Владислав Пестрецов – Записки трудника. О современной жизни Соловецкого монастыря (страница 9)

Когда преподобный Иов с опасением размышлял, истинное ли было это видение, последовало второе явление Пресвятой Богородицы с преподобным Елизаром, и Дух Божий, действуя устами и языком праведника, понудил его петь тропари, а в конце стихиру: «Днесь висит на древе…», которая заканчивается трижды торжественно повторяемыми словами: «Поклоняемся страстем Твоим Христе!» Тогда богоблаженный отец полностью уверовался в проявлении Божественного проявления. Вот так началось строительство этого таинственного скита. Это был 1712 год.

Думаю, что к сказанному экскурсоводом, люди отнесутся по-разному. Первые, – люди верующие и благочестивые возгласят: «Слава Господу и Матушке нашей Пресвятой Богородице!» Вторые, – люди-маловеры, так сказать «захожане» и «приезжане» церкви, подумают: «Ну, может быть, и не было такого, но место конечно святое, а монахи выбрали постройку церкви и скита, потому что это удобное место, рядом с озером, это гора – доминант всего острова, церковь отовсюду, издалека видна. Третьи, – люди неверующие скажут: «Хм. Красивая легенда».

Так вот, для второй и третьей категории людей можно дать маленькую справку: Описываемые события произошли в начале восемнадцатого века, когда география как наука еще была в зачаточном положении. С тех пор прошло три века, и только сейчас обнаружилось, что Голгофа Иерусалимская и Голгофа Анзерская находятся на одном меридиане – 36 градусов восточной долготы!!!

И еще, лично свидетельствую: – я любитель пеших прогулок, за почти два года нахождения на архипелаге исколесил все острова и озера, являюсь грибником со стажем. И нигде! Повторяю, нигде! Я не видел даже чего-то подобного на дерево-крест, выросшего в шаговой доступности от храма «Распятия Господня!» По оценкам специалистов этой березе – больше ста лет. Форма ветвей – уникальная и сверхъестественная. Господь и сегодня свидетельствует об истинности повествования о явлении Своей Пречистой Матери и Ее благословении на устройство Голгофо-Распятского скита!!!

Но я несколько отвлекся, наш путь продолжился, и мы вскоре оказались недалеко от цели нашего путешествия. Надо сказать, что Голгофский скит строился во образ Иерусалима: в поднебесье гора Голгофа, под горой деревянная церковь Воскресения Христова – Гроб Господень, а храм с крестом представляет собой поклонную гору. Здешний храм Воскресения Христова поставлен на месте явления Пресвятой Богородицы и преподобного Елеазара преподобному Иову. Посетив храм и часовню на месте обретения мощей священномученика Петра, замечаем, что гора покрыта крупными синими незабудками: так бывает каждый год ко дню явления Божией матери преподобному Иову, по преданию, они особенно пышно цветут там, где ступали стопочки Пресвятой Богородицы.

Наш путь наверх. Дорога пошла в гору и, по мере нашего приближения к скиту, становится все круче. Гора лесная, покрыта смешанным лесом. До вершины идет спирально дорога. И вот мы на вершине! Оглянулись – и что за прелесть! Кажется, любовался бы и любовался. Нельзя глаз отвести, все бы смотрел на чудный вид окрестностей острова. Он как-то сразу открывается перед нами как на ладони с его лесистыми мысами, далеко вдающимися в море, а вот и пролив, издали кажущийся совсем узким! А вот и озеро у подножия Голгофы. Вокруг острова безбрежная синь северного моря. Сразу вспоминаю, что знаю о Анзере: Это второй по величине остров Соловецкого архипелага. Его площадь – 47 квадратных километров. Анзер вытянут на 17 километров в длину, а наибольшая ширина – 6,5 километров. Здесь несколько природных зон. Есть тут и сосновый бор, много озер (а их – на минуточку – более шестидесяти), смешанные леса, тундровая растительность. На Анзере находится местный «Эверест» – высшая точка Соловецкого архипелага – гора Вербокольская (высота 88 метров). А мы сейчас находимся на высоте – 64 метра. Но довольно наслаждаться видами. Теперь идем в храм. Он парит над горой как белый голубок. Храм построен в 1830 году и отреставрирован в 2008 году.

Сразу обращает внимание на себя необычный иконостас. Он вместил в себя иконы, изображающие главные события Страстной Седмицы: «Вход Господень в Иерусалим», «Моления о чаше», «Поцелуй Иуды», «Приведение на суд к Пилату», «Поругание от римских воинов», «Несение креста», «Распятие» и «Воскресение». Наша паломническая группа совершает молебен преподобному Иову, и все мы прикладываемся к его честным мощам, которые поставлены справа на солее у храмового образа. Вспоминаются слова Господа: «Кто мне служит, Мне да последуют; и где Я, там и слуга мой будет» (Ин. 12:26). После церкви немного спускаемся, и в метрах двадцати видим чудо Божие – ту крестообразную березку!

Но, к сожалению, нам пора домой. Нас ожидает монастырский кораблик в Копальской губе, а это еще три километра. Усталые, но довольные, мы проходим этот путь минут за сорок. Садимся на местный флот и идем по морю назад к Варваринскому причалу. Как пролетели те два с половиной часа возвращения – я не помню, от усталости и впечатлений я принял в кубрике полу лежачее положение и быстро заснул. Мы возвратились уже вечером, но из-за белых ночей время суток почти неизменяемо. Около 10 вечера, а светит закатное солнце, очень светло.

И вот обратное пешее возвращение от причала к монастырю. Этот путь я прошел в вожделении вечернего чаепития, мысленно выбирая, что же лучше мне открыть к ужину – банку сайры в масле или тресковую икру. Увы, мне грешному чревоугоднику, даже после посещения такого святого места, меня одолевают такие земные помыслы…

Белые ночи – монастырь

Весь архипелаг погрузился на летние месяцы в волшебство белых ночей. Они как-то усиливают благодать, щедро разлитую здесь на Соловках, по милости Господней. Несколько столетий, почти половину тысячелетия эта земля, орошается мощами монахов – подвижников, лежащих здесь. Шестьсот лет, без малого, возносятся молитвы иноков, шестьсот лет не угасают лампады перед иконами, шестьсот лет возносится пламенный молитвенный столб к престолу Господа. И летняя, окрашенная закатом, золотая ночь усиливает понимание того, что мы в избранном Богом месте. Монастырь белыми ночами приобретает вид несокрушимой Божией цитадели. Купола многочисленных храмов горят на фоне северного, свинцового неба в лучах многочасового заката и в два часа ночи.

Высокие, крепкие стены кремля приобрели вид терракотового несокрушимого препятствия от всех темных сил, которые ежедневно множатся в нашем бренном мире. Но не по зубам наша твердыня этим супостатам. Господь бережет свою православную крепость. Мысленно, если мы вознесемся на высоту птичьего полета, мы увидем гиганский, вытянутый с севера на юг пятиугольник, напоминающий корабль, по его углам стоят как богатыри, круглые башни: вот Архангельская, Никольская, здесь Корожная и Прядильная, а там Белая. Крепостные стены и эти башни сложены из необработанных валунов, в изобилии встречающихся на Соловках. Будто какой-то исполин их выстроил играючи. Но нет, это результат титанического труда монахов и мирян, ведь некоторые валуны весят до 700 сот пудов, а это на минуточку – 11 тонная глыба. Можно вспомнить из прочитанного путеводителя, что эта крепость была построена в конце шестнадцатого века за 14 лет. Общая протяженность стен по внешней стороне составляет около 1200 метров, толщина основания пять – семь метров, а высота до семнадцати, а вместе с шатром, покрытым тесом до 30 метров. Вот такие цифры.

Именно сюда столетиями едут и едут паломники. Зов души привлекает сюда людей со всей нашей необъятной родины. Как стремятся со всего мира православные попасть на греческий Афон, так и со всей России стекаются на паломничество, сюда наши верующие, чтобы задуматься, помолиться, оставить свою лепту, потрудившись во Славу Бога.

Мы, трудники, живем в монастыре. Берем пример для себя в труде, молитве, образе жизни с насельников монастыря, дорогих нам батюшек, монахов, иноков и послушников. Пытаемся направить нашу истерзанную в миру жизнь в привычное русло. Живем мы в древнем иконописном корпусе, он еще дожидается реставрации, сохраняя свой пропитанный историей архитектурный облик. Да, конечно, стены кое-где разрушены, штукатурка на фасаде облупилась, стыдливо обнажая старинную кирпичную кладь. В полуметровых стенах здания, в оконных проемах, напоминающих бойницы, вставлены оконные рамы – это сталинское наследие, в этом здании был лагерный лазарет. Поднимаемся с уличного дворика по скрипучим деревянным ступеням, открываем тяжелые двойные двери из лиственницы, и вот мы уже в корпусе на первом этаже. Направо видим табличку: «Женщинам не благословляется», там, за дверью уже отреставрированный, после ремонта жилой блок здания.

Налево видим ветхий коридор с пятиметровыми потолками, по нему можно пройти к паспортному столу, кабинетам и хозяйственному складу, задрапированному большим количеством реек, досок, фанеры, прислоненных к стене коридора. Именно здесь я работал под началом отца Нестора, выполняя послушание кладовщика. Но наш путь не сюда. Поднимаемся по крутой, длинной, бетонной лестнице на второй уровень. Здесь находится трапезная для паломников трудников. Очень «вкусное» место. В холле, наверное я выбрал неправильное обозначение – оно как-то режет слух, лучше сказать – в углублении коридора – сложены дрова в аккуратные поленницы. Приготовление пищи, отопление у нас на дровах – печное.