Владислав Сенкевич – Игра зомби (страница 4)

— А-а, дитя запрета, поколение «Без»! — усмехнулся патрульный и тут же скривился от боли. — Тогда слушай. Игра началась. Настоящая игра. Теперь она — это мир, а мир — это игра. В какой-то мере, так и прежде было, только сейчас всё по-настоящему, более жестоко, опасно. Тебе должно было прийти письмо, оранжевый такой конверт, видимый боковым зрением. Приходило?

Ники кивнул.

— И конечно же ты его не читал, — кивнул сам себе патрульный. — Правильно, я сам прочитал несколько строк и забросил — думал, шутка. Ладно. Прочтёшь потом. Обязательно прочтёшь, понял? Правила игры надо знать. Иначе в ней не выжить. А ты же хочешь жить, Ник?

Юноша сглотнул подступившие слёзы и кивнул — конечно, хочу!

— Тогда прочтёшь, не раз, не два, — десять! Пока не поймёшь всё, что там говорится. Жаль я не стал вникать, но теперь уже поздно. Да... Короче, Ник, ситуация хреновая. Кто-то, может Боги, может инопланетяне, натравили на Землю Игру. В один миг все люди, а может и животные, превратились в персонажей он-лайн игрушки. Только без возможности выхода. Раз и навсегда. Так я это понимаю. И у этой Игры есть правила — хочешь выжить, становись сильнее, развивайся, получай умения и навыки, способности. Я не знаю, что это будет, может быть окажется возможной даже магия. В тех играх, в которые я играл по молодости, она была и это было классно. Но то была виртуальная реальность, а сейчас... Слушай и запоминай, Ник! Стать сильнее можно одним способом — убивая монстров. Можно ещё фармить умения, но пока об этом забудь. Монстры важнее. Кто такие монстры? Вот он, — кивок на напарника. — Стал монстром. На вас с отцом напали монстры. Пока это зомби, а может будут и другие. И ты должен их убивать. За убийство Игра станет начислять тебе очки, ты будешь расти в уровнях...

Ник машинально кивнул, и патрульный, как не был слаб, это заметил.

— Что уже сталкивался с этим? — через силу усмехнулся он. — Значит кого-то из монстров ты завалил. Ах да, Митяй! Получил за него уровень? Неважно. Ты поступил правильно. Или ты его, или он нас, выбора не было. Так и поступай дальше, понял?

Голова Ники заболела от количества кивков, которые он дал за последние пять минут. А патрульный зажмурился и чуть слышно застонал:

— Больно, чёрт возьми! Разве в Игре должна быть такая боль? Хотя кто знает! Ник, слушай дальше! Что тебе написала система, когда ты прибил Митяя? Получен уровень или что-то подобное, верно? Это хорошо, это тебе пригодится. Изучи письмо, там сказано, как управлять интерфейсом. Через него ты узнаешь свои способности, статы, возможности. Разберёшься... Не это главное. Суть в другом. Сейчас во всём мире начнётся ад. Уже начался. Люди, большая часть из них, превратятся в зверей. Не в монстров, как ты только что подумал, а в жестоких, бесчеловечных, безжалостных тварей. Сила будет новым законом. Кто сильнее — тот и прав. Верь мне, так и будет! Так всегда было в смутные времена. А тут — Игра! Помни об этом и не верь никому! О, чёрт!

Патрульного вдруг выгнуло дугой и он закричал от боли.

— Жжёт! Как же жжёт внутри! Да что же это за Игра такая!

Ники оторопело смотрел на бившегося в конвульсиях человека и не знал, чем помочь. Но его помощь и не потребовалась. Патрульный выгнулся дугой в последний раз и затих. А потом, не открывая глаз, очень тихо, но отчетливо попросил:

— Убей меня, парень! Прямо в голову, как я объяснял! Я заразился. Превращаюсь в чудовище. Внутри всё горит и меняется. Я чувствую! Не хочу подыхать так, подыхать монстром. Убей, прошу! Стань мужчиной!

Ники широко раскрыл глаза и неверяще уставился на полицейского. О чём он говорит? Убить человека?! Этого он хочет от него?! Нет! Так нельзя! Юноша стиснул зубы — его уже просили о смерти! Совсем недавно! Отец! Неужели этот кошмар повторяется снова! Да он сейчас с ума сойдёт!

— Потерпи! — засуетился юноша, цепляясь за призрачную надежду. — Не умирай! Помощь близко! Тебя спасут!

— Не будет помощи, теперь каждый сам за себя,— грустно произнёс патрульный и тут же сорвался на крик: — Стреляй же, сволочь! Убей меня! Умоляю! Не дай обратиться! Это хуже смерти! Во сто крат хуже смерти! Стреляй!

Ники отшатнулся — такая ярость звенела в словах полицейского, — всхлипнул, поднял пистолет. Палец неуклюже толкнул вверх предохранитель, лёг на спусковой крючок. Рука ходила ходуном. Ники не выдержал и опустил пистолет.

— Стреляй! — неожиданно спокойно сказал патрульный. — Или пеняй на себя! То, во что я превращусь, жалости не знает. Я сожру тебя! Выну мозги и закушу печенью! Убью гада! Стреляй!

Выстрел вышел неожиданно тихим. Патрульный замолк на середине слова, глаза его замерли, словно вглядываясь внутрь, и осел на асфальт. Лёгкая, почти счастливая улыбка тронула его губы. Он был мёртв.

Ники опустил пистолет и закрыл глаза. Глубоко вдохнул, осознавая и принимая случившееся. Он убил. Убил человека. Пусть по его же просьбе, но убил. Смерти монстров на озере не произвели на него такого впечатления, удар, перерубивший шею второму патрульному оставил почти равнодушным, но убийство человека, с которым только разговаривал, которого пытался спасти, тяжким грузом легло на неокрепшую психику вчерашнего подростка. А следом за отчаянием пришло внезапное озлобление.

— Значит Игра! — прошептал Ники, с ненавистью глядя в небо, на солнце, показавшееся из-за верхушек деревьев. — Пусть так! Значит я буду играть! Так играть, что вы пожалеете, что начали эту игру! Найду и уничтожу! Всех!

Ники опустился на колено и одной рукой прикрыл глаза патрульному. Потом оглянулся и неожиданно заметил рядом с телом второго висящий в воздухе пистолет, почти такой же, какой держал в руке. Озадачился. Подумал. Протянул руку. Пистолет перетёк в свободную ладонь и растворился в ней, как прежде шарик и пирамидка. А перед глазами выскочило уведомление:

«Получен навык «Пистолетная стрельба». Желаете изучить?»

Ники усмехнулся — успеется. Навык полезный, с ним он обязательно разберётся позже, когда поймёт, как изучать, но сейчас у него есть другие, неотложные дела. Сунувшись в полицейский флаер, юноша забрал второй пистолет и обоймы, завернул оружие в какую-то тряпку, положил туда же и подобранный с дороги станнер, на всякий случай, и закинул в багажник ховербайка — приподняв переднее сиденье. Постоял минуту, подумал, постукивая пальцами по рулю, с удивлением осмотрел своё исцарапанное тело, кровоточащие ступни, и покачал головой — так не пойдёт! В таком виде он не боец, не игрок. И вообще, хватит биться в отчаянии, он мужчина, глава семьи и поступать должен соответственно!

Ники захлопнул багажник, перемотал ступни остатками бинта из аптечки и медленно направился обратно к озеру, кривясь от боли при каждом шаге. Но боль — не зло. Её можно стерпеть. Говорите, мир изменился? Ладно! Пусть будет игра, он готов. Хватит бестолково паниковать и терять голову. Хватит делать глупости! Он должен вернуться, похоронить отца, одеться, взять кое-какие вещи, а потом мчать к Ксюше. Бедная сестрёнка! Она, наверное, с ума сходит от происходящего! Вот не дай бог, кто-нибудь решит обидеть малышку! Уничтожу! Почему-то, ставший спокойным и серьёзным, парень нисколько не сомневался в своей способности исполнить угрозу.

Глава 3. Монстры навсегда

Продравшись сквозь последние кусты и выбравшись на берег, Ники ошеломлённо замер, растерянно озираясь. Что за чёрт? А где папа? Палатка стояла на том же месте, что и была, рядом — остывшее кострище, у воды — брошенная удочка. Весь песок изрыт, словно по нему прошлись культиватором. Но тела отца нет. Пустое место. И нет отрубленной головы рыбовека. Ничего нет!

Ники бросился к берегу. Куда делось тело отца? Он ещё помнил, как отказывался верить, что тот монстр был на самом деле его горячо любимым, дорогим папой, но против фактов не попрёшь. Юноша успел повидать достаточно, чтобы осознать принять горькую истину — папа обратился, как обратился тот полицейский в флаере, и как потом начал обращаться его напарник, которого подрал проклятый монстр. Всё это было и Ники признал, что оказался в некоей Игре. Её правила оставались пока загадкой, но она была. И парень уже не рассчитывал, что вернувшись, найдёт живого и невредимого отца. Это было бы слишком хорошо. Но он надеялся хотя бы похоронить папу, а оказывается его тело кто-то украл! Кто это сделал? Кто?!

Внимательно осмотрев берег, Ники понял, что других следов на песке, кроме его собственных и вмятины от тела, нет. Значит тело не утащили неведомые вредители, не сожрали звери, отец не ожил и не ушёл куда-то, он просто испарился! Неужели причина — Игра? Неужели теперь все умершие будут со временем исчезать без следа? Какой ужас! А может... Ники замер. Может всё это не взаправду? Может его отец жив-здоров и находится в нормальном мире, настоящем, а это — лишь виртуальное отражение реальности? И он сам лишь отражение настоящего Никиты, который сейчас ловит с отцом рыбу и знать не ведает ни о каких играх? Чего гадать! Ему всё равно не узнать правды. По крайней мере, сейчас.

С досадой плюнув под ноги, Ники вернулся к палатке, оделся сам, с облегчением обулся, скинув окровавленные бинты, и быстро набил рюкзак. Брал всё, что подвернулось под руку. Почему-то казалось, что оставлять самую маломальски незначительную вещь здесь будет неправильно, расточительно. Кто знает, что пригодится дальше? Пистолет засунул за резинку шортов, в руки взял топорик — всё-таки с ним юноша умел обращаться куда лучше, чем с незнакомым доселе огнестрельным оружием. Нацепив на висок таблетку нейрика, Ники попытался дозвониться сестре, но сеть молчала. Не работал даже канал экстренной связи. Парень разочарованно вздохнул: значит оставляем разборки с конвертом в глазу и прочими «подарками» игры на будущее, а сейчас как можно быстрее возвращаемся домой. Как там Ксюша? Жива ли?