь, мы все — трупы.

Нелегкий выбор. Я повела головой в сторону Дрэйка.

— Что?

— Покажи, как убивать не используя оружия.

Дрэйк дернулся, но ничего не сказал и достал нож. Один прицельный удар в голову и инфицированный упал, окончательно умерев. Люди смотрели на это с восхищением и неверием. Неужели он все это время прятались за своими пулями? А когда не оружия? Как они спасались без него? Или не спасались?

— Главное не давать взять себя в кольцо — произнес Дрэйк убивая уже пятого.

Дарен первым решился повторить за ньюмэном. И весьма удачно, правда, нож застрял в черепе и парень с трудом вытащил его.

— Помните, громкий звук привлечет больше внимания и принесет меньше пользы. Оружие идет в ход только, когда нет другого выбора. Иначе вы подставите не только себя, но и того, кто будет рядом — мне понравились слова генерала, он дал понять, что от одного зависит жизнь всей группы.

Вообще, я тут заметила, что все больше думаю о Джонсоне, как о “своем”, хотя, какой он “мой”? Альрик — человек, а я… Я, так, тварь, нарыв на поверхности земли. И стоит мне только убедиться, что моя семья в безопасности, или же потерять мать и сестру, как я пополню ряды инфицированных. мое существование мотивируется жизнью близких. Пока они есть — есть я. Вот такая не хитрая арифметика.

Крик, отвлек меня. Обернулась, одного покусали. Люди растерялись. Да, люди. Но, не ньюмэны. Джонсон еще не успел подойти к своему человеку, а Ражек уже всадил перочинный ножик тому в затылок.

— Что? — пожал он плечами, когда Дарен нахмурился и подошел ближе к Адену, соответственно и ко мне потому, что Аден с того момента, как мы покинули машины держался в паре метров от меня.

Кажется, Аден и сам не замечал, что пытается оказаться рядом. Он не осознавал этого, а я не собиралась что-то предпринимать на этот счет. Да и что я могла? Убить? А зачем? В отличии от меня Адена не мучил голод, а когда ему не хватало сил, он побитой собакой полз ко мне, чтобы после очередной дозы костного мозга, с ужасом понимать, что недавно валялся у меня в ногах и требовал внимания.

Дарен в отличии от брата, все замечал. И увиденное ему не нравилось. Он боялся меня и почему-то не желал этого признать, оттого и злился, больше, чем следует. Мне до его злости было, как до Луны. Но, все же неприятно понимать, что за спиной живой, мечтающий всадить мне пулю в лоб и не уверенна, смогу ли пережить, если он решится выстрелить. Я как-то помню, что пыталась уже провернуть нечто подобное, закончилось все тем, что я очнулась, а из виска торчала пуля. Застряла в кости.

— Это то самое место? — спросил Джонсон, когда мы подошли к базе.

— Да. Здесь есть оружие и продовольствие, ну и детали, что мне так нужны.

— Как мы это все потащим, сквозь толпу мертвецов? — озадачился молодой мужчина, кажется от товарищ генерала.

— Я подстрахую и не забывайте, что на вашей стороне лучшие из того, что можно было сделать с человеком — намекая на ньюмэнов, произнесла я.

— Ты говоришь о нас, как о вещах — заметил Дрэйк.

— Вы тоже много чего говорите обо мне — пожала я плечами и пошла в ногу с генералом.

— Вибек, возьми хотя бы нож — вдруг попросил Джонсон — мне так будет спокойней.

— Ты же знаешь, что любое оружие будет только мешать.

— Все равно, на тебе нет бронежилета, ты отказалась от автомата, хотя бы нож — как я и думала, генерал воспринимает меня, как человека.

— Хорошо — решила не спорить и вытащила из-за пояса Джонсона один из ножей.

Альрик глубоко вздохнул и неожиданно улыбнулся. Мне. Он улыбнулся мне. Так странно. Кажется, один из людей сегодня точно вернется в “Рубеж” целым и невредимым. Уж я-то прослежу.

Глава 15

Ты скажешь, эта жизнь — одно мгновенье.

Ее цени, в ней черпай вдохновение.

Как проведешь ее, так и пройдет,

Не забывай: она — твое творение.

Омар Хайям

— Это был кошмар! Сущий Ад! Куда мы потащились?!

Если он не заткнется, Богом клянусь — сверну ему шею! Как я вообще оказалась рядом с ним? Ах, да! Это все Аден. Он плелся за мной по инерции, а уже за ним следовал Дарен и вот теперь мы сидим в кустах и я слушаю вопли Дарена. И почему люди столь эмоционально реагируют на смерть? Дарен давно уже должен был привыкнуть к таким поворотам судьбы, не первый год подобное происходит. Да и погибли самые неопытные и трусливые. Таков закон природы, который всегда на стороне сильнейшего.

— А вы точно братья? — повернула я голову в сторону Адена.

— Что? — кажется, он не привык к тому, что я способна на шутки, впрочем я сама не привыкла — это все Шуйбэ виноват, он накачал меня под завязку своими новыми экспериментальными составами, после которых во мне открылся талант к юмору, черному юмору.

— Очень смешно! — зашипел Дарен, он в отличии от брата на любое мое слово реагирует колкостью.

— Чего отсиживаетесь тут, когда все доблестно бегают и даже отстреливаются? — какая нелегкая принесла Мангуса?

— А ты с какого приперся? — озвучил мой вопрос Дарен.

— Скучно — просветил Мангус и хитро, ну мне так показалось, посмотрел на меня — сразу было понятно, что ты задумала. Кстати очень неплохо. Это как конкурс красоты сейчас идет отборочный тур.

— Вот только на конкурсе красоты никому не грозит быть сожранным заживо — огрызнулся Дарен.

— Так и у нас не красотку года выбирают — хмыкнул Мангус и бесцеремонно пододвинув Адена уселся рядом со мной.

— Вибек, вот только честно, а почему ты сама не взяла все необходимое? Ведь можно было бы перепрятать продукты, пусть они бы побегали тут просто так, а то сейчас они кучу продовольствия просто так истоптали?

— Когда тебе дают конфету на что ты рассчитываешь? — любуясь тем, как переливается на солнце сталь ножа, задала я вопрос.

— Как на что? На то, что она вкусная!

— Не только, ты рассчитываешь на то, что стоит применить легкое усилие — снять обертку, а за ней будет сама конфета. Вот и они должны были применить легкое усилие и получить свою “конфету”, но вместо этого они попытались не снимая обертки добраться до лакомства и поплатились за это.

— То есть, их желание обойти мертвяков и не вступать в конфликт было заведомо ошибочным? — сорвав чудом уцелевшую желтую травинку, сунул ее себе между губ Мангус.

— Не так. Их желание, простой путь сделать еще более простым, было заведомо ошибочным. Нельзя искать или выбирать, если уверен, что способен справиться, а порой, когда и не уверен, все равно нельзя искать и выбирать. В этой вселенной подобное непозволительная роскошь. Если хочешь жить — живи, как можешь, а не как учили или умел.

— Да ты прямо философ — фыркнул Дарен.

Мангус в отличии от него, сидел и пялился на небо, но я точно знала, что далеко не серые облака занимают его мысли. В последнее время он стал не слишком крикливым и общительным, как было раньше. Клаус рассказывал, что до произошедшей катастрофы Мангус был весельчаком и вообще душой компании, потом он стал мнительным и не слишком милым. А после смерти Яна и попытки моего спасения, внутри Мангуса произошли гораздо более сильные изменения. Он стал куда более зрелым, если верить Клаусу. По мне, так как был занозой в заднице, так и остался. Джонсон куда лучше, впрочем если сравнивать Дарена и Мангуса, я проголосую за последнего, он хотя бы не стрелял в меня, так, целился пару раз.