Владислав Порошин – Красно-белый. Том 3 (страница 16)

«Ухо за ухо, глаз за глаз, зуб за зуб», — подумал я и резко схватил двух первых попавшихся хулиганов именно за органы слуха. Писк пацанёнка мгновенно прекратился, зато раздался рёв двух гамадрилов. Мелкие пареньки мгновенно бросились наутёк, а эти «лбы» попёрли на меня:

— Тебе жить, дядя, надоело? — Окрысился самый здоровый, до которого моя рука к сожалению не дотянулась.

— Отпусти больно, б…! — Продрожали выть гамадрилы.

— Дурак, это же Никон, — шепнул один из хулиганов своему вожаку. — Это его несколько нарядов ментов недавно не могли взять.

— Ну, всё Никон, отпусти мужиков, хватит, — успокоился вожак маленькой «волчьей стаи». — Мы тебе ничего не сделали.

— Да вы мне в душу плюнули, — пробурчал я, отпустив уши хулиганов. — Вот ответьте мне на такой вопрос — что с вами будет лет через восемь?

— Тебе какая разница? — Осклабился самый задиристый хулиган.

— Я со своими друзьями бьюсь в чемпионате страны. И идём мы сейчас на первом месте, прославляя тем самым Москву и «Спартак». А скоро начнутся еврокубки и мы своей игрой и результатами, я надеюсь, будем добывать славу всему Советскому союза. Вы же в это время будет пацанов трясти, позорить державу и своих родителей. А через восемь лет, кто-нибудь из вас зарежет своего кореша по пьяной лавочке, не поделив стопку самогона. Стоило ли для этого родиться?

— Ты лучше сам с ментами разберись, — сплюнул на землю вожак и, подтолкнув своих приятелей, пошагал в посёлок.

И в это самое время на станцию примчалась московская электричка. Поэтому на размышления о том, что человека может изменить лишь сама судьба, шарахнув его по голове, у меня не осталось ни секунды.

Выпорхнувшая из вагона Тамара была прекрасна. На фоне квадратных тётушек в нелепых цветастых платьях, моя подруга с огромными зелёными глазами, одетая в джинсы, кроссовки и джинсовую курточку, выглядела как инопланетянка. Из-за чего я не удержался и заключил её в объятья. И первый порос, который последовал от подруги после долгого поцелуя, был таким:

— С Николаем Петровичем помирился?

— Ещё вчера ударили по рукам.

— Замечательно, — улыбнулась девушка. — Тогда рассказывай, что за кино опять крутят в вашем подпольном кинотеатре?

— «Кинг-Конг» фильм 1976 года. Никто пока не смотрел кроме жён советских дипломатов.

— И ты будешь переводить?

— Уже перевёл какой-то парень с прищепкой на носу, чтобы никто не догадался, чей это голос. — Я взял подругу за руку и потянул в сторону переезда через железнодорожное полотно, которым пользовались, мотоциклисты, автомобилисты и велосипедисты. — Прибавим шаг, пока без нас не включили.

Примерно через час, когда народ в кинозале сидел как на иголках, словно в гипнотическом трансе не отрываясь от экрана телевизора, я задремал. Во-первых, этот фильм хоть и давно, но уже смотрел. И с каждым кадром вспоминал его всё больше и больше. А во-вторых детский наивный сюжет начинал действовать на нервы. Бедная гигантская обезьяна, которая могла бы избавиться от всех людей на острове максимум за неделю, по воле сценариста делила жизненное пространство с дикарями сотни лет. И ещё более наивным выглядело то, как хитрые белые люди этого монстра заманили в яму и усыпили. Однако стоило признать, что американцам до наших киношников пока далеко. Ведь только в СССР смогли снять фильм, в котором бригада строителей собирается на парткоме и решает — брать премию или нет? Странно, что не сделали второй сезон, где на том же парткоме те же работяги порешили поднять пенсионный возраст и вкалывать до гробовой доски.

В финале «Кинг-Конга», на котором из-за дикого рёва гигантского животного я проснулся, вся прекрасная половина кинозала рыдала крокодильими слезами. И моя Тамара, кстати, тоже. И уже когда пошли титры, Николай Петрович, покряхтев, спросил:

— Ну и как же эту махину снимали? Кто объяснит старику?

Естественно народ как по команде повернулся в мою сторону. Ещё бы, я этот фильм посоветовал посмотреть, а инициатива всегда наказуема, теперь держи ответ.

— Комбинированные съёмки — это раз, — сказал я. — Куклу большого размера, которая лежит в конце сшили, так же как и плюшевого медведя обычных габаритов — это два. Отдельно там мелькает ладонь чудовища — это искусственная, механическая ладонь — это три. В остальном в шкуре животного бегал обычный актёр вокруг маленьких макетов — домов, деревьев и гор.

— А у меня другой вопрос, — поднял руку Юра Гаврилов. — Почему это кино не показывают в наших кинотеатрах? Там же ничего такого нет. Ни этого секса, ни этого насилия?

— Что ты на это ответишь, Никон? — Хитро прищурился «Дед».

— Вы меня спрашивает, как будто я вам «Армянское радио». — Я встал с места. — Но лично моя версия такая — если сейчас показать «Кинг-Конга», то на наше советское кино народ не пойдёт. Обрушится целая отрасль, которая приносит государству деньги.

— Хорошо, — завёлся Старостин. — А поему наши такое же не снимают? Например, нашли на Урале гигантского медведя и так далее.

— Это не наш метод, — пробурчал я, чем вызвал взрыв смеха. — И вообще давайте по номерам расходится, завтра же игра.

— Правильно, — кивнул «Дед» и скомандовал, — уважаемые сударыни, попрошу проследовать в автобус, который вас развезёт по домам. Потому что завтра игра.

— Скорее бы уже свою квартиру получить, — шепнула мне Тома.

В среду 1-го августа московский стадион «Локомотив» собрал 30 тысяч человек. Вывеска — сборная Москвы против сборной Украины, говорила сама за себя, хотя народ на трибунах упрямо твердил, что играю сегодня «Спартак» и киевское «Динамо». За обеими воротами на виражах собрались фанаты с красно-белыми шарфиками и уже за пять минут до стартового свитка до нашей раздевалки доносилось: «Московский „Спартак“! Та-та-та-та та-та!».

Мы же в это время по просьбе старшего тренера сели, закрыли глаза и каждый попытался мысленно представить нашу победу. Играть на ничью, которая была выгодна, ещё утром на общем голосовании решено было отвергнуть. «Выходим, крушим соперника и едем пить чешское пиво! Вот и вся тактика», — сказал Юра Гаврилов. Но легко сказать, да сложно сделать.

Поэтому на матч против лучших футболистов Украины «Дед», посоветовавшись со мной, со вторым тренером Фёдором Новиковым и ассистентом Герой Ярцевым, безжалостно перекроил состав. На ворота вернулся наш первый номер — Ринат Дасаев. В защите мы построили четверых футболистов в линию — Букиевского, Пригоду, Бубнова и Мирзояна. В опорной зоне остался всё тот же Вагиз Хидиятуллин. В полузащите справа налево вышли — Ярцев, Сидоров, Гаврилов и Шавло. В атаке единственным выдвинутым форвардом пришлось стать мне. Двух наших молодых звёздочек — Заварова и Черенкова старший тренер Старостин приберёг для второго периода.

— Пам пара-бара-бара парам-паам пам-пам-пам… — загремел над зелёным немного кочковатым газоном футбольный марш и две команды выбежали на обозрение переполненных трибун, которые тут же зашептались, спрашивая друг друга: «Где Черенков, Заваров и Родионов? И неужели „Дед“ совсем сошёл с ума, и сегодня будет играть на ничью?».

Что можно было им ответить? Что наша молодёжь так напахалась за прошедшие две игры, что сегодня их хватить максимум на один тайм. И что нашего молоденького форварда пока просто рано бросать против жестких и мощных украинских защитников. Так что Старостин как раз с ума пока не сошёл. Даже наоборот — Николаю Петровичу хватило извилин, чтобы всё грамотно просчитать.

— Мужики, главное контроль мяча, — напомнил я своим партнёрам перед стартовым свистком. — Украине нужна победа, поэтому они побегут в прессинг.

— Ты это уже сто раз сказал, — недовольно пробурчал Гаврилов. — Сделаем. На какие жертвы только не пойдёшь ради чешского пива, ха-ха!

«Весело, Гавриле, — подумал я. — А меня дрожь колотит, словно в лихорадке. Пока по мячу не пну, не отпустит. Ну, всё. Понеслась! Красно-белый самый первый!».

Футболисты гостей в желтых гетрах и футболках, а так же синих трусах разыграли мяч с центра и ломанулись на наши ворота. Я же позабыв, что сегодня не блуждающий форвард, кинулся помогать полузащите и сделал несколько бессмысленных рывков, так как соперник играл размашисто, переводя мяч с края на край длинными передачами. И лишь спустя полторы минуты, после паса Владимира Бессонова на ветерана Анатолия Конькова, мне удалось подкараулить неудачный приём киевского динамовца и завладеть футбольной магической сферой. И я мгновенно переадресовал мяч Гаврилову, а сам рванул в район центрального круга. Всё же в атаке должен же быть хоть кто-то.

Кстати, состав сборной Украины мне удалось угадать с точностью до человека. На воротах Дегтярёв, в защите — Лозинский, Балтача, Пьяных и Демьяненко. Полузащита — Дорошенко, Коньков, Бессонов. И тройка нападающих — Хапсалис, Юрчишин и Блохин. Леонида Буряка, человека который был способен дирижировать атаками сборной Украины, Лобановский придержал на скамейке запасных до поры до времени.

Странно — неужели Буряк полаялся с мэтром тренерского цеха? В такой игре, когда нужно всё отдать для победы, ведь на кону выход в финал Спартакиады, предпочесть Юрчишина из первой лиги основному футболисту сборной СССР — это очень необычно.

— Гаврила дай! — Гаркнул я, когда мои партнёры уже две минуты перекатывали мяч друг другу, выполняя предматчевую установку.