Владислав Порошин – Красно-белый. Том 3 (страница 17)
Юрия Васильевича два раз просить не надо. Гаврилов заметив, что украинские хлопцы почти всей командой переместились на нашу половину, так дал на свободный участок поля, что мяч, пролетев тридцать метров, заставил посоревноваться в скорости меня и трех защитников гостей. Надо ли говорить, что перед телекамерами, транслировавшими матч в прямом эфире я вжарил на самых высоких оборотах, на которые вообще был способен. Балтачу, Пьяных и Демьяненко я уделал на десять метров, уступая изначально метров семь. Но на этом я не остановился. Прокинув мяч ещё дальше, я заставил побегать кроме защитников и полузащиту в жёлтых футболках. А когда меня зажали около бокового флажка, я умудрился обыграть Владимира Пьяных и шибануть мяч обратно на свою половину поля Георгию Ярцеву. И с чувством выполненного долга, посеменив к себе, принялся напевать под нос стихи Владимира Высоцкого:
Ну вот, исчезла дрожь в руках,
Теперь — наверх!
Ну вот, сорвался в пропасть страх —
Навек, навек.
Для остановки нет причин —
Иду, скользя,
И в мире нет таких вершин,
Что взять нельзя…
В перерыве матча «Дед» несколько раз прошёлся по раздевалке, собираясь с мыслями. Особой критики мы не заслуживали, похвалы впрочем, тоже, ибо на табло горел счёт — 0: 1 в пользу наших украинских друзей-соперников. Всё же контроль мяча, когда вместо Черенкова и Заварова играли Ярцев и Сидоров, был не должного уровня и качества. И мне приходилось периодически совершать одиночные рейды по половине поля сборной Украины, давая всей команде передохнуть. Возможно поэтому Старостин нашу футбольную дружину похвалил:
— Пока ход игры мне нравится.
— Если бы перед перерывом не пропустили от Хапсалиса, вообще было бы замечательно, — кивнул Юра Гаврилов. — И как только сил у них хватает носиться сорок пять минут?
— А ты не знаешь? Вчера родился? — Хмыкнул Хидиятуллин, намекнув на волшебные уколы, которые без допинг-контроля были бездоказательны.
— Хватит! Нет доказательств — молчи, — махнул рукой Николай Петрович и, подойдя к Заварову и Черенкову, сказал. — Саша, Федя, готовьтесь, теперь ваш выход. У нас осталось 45 минут, за которые мы должны смести соперника и показать всему Советскому союзу, как выглядит истинный красивый спартаковский футбол. Никон, ты готов?
— Как пионер, — пробурчал я. — Только устал немного, пока половина украинской команды за мной бегала и лупила по ногам, запыхался чуть-чуть.
— Ха-ха-ха! — Вдруг громко захохотал «Дед» и вся команда буквально согнулась пополам от смеха.
Две проведённые замены в перерыве, вызвали у болельщиков взрыв аплодисментов.
— Давай Завар! Давай Черенок! — Орали зрители, выбежавшим на газон Фёдору Черенкову и Александру Заварову.
Я краем глаза посмотрел в сторону Валерия Лобановского, который усмехнулся, якобы наш тактический ход для него был предсказуем. Но когда наши молодые звёздочки взяли с места в карьер и в центре поля завертелись настоящие футбольные кружева, ставящие в тупик украинских игроков, Валерий Васильевич заметно занервничал и стал с ещё большей силой раскачиваться, словно маятник, на скамейке запасных.
Однако первый опасный момент во втором тайме соорудили Юрий Гаврилов и Сергей Шавло. Гаврилов сделал передачу между двух игроков в жёлтых футболка вдоль левой бровки, Шавло на приличной скорости пронёсся и прострелил в штрафную площадь немного замёрзшего без работы Юрия Дегтярёва. Голкипер донецкого «Шахтёра» пошёл на перехват, прыгнул, зацепил мяч кончиками пальцев и этим самым перекинул своего же игрока обороны.
Я же по большому счёту, сделав рывок на авось, не ожидал такого подарка судьбы. Наверное, она злодейка вернула мне должок за честную пахоту в первом тайме, где мне обстучали все части тела. Поэтому подработав мяч грудью, и сказав про себя: «покорно благодарю», вторым касанием послал мяч в сетку пустых ворот.
— Гооол! — Проснулась наша красно-белая торсида, замахав шарфиками.
— Гооол! — Запрыгали на трибунах простые болельщики, которые недоумевали — почему мы не играли так с первых минут первого тайма?
— Нормально, мужики, — пробурчал, когда получал поздравления от партнёров. — Ничья — это не наш результат.
— Ясно, что не наш, — хитро заулыбался Юра Гаврилов. — За ничью чешского пива не дают. Давай мужики ещё поднажмём!
Но к нашему удивлению поднажали гости, включив такие скорости и такой прессинг, на который мы были не готовы. И в одном из эпизодов ближе к 70-ой минуте Олег Блохин после паса от Владимира Бессонова, ускользнул от Сергея Пригоды и Владимира Букиевского. И если бы сейчас был 1975 год, когда Блохин получил «Золотой мяч», то никто бы от верного гола нас не спас. А так Олег выскочил один на один с Ринатом Дасаевым, пошёл в обводку и мяч потерял, точнее Дасаев, прыгнув в ноги, его выкрал. Более того Ринат резко вскочил и исполнил свой фирменный ввод мяча рукой прямо к центру поля.
После такого подвига я не мог этот мяч не забрать, поэтому в верховой борьбе обокрал Анатолия Конькова, затем на скорости, всё там же в центре поля убежал от Балтачи и вырезал длинный пас на правый фланг в направлении рванувшегося Саши Заварова. Скоростные качества у Александра не самые лучшие, но зато у Заварова замечательный дриблинг. И хоть Анатолий Демьяненко нашего юного полузащитника достал, Заваров его красиво перехитрил и прострелил влево на ход Фёдору Черенкову, которому путь к воротам преградил Владимир Пьяных.
И вот тут-то ахнули все зрители на трибунах. Фёдор Фёдорович показал футхакер, тот самый приём, когда мяч на скорости цепляется и перекидывается через себя пяткой. Футбольный снаряд описал невысокую радугу в воздухе, защитник украинцев Пьяных растерялся, и упустил Черенкова один на один с собственным вратарём. А дальше всё было делом техники. Дегтярёв хоть и бросился навстречу, но Фёдору не составило труда пробить в свободный угол ворот.
— Гоооол! — Вновь всколыхнулись, словно волны трибуны стадиона «Локомотив».
— Красавец! — Заорал я, подбежав к Фёдору Фёдоровичу. — Ты когда успел приёмчик скоммуниздить?
— Спать надо меньше и по девочкам бегать, — скромно заулыбался Черенков.
— Ну, Черенок, большое тебе человеческое спасибо! — Обрадовался Гаврилов. — Гуляем сегодня мужики, «Дед» угощает, ха-ха!
— Кто о чём, а Гаврила о пиве, — пробурчал я, вызвав смех среди товарищей по команде.
И как только на табло зажглись цифры — 2: 1 в пользу сборной Москвы, Лобановский бросил в бой свой последний козырь — Леонида Буряка. Но то, что мэтр просчитался, было очевидно. Игра украинской команды за 15 минут до конца полностью развалилась. И каким бы не был замечательным игроком Буряк собрать коллектив воедино и повести его на решающий штурм он не смог.
Зато когда стало понятно, что соперник сломлен наш центральный защитник Бубнов, устав маяться без работы, за три минуты до конца ринулся в атаку. В эти секунды мы плели многоходовые комбинации на подступах у штрафной сборной Украины. И внезапно здоровенный гренадёр ворвался в штрафную соперника. Естественно Юра Гаврилов не сдержался и навесил на буйную голову московского динамовца. Александр Бубнов выпрыгнул, в воздухе поборолся с Сергеем Балтачой и Володей Пьяных и мячик нехотя скинул прямо на ногу набежавшего Сергея Шавло. Мощнейший удар слёта потряс перекладину ворот, но мяч отскочив от перекладины вертикально вниз, передумал вылетать в поле и сиганул прямо в стеку ворот.
— Даааа! — Заорал всегда уравновешенный Шавло и понёсся к нашей скамейке запасных, чтобы его поздравила вся команда, включая запасных, тренерский штаб, массажиста и врача команды.
А через две минуты главный судья Игнатов из Калуги дал финальный свисток, зафиксировав конечный счёт — 3: 1 в пользу сборной Москвы. И только тут я почувствовал как сильно устал, как сводит мышцы ног и нет больше никаких моральных сил, чтобы сделать хотя бы шаг. Поэтому я просто рухнул в мягкую зелёную траву московского стадиона «Локомотив».
— Ты как? — Первым подбежал Фёдор Черенков.
— Зае…ался, — выдохнул я. — Всё путём. Мы ещё повоюем, студент.
Глава 10
В субботу 4 августа на базе в Тарасовке случился самый настоящий день открытых дверей. После утреней зарядки к жилому корпусу подошла целая делегация самых активных спартаковских болельщиков, к которой вышел старший тренер Николай Старостин и полчаса отвечал на вопросы двадцати человек, одетых в спартаковские красно-белые шарфики. Его брат Пётр Петрович Старостин нам футболистам сказал не вмешиваться в диалог и настраиваться на завтрашний финал против сборной Грузии.
Кстати, эта команда пробилась в финал во многом благодаря нелепости регламента футбольного турнира Спартакиады 1979 года. Какой-то чудак на букву «М», предложил в случае равенства очков отдавать предпочтение команде, которая больше забила голов. Грузия в своей полуфинальной группе, набрав 5 очков, забила 8, а пропустила 5. А сборная РСФСР, набрав те же 5 очков, забила 7 при 1 пропущенном мяче и отправилась играть за 3-е место против сборной Украины! Как тебе такое, Илон Маск?
Что касается фанатов, то ничего другого, кроме пожеланий победы и успеха не только на Спартакиаде, но и в финале Кубка СССР, они нашему «Деду» не сказали. Однако я Петру Старостину как бы между прочим заметил, что неплохо бы вокруг базы выстроить забор. Ибо сегодня болельщики пришли поблагодарить, а завтра они же заявятся и потребуют объяснений в неудачной игре или вообще пожелают смены старшего тренера, если наши футбольные дела вдруг разладятся. На что Пётр Петрович заявил, что «Спартак» — это команда народная, поэтому для нарда здесь двери открыты всегда. «Ну-ну», — пробурчал я.