Владислава Мека – ПАДШИЕ НЕБЕСА. ПОСЛЕДНИЙ РУБЕЖ (страница 26)

Никогда не видела, чтобы генерала так перекашивало. Он не обращая внимание на рычащего Адена приблизился к нам и попытался выдернуть меня из любвеобильных объятий Адена. Конечно, ему это не удалось. Зато я только сейчас осознав, раз этот идиот может чувствовать возбуждение, почувствует и боль, что есть сил дернулась и ударила пяткой Адена в колено. Хруст, вопль и свобода. Аден рыкнув, поднял на меня полные обиды глаза. Я оскалилась. Нет уж! Лучше еще одну стаю модифицированных перебить, чем попасть в подобные объятия.

— Выясним, что с ним — позже, а пока надо отсюда выбираться — начал отдавать приказы генерал, попутно снимая с себя остатки куртки и теплый на вид черный свитер. Куртку он закинул в кусты, а свитер внезапно оказался одет на меня и превращен в подобие короткого платья.

— Вибек, как ты? Идти сможешь?… Глупый вопрос — заметив, что на мне больше нет ботинок, Джонсон сделал совсем уж странную на мой взгляд вещь, он взял меня на руки.

Я уставилась на него и вдруг поняла, что ничего не делаю, только смотрю, как меня несет на себе человек и не пытаюсь вырваться, убежать от него или справиться голодом, которого, к слову, сейчас не наблюдалось. Очень странно.

Аден на это отреагировал весьма неоднозначно. Он попытался кинуться на генерала, а я уж совсем глупо и инстинктивно рыкнула на него. Так я обычно делала, когда кто-нибудь из инфицированных пытался приблизиться к моей сестре и всегда срабатывало, любой инфицированный тут же терял к моей семье всякий интерес. То же самое случилось и сейчас, Аден еще раз рыкнул и отошел ближе к Дарену, больше не пытаясь приблизиться. Но, его глаза смотрели на меня так, будто давали обещание, что это не останется забытым.

— Как думаешь, что это было? — отвлек меня от переглядывания с Аденом, генерал.

— Организованная атака совершенно не соответствующая поведению модифицированных. Могу сказать только, что самое время нам начать учить вех старше пяти передергивать “предохранитель” на пистолете.

— Я был уверен, что ты так скажешь — усмехнулся генерал и сильнее прижал меня к своей оголенной, а потому начавшей замерзать, груди, даже его соски встали торчком и один из них сейчас терся о мою щеку.

— Может заберешь назад свой свитер, я его испачкала, но зато ты не замерзнешь — попыталась я вернуть вещь.

— Оставь себе, не можешь же ты голышом и дальше ходить.

— А я и не против — намекнула я.

— Вибек, хватит — вдруг совершенно искренне и с какой-то непонятной надежной попросил Джонсон.

— Хватит, так хватит — пожала я плечами и замолкла.

Остаток пути мы двигались в тишине, зато больше никто не пытался нас сожрать, что не можно не радовать.

Глава 16

Благородство страданием, друг, рождено,

Стать жемчужиной — всякой ли капле дано?

Можешь все потерять, сбереги только душу, -

Чаша снова наполнится, было б вино.

Открытый космос.

Ньюмэн Адонис.

Человечество оказалось не в состоянии пережить катастрофу, но почему-то выживать в условиях после ее наступления научилось. Странно? Очень. Но, мне все равно пока это не мешает моим опытам. В какой-то момент любой ученый начинает понимать, что самый грандиозный эксперимент можно проводить только на людях. Вот и я понял это. Жаль, что так поздно, но понял же.

Почти двадцать лет прошло с того дня, как я открыл весьма необычный и я бы даже сказал невероятный факт. В мире есть бессмертные. Они не просто есть — они живут среди нас. И узнал я об этом двадцать лет назад, когда еще будучи сопливым мальчишкой проходил свою первую практику в отделении скорой помощи. Туда поступила девушка с травмами несовместимыми с жизнью. Она попала под колеса грузовика и сбивший ее водитель привез умирающую к нам. Вот только она продолжала жить и восстанавливаться. Слишком быстро и слишком просто. По сути девушке была не нужна никакая медицинская помощь.

Я, уже тогда мечтавший стать в будущем кем-то вроде второго Менделеева, скрыл факт странного воскрешения незнакомки. Впоследствии выяснив много и одновременно так мало интересных фактов.

Девушку звали Мэри, было ли это ее настоящие имя или нет она и сама не знала. Впрочем, она вообще ничего о себе не знала и о том, почему она такая необычная. Мэри уже больше семидесяти лет жила так. Не старела, не болела и не могла умереть. Она в начале двадцатого века была найдена в Цюрихе одним из гвардейцев. Никаких признаков насилия или старых травм. Но, молодая женщина ничего о себе не помнила и даже не подозревала, что с ней что-то не так. Засомневалась она после первых десяти лет жизни без памяти. Мэри не старела. Еще лет через десять она поняла, что не только она одна замечает, что никак не меняется. И с тех пор Мэри только и делала, что пряталась и старалась выжить. Под грузовик она бросилась намеренно, хотела проверить умрет ли? Не умерла.

Наверное, это и стало первым толчком в моих исследованиях. Я выкрал Мэри из больницы и начал эксперименты. Позже нашел единомышленников и оброс связями. Я много работал, много времени отдавал поискам похожих на Мэри. В конечном итоге нашел еще двух.

Они были старше, умнее и хитрее. Вот только и я к тому времени уже двадцать лет занимался исследованием феномена бессмертия. Увы, я совершил одну маленькую ошибку. Не учел естественный отбор и индивидуальность иммунной системы отдельно взятых индивидуумов. Результат — зараженные модифицированными генами. Гены меняли своих носителей под себя и кто-то становился сильнее, быстрее и долговечней, а кто-то наоборот разрушался на глазах. К сожалению, умирающих было подавляющее большинство. Модификация просто убивала непригодных носителей, вот только смерти подвергался исключительно мозг жертвы, так сказать главный орган отвечающий за тело. Как только мозг терял контроль в действие вступал модифицированный ген. Он действовал примитивно — искал пищу и защищал носителя. Проще говоря, человек превращался в зомби. Но только если ген передавался не непосредственно через кровь. А вот если его вводили в кровеносную систему результаты оказывались самые неожиданные. Организм носителя мутировал и в зависимости от количества введенного гена росли и мутации.

Я не мог прийти в себя от того счастья, что испытывал получая новое творение. И к тому же, наконец-то появились результаты по продлению человеческой жизни. Удалось вывести идеальную формулу и стабилизировать гены для введения их в здоровый человеческий организм.

Моя мечта наконец сбылась. Вот только пришлось покинуть планету временно непригодную для жизни, но ничего страшного — после массовой зачистки мы — ньюмэны сможем вернуться на нашу Землю. Время людей кануло в лету и настали времена ньюмэнов.

Земля.

“Последний Рубеж”.

Альрику Джонсону не спалось. И если бы его мучили какие-то важные, неотложные вопросы не было бы так стыдно и неприятно. К сожалению, генерала мучил невероятный и крайне неуместный в таких жизненных обстоятельствах “стояк”! Иначе и не назовешь. И опять же, он бы понял если бы такое было из-за недавно найденого чудом сохранившегося журнала “Play Boy” или на худой конец из-за полуголых ньюмэнш, что не старались скрыть своей привлекательности прекрасно осознавая, что никто из людей не посмеет к ним приставать — жить-то всем хочется. Альрика все эти маленькие радости уже давно не особо возбуждали. Зато Вибек… Вот причина бессонницы Джонсона.

Он сегодня совершенно беззастенчиво лапал ее, пока нес к машине и потом… Он так и не выпустил ее из рук до тех пор, как команда не добралась до “Рубежа”.

Вибек из-за неудачной вылазки и каких-то очередных мыслей касательно ньюмэнов внимание на генерала не обращала, а на движение его рук — тем более. Джонсон давно заметил, что если Вибек не видит, мест за которые ее трогают, то и не реагирует на прикосновения. Она просто не чувствует. Вот Джонсон, как последний извращенец и пользовался моментом, под неодобрительные взгляды Дарена и Адена.

Когда это началось? Да сразу! Ему стоило лишь поймать ее и вглядеться в нечеловеческие глаза самой человечной из всех знакомых Джонсону за последние восемь лет людей и не только восемь лет, пожалуй, за всю его жизнь. Вибек поражала Альрика.

Борец по своей природе, Джонсон способен заметить в толпе равному ему по духу и Вибек была такой. Она боролась, несмотря ни на что и ни на кого, она боролась и выживала. Жаль только подобная воля к жизни не была продиктована инстинктом самосохранения. Вибек поставила перед собой цель — выживание семьи. Приоритетная задача не дать инфицировать и всячески уберечь от травмирования свою мать и сестру. Пока план работал.

Осторожный стук в дверь заставил Альрика подскочить на жестких досках кровати (от матраца генерал отказался в пользу какой-то семьи с двумя ребятишками).

— Войдите! — непроизвольно в гулкой тишине голос Альрика был подобен удару гонга — такой же громкий и резкий.

— Генерал, не разбудил? — Альрик лишь вздохнул на очередную глупость Дарена.

— Чего хотел?

— Ничего, сэр. Это все новоприбывшие. У них там намечается не шуточный конфликт, сэр — отрапортовал Дарен.

— И в чем проблема? Разберитесь. Неужели и это нельзя сделать без моего участия?

— Никак нет, сэр. Нам не позволено разнимать дерущихся, сэр.

— И кто же не позволяет?

— Вибек.

А вот это уже серьезный аргумент для того, чтобы подняться и не обуваясь выйти из временного жилища.