Владислав Савин – Под атомным прицелом (страница 3)

– «Операция перспективна, лишь при условии дальнейшего развития конфликта в глобальный», – прочел Сталин, – и под этим выводом подписи и Кузнецова, и Жукова, и еще десятка товарищей из Генштаба и Главного Штаба ВМФ. Вы тоже так считаете, товарищ Лазарэв?

Да, я так считаю. Если бы мы успели высадиться и развернуться на Кубе – то уже для янки была бы ситуация – «руки прочь, или получите большую войну». А если они успевают первыми – то тогда уже нам придется угрожать Третьей Мировой или сворачивать операцию. Положение как в шахматах – кто своим ходом успел занять ключевое поле на доске, тот выигрывает.

– Могут ли наши лодки, заблаговременно и скрытно занявшие позиции у Кубы, задержать высадку американского десанта и дать нам эти несколько дней? Если британцы в вашей истории делали подобное в Фолклендской войне – их атомарины прибыли к островам уже в первые дни после начала конфликта и установили морскую блокаду. Я помню, товарищ Лазарэв, что «атомным лодкам нужна глубина и открытое море», именно так ведь вы на Совете труда и обороны обосновывали строительство дизельных лодок для таких театров, как Балтика или Северное море. Но согласно карте, Фолклендские острова находятся на шельфе, где глубины моря схожи с теми, что у берегов Кубы. У англичан тогда это получилось – отчего не выйдет у нас? Если надо всего два-три дня.

Фолклендская война была в апреле-мае – поздней осенью, для южного полушария. Время штормов – тем более в «ревущих сороковых» и «бешеных пятидесятых», где тихая погода вообще редкость. А шторм намного сильнее мешает работать авиации и надводным кораблям, чем подлодкам. Также погода не позволяла аргентинцам перевозить войска и снабжение на множестве малых кораблей – лишь на малочисленных больших транспортах, являющихся хорошо заметными целями. И на островах не было ни одного нормального аэродрома – из-за чего аргентинской ударной авиации приходилось работать с материка. Ну и конечно, состав и возможности флота и ВВС Аргентины несоизмеримы с ВМС и ВВС США. Если палубная авиация британской эскадры сражалась с аргентинцами как минимум на равных, то у нас, до высадки и развертывания на Кубе, в воздухе полный ноль – «Супрун» и «Осипенко» будут готовы не раньше чем через два года, «Чкалов» и «Леваневский» по факту являются авиатранспортами, а не авианосцами. В докладе есть расчеты – даже при насыщении конвоя кораблями с ЗРК, в случае массированных американских авиаударов, мы теряем от сорока до шестидесяти процентов кораблей и транспортов. Разгружаться тоже придется под бомбами, как и выдвигаться на позиции – которые кубинские товарищи вряд ли сумеют грамотно подготовить, и даже правильно выбрать. И даже если допустить, что нам удастся полностью блокировать море возле Кубы – в отличие от Фолклендов, на Кубе есть достаточное число аэродромов, могущих принять американский посадочный десант с артиллерией и легкой бронетехникой.

– Какие шансы у кубинских товарищей отразить американское вторжение?

Без нашей помощи – никаких. Во время Плайя-Хирон и Карибского кризиса у них была уже регулярная армия, созданная с нашей помощью – имеющая артиллерию, танки, ПВО. Победа партизан над батистовцами была в значительной степени «моральной» – солдатам просто не хотелось воевать за крайне непопулярного диктатора, и они переходили на сторону Кастро, даже при своем численном и техническом перевесе. Надеяться же на это против американцев невозможно. Ну и конечно, выучка и вооружение американских войск намного превосходят армию Батисты. Удержать города и вообще какую-либо территорию у повстанцев не получится, и война перейдет в партизанскую, возможно даже длительную. Но, в отличие от Вьетнама, здесь у партизан не будет ни безопасного тыла, ни устойчивого канала снабжения оружием и боеприпасами. И в лучшем случае все кончится, как в Никарагуа в тридцатых – когда американцы, устав от «вьетнама» на своем заднем дворе, уйдут, посадив на трон очередного своего диктатора – которого народ, тоже уставший от войны и жаждущий стабильности, примет. А в худшем – Кубу зачистят до гробовой тишины – зальют напалмом, а возможно и химией, ведь «против бунтовщиков – можно».

– Что ж, задача выходит очень непростая, товарищ Лазарев? Есть, конечно, вероятность, что там не сразу поймут, примут решение, будут еще совещаться и согласовывать – когда у нас все уже решено и отдан приказ на исполнение. Но игра в расчете на ошибку противника – это авантюра. Что ж – я вас и других товарищей, подписавших этот доклад, услышал. План «Анадырь» держать в готовности – отдать приказ, когда будет ясно, что американцы не помешают или не успеют.

Когда Лазарев вышел, Сталин тоже встал с кресла, тяжело прошелся по комнате – эх, годы, сколько еще отпущено? Но очень хочется и первый полет Гагарина увидеть (или кто вместо него полетит), и красный флаг над Кубой. Слышишь, безносая, – потерпи, не забирай меня раньше, раз уж столько лишних лет подарила!

Третья Мировая нам не нужна – мы капитализм и без нее похороним. Товарищи военные правы – уж если все они единодушно высказались примерно так, как записано в докладе, что лежит на столе. Кузнецов прямо сказал, «нам десант на Британские острова с их последующим захватом осуществить проще – чем взять Кубу из-под носа у янки, если они не будут зевать». Но ведь нэт таких задач, которые не решили бы большевики!

Нам очень нужна Куба – и не только как военный плацдарм в подбрюшье США. Ознакомившись с историей того мира, Сталин был огорчен и возмущен упущенной перспективой – там Латинская Америка еще переживала подъем коммунистической идеи, когда в СССР уже воцарился брежневский застой, компартии в Европе скатились в буржуазную ересь «еврокоммунизма», в Азии рулил Мао, в Африке местные царьки, скинув колониальный гнет, на деле не верили ни в бога, ни в черта, ни в Карла Маркса – а в Латинской Америке еще горело: после Кубы еще были Никарагуа, Сальвадор (совсем немного не успевший), почти удавшаяся попытка в Чили и куча левых партизан и движений в других странах. И куда все это делось после – бывшие повстанцы фронта Фарабундо Марти стали «сальвадорскими муравьями», одной из самых жестоких наркомафий в регионе; равно как и в Колумбии, Перу, Мексике – настала эпоха наркокартелей, куда влились и бывшие левые повстанцы – совсем как в нашу Гражданскую, когда из «красных» становились «зелеными», едва лишь слабела руководящая воля Партии. Проклятые девяностые, «перестройка», за что сражаться, если предают Вожди – гореть Горбачеву в вечном персональном аду за свое предательство, не только своей страны, но и мирового коммунизма! Хотя и раньше – был ведь шанс удержаться и в Чили, если не позволить товарищу Альенде совершить грубейшие ошибки – которых он мог бы избегнуть, если бы правильно учел опыт нашей революции, то есть был бы под нашим правильным руководством. Что ж – здесь мы тех ошибок не повторим!

Но для того нам нужна Куба – как самый первый плацдарм. Там американцы не вмешались сразу – потому что приняли Фиделя за очередную «гориллу», жаждущую спихнуть с трона прежнего диктатора. Даже под популистской риторикой – все эти пиночеты, дювалье и сомосы лезли к власти не иначе как «ради процветания страны и народа». В Вашингтоне на эти игры было глубоко чихать, пока они не затрагивали американские интересы, – что случалось редко, ибо любой латиноамериканский спаситель отечества знал заранее, на что он категорически не должен посягать, если не желает получить американское вторжение или организованный США переворот. Есть даже смутные сведения, что ЦРУ было в курсе при подготовке экспедиции на «Гранме» – да и Фидель, сын богатого плантатора, никак не был похож на коммунистического вождя, и Компартия Кубы (запрещенная при Батисте) играла в «Движении 26 июля» более чем скромную роль. И товарищ Кастро имел шанс стать вовсе не коммунистом, а кубинской версией Перона – но американцы сами перегнули палку своим запредельно хамским отношением к новому главе Кубы, совершающему свой первый официальный визит, по незыблемой латиноамериканской традиции, именно в США. А поскольку Фидель (в отличие от Арбенса) был гораздо больше практиком и меньше идеалистом – то его обращение к СССР было вполне логичным. Однако же революционная Куба сумела получить два или даже три (если считать до Карибского кризиса) года относительно мирного развития. Кстати, интересно, а отчего Кеннеди в шестьдесят первом категорически был против прямого участия американских войск – лишь через год созрел?

Здесь же – США, оставшиеся голодными по итогам Второй великой войны, и после несколько раз получившие по своим загребущим рукам, в том числе и нашим немирным атомом (и больно, и безответно), встали на дыбы и рычат, как разъяренный медведь гризли. «Сегодня коммунисты убивают наших парней в Азии – завтра они придут в наш дом, и погонят всех в свой колхоз и гулаг» – вопят их газеты, и радио, и телеканалы, и американский обыватель верит! «Крестовый поход против коммунизма», что там фиглярски объявил актеришка Рейган, может стать реальностью при Голдуотере. Надеемся, у него хватит ума не начинать большую войну, если не идиот, – но здесь США напрочь лишены сытого благодушия и реагируют на малейшую угрозу их интересам очень резко. Их уже сильно раздражает деятельность Римской Церкви на их территории – в духе даже не просоветском, а беззубо-гуманистском «не убий», «все люди братья» и «нажива за счет ближнего своего есть грех», – а если утечет информация, что Че Гевара (пока еще не Команданте) проходит обучение в СССР, и этот человек будет замечен рядом с Кастро? Да и план «Амин» (не писать же «Ла Монеда-2») в исполнении советского спецназа – какая вероятность, что что-то выплывет наружу, пусть даже после события? Тут и сомневаться не приходится, что прикажет президент Эйзенхауэр своим генералам. «Расколошматить – и доложить!»