Владислав Русанов – Одиночество менестреля (страница 57)
Пользуясь тем положением, которое обычно занимал при его величестве глава Ордена Магов-Учёных, он вытребовал у тайного сыска права давать задание браккарским шпионам, которые работали на материке. Обычные маги-музыканты и менестрели не представляли интереса, а посему он поручил разыскивать необычных. Тех, кто выделяется в ряду лиц, похожих друг на друга, как две капли воды. Как и следовало ожидать, задание оказалось не лёгким. Сбор сплетен и слухов не сложен, но вот выделить из них хоть что-то, имеющее смысл и значение, задачка та ещё. Что из услышанного — случайность и совпадение, а что — достойно внимания и дальнейшего рассмотрения?
Долго… Очень долго шпионы не могли раздобыть ничего полезного. Пока наконец в их поле зрения не попал менестрель из Аркайла — Ланс альт Грегор из Дома Багряной Розы. Подлинно талантливый музыкант, сильный маг. Правда, нравственные убеждения слегка подкачали — пьяница, юбочник и дуэлянт, но прана Нор-Лисса это волновало как аз меньше всего. О Лансе альт Грегоре плели всякие небылицы. Так часто бывает, когда тот или иной благородный пран приобретает определённую известность, а ведь альт Грегора уже лет десять-пятнадцать назад уверенно называли лучшим менестрелем двенадцати держав. То он выиграл в кости неимоверную сумму — болтали о нескольких сотнях золотых «лошадок», но, скорее всего, сильно преувеличивали. То скакал на коне галопом целую стражи и животное оставалось свежим. И даже не запыхалось, как божились конюхи, которые его вышагивали. Играл на скрипке с такой скоростью, что загорелись и лопнули струны. Сумел убедить шайку грабителей — человек пятнадцать, не отбирать последние монеты, а отпустить с миром. При этом разбойники провели менестреля до ближайшего постоялого двора, а там накормили и напоили за свой счёт. И наконец, самое интересное! Когда альт Грегор бежал, спасая шкуру (в самом прямом смысле этого выражения, поскольку княгиня Зохра обещала нарезать ремней со спины неверного любовника) с Айа-Багаана, то две боевые фелуки с полным парусным вооружением, посланные в погоню за утлой рыбацкой лодчонкой, в которой Ланс прятался в груде свежевыловленной сельди, безнадёжно отстали и вернулись ни с чем. Чем не магия? Как могла лодка с штопанным-перештопанным парусом, плохо проконопаченная и грозящая развалиться в любой миг. оставить за кормой суда княжеского флота, за которыми — что следовало, несомненно, признать — не могла угнаться ни одна браккарская каракка?
Пран Нор-Лисс решил свести знакомство с менестрелем. Поскольку сам он никогда не высаживался на материк и впредь не собирался приобретать такой опыт. Ланса альт Грегора следовало доставить в Бракку. Но как? Приглашение он не принял бы и от любой платы отказался — чересчур горд и слишком уж неприязненно относится к браккарцам. Это мог подтвердить любой, кто был знаком с Лансом хотя бы вскользь. Почему-то нечастые встречи с севреянами всякий раз приводили к тому, что музыкант оставался обиженным. Или чувствовал себя обиженным, что, впрочем, одно и то же. Именно поэтому, узнав, что Трагера объявила войну островному королевству, он без раздумий записался во флот под командование Жильона альт Рамиреза. Сражался в проливе Брикагир. Получил несколько мелких ран и перелом лодыжки от упавшего рея. Попал под бомбардировку Эр-Трагера, когда великого князя Пьюзо Второго усиленно склоняли к миру. Само собой, после этого любовью к браккарцам альт Грегор не воспылал.
Потом посланник Ак-Нарт тер Веррон из Дома Жемчужного Нарвала допустил жутчайшую оплошность. Конечно, виноват его сынок — желторотый глупец Ак-Карр, затеявший бессмысленную и совершенно ненужную дуэль с менестрелем. А отец не смог её предотвратить… И это в то время, когда Браккара вела переговоры с наследником Гворром и достигла вполне ощутимого успеха. Сын Лазаля, не стесняясь, принимал подарки от купца Тер-Шарта, бывшего в то время негласным предводителем всех браккарских шпионов в Аркайле. Менестрель бежал не без помощи двух своих верных друзей — Коэла альт Террила и Регнара альт Варды.
Герцог Лазаль был в ярости. Сделал строгий выговор сыну за вмешательство в дуэль. Выгнал посланника Ак-Нарта, направив резкое письмо королю Браккары. Отношения между Аркайлом и островами ухудшилось так стремительно, что впору волосы на голове рвать. Всё, за что боролись несколько лет, пошло прахом.
Пришлось направить в Аркайл одну из лучших шпионок — Дар-Виллу тер Неризу. Ей поставили главную задачу — не допустить заключения тройственного союза герцогства с Унсалой и Трагерой, к которому начал склоняться Лазаль. Ну, и несколько побочных. В частности, отыскать Ланса альт Грегора и любым способом склонить его к путешествию на Браккару.
Дар-Вилла прибыла в Аркайл, но тут события закрутились столь стремительно, что матёрая шпионка не успевала на них повлиять, только более-менее подстроиться и попытаться извлечь выгоду для своей державы. Убили наследника Гворра, альт Грегор угодил в застенки тайного сыска. Братья-бароны альт Кайны, завладевшие управлением государством при коронованном слабоумном Айдене, вели политику невнятную и запутанную. Подстрекаемая Дар-Виллой баронесса Кларина затеяла заговор, стремясь возвести на престол своего сына, прижитого то ли от Лазаля, то ли от Гворра.
Эта игра могла бы увенчаться успехом, если бы не досадная случайность. Предатели встречаются часто, но каждый раз складывается впечатление, что их вмешательства не ожидал никто. Дар-Вилле пришлось срочно убегать. Хорошо, что ей удалось прихватить с собой менестреля. Заодно она умудрилась спасти альт Грегора от смерти, а значить чванливый аркайлец должен быть почувствовать себя должником. Всё-таки Дар-Вилла была отличной шпионкой.
Была.
А всё потому, что Ланс альт Грегор оказался крепким орешком. Делал вид, что сломлен, подавлен, поетрял всякое желание жить и бороться. Втёрся в доверие к его величеству Ак-Орру тер Шейлу, да и к самому Нор-Лиссу тоже. Усыпил бдительность кротким нравом и готовностью сотрудничать, а потом исчез. И айа-багаанцы подвернулись так некстати… Возможно, менестрель подкупил их, возможно наобещал чего-то заоблачного, но не исключено, что ему потребовалось только намекнуть, что Браккар получит преотменнейший щелчок по носу и черномазые южане сорвались с якоря, несясь через океан на предельной для фелуки скорости. Ведь Айа-Багаан на море всегда был соперником северного королевства. Разве могли они упустить возможность дать браккарцам щелчок по носу? Увести знаменитого мага-музыканта, как будто кошелёк с пояса срезать. Тут есть чем гордиться. К тому же, у княгини Зохры сеть осведомителей ничуть не меньше, чем у короля Ак-Орра. Возможно, там, на далёком и жарком юге уже прознали кое-что об Ордене Магов-Учёных, а теперь воспользовались удобным случаем, чтобы прибрать к рукам очевидца, побывавшего, так сказать, в самом логове зла.
Ничего… Час Айа-Багаана ещё пробьёт, словно клепсидральный колокол, возвещающий о начале первой дневной стражи. Ещё будут гореть их остроносые фелуки с треугольными парусами, ещё испытают на себе силу артиллерийского удара с браккарской эскадры белые стены княжеского дворца, ещё будет зарёванная Зохра вымаливать прошение у короля северных островов, покрывая бессчётными поцелуями его сапоги. И контрибуция будет непомерной. Навсегда смирятся южане с тем, что нет на море воинов сильнее, чем браккарцы.
Но это потом, а сейчас нужно расправиться с трагерцами, возомнившими о себе невесть что. Тем более, что беглый менестрель находится где-то там. Возможно, в Эр-Трагере, возможно, в окрестностях.
От «Лунного гонщика», пустившегося в погоню за айа-багаанской фелукой, им удалось уйти. Самая быстроходная каракка потерялась поблизости от островов Святого Игга — местечко опасное, спору нет, но ведь на борту были двое магов-учёных и шпионка Нар-Вилла. Глава Ордена до сих пор не мог дать ответ на вопрос — чья потеря тяготила его больше? Хороший маг — редкость, но толковая шпионка попадается реже, чем чёрная жемчужина в раковине или драгоценный камень в черепе кашалота. Конечно, он намеревался отправить нескольких учеников под началом одного из своих ближайших помощников, чтобы те на месте разобрались в причинах гибели корабля, ведь уже не оставалось ни единого сомнения, что «Лунный гонщик» канул в пучине вод. Но не прежде, чем Трагера склонит свои знамёна к стопам короля Ак-Орра.
Сейчас каждый маг на счету. Даже Дар-Рен, сидевший сейчас по левую руку от Нор-Лисса, вперив остекленевший взгляд в пламя свечи из желтого ароматного воска. Его умения были столько ограничены, что главный учёный иной раз сомневался в полезности молодого мага. Всё, что ему удавалось хорошо, так это искать в мировом аэре следы других людей, обладающих способностью управляться с Силой. Но не просто так, а только лишь с какой-либо частицей предмета поиска. Например, сейчас он без устали поглаживал пальцами длиную прядь волос, намотанную на кулак. Русых с сединой. Дар-Вилла в который раз оправдала высокое доверие, срезав их, пока Ланс альт Грегор отмокал в горячей воде после путешествия по морю.
Правда, Дар-Рен, кроме магических способностей, в совершенстве владел мастерством гравюры способом «сухой иглы». Сражение кракена с кашалотом изобразил именно он. Пожалуй, во всей Браккаре ищи, не найдёшь лучшего художника. Только какая с этого польза, кроме красоты? Одного прекрасного художника Ланс альт Грегор уже заколол три с лишним года назад и даже не поморщился.