Владислав Миронов – Обратное распространение (страница 3)
Использовать Суфлер в Издательстве не получится. Передающее устройство моментально обнаружит охрана на входе. Нужно незаметно убрать его из уха и оставить дома.
Не исключая вероятность слежки.
Агент вынул наушники, незаметно подцепив ногтем и Суфлер. Положил в ящик стола.
Все, теперь можно смело идти через любые детекторы. Наноботы для них невидимы: сделаны из какого-то специального материала (Агент даже не пытался запомнить название) и связаны только с нервной системой носителя, то есть во внешний мир ничего не излучают.
Агент лег спать в половине первого ночи.
Так поступил бы Объект.
«Правдоруб»
У входа в Издательство образовалась небольшая очередь сотрудников, готовящихся к проверке. Всю электронику следовало оставить перед рамкой детектора, в личной ячейке с клеткой Фарадея – такая предоставлялась каждому работнику.
Агент положил туда смартфон. За рамкой детектора в такой же ячейке его ждал рабочий коммуникатор – единственное мобильное устройство, разрешенное на территории офиса. Оно давало доступ к информационным ресурсам компании и внутрикорпоративному мессенджеру.
Агент захлопнул дверцу ячейки и запер ее отпечатком пальца Объекта.
Других личных устройств у него не было. Если не считать наноботов по всему телу.
Подходя к рамке, он немного занервничал. Широкие ворота внешне походили на старомодные металлодетекторы из донейросетевой эпохи. Но на этом сходство заканчивалось. За матовыми пластиковыми панелями скрывались секретные запатентованные технологии компании BrAInS. Ее логотип нависал над проходящими досмотр сотрудниками Издательства. Грозно, как надзиратель. Ниже виднелась расшифровка акронима:
Brave AI new Society
Это сотрудничество было давним: Издательство поставляло техногиганту контент для обучения нейросетей, а BrAInS в ответ делились самыми передовыми технологиями.
Человек впереди прошел внутрь здания, настала очередь Агента.
Инженеры Бюро с абсолютным спокойствием и слегка снисходительной улыбкой уверяли, что все пройдет гладко. Правда, как это часто бывает с умниками, они были излишне и даже опасно самоуверенны. Ведь очевидно, что специалисты BrAInS тоже не вчера родились. И, вероятно, настолько же убеждены в своем превосходстве над коллегами по цеху.
Теперь Агент стал подопытной крысой в этом противостоянии интеллектов. Правда, крысами обычно рисковать дешевле, чем полевыми агентами под прикрытием, подумал он. Хотя кто знает…
Широким шагом он миновал рамку. Ничего не произошло: не загорелись красные лампочки, не зазвенел звуковой сигнал, не дрогнул ни один мускул на лицах охранников. Кажется, все и правда в порядке. Один – ноль в пользу инженеров Бюро. Надо будет при случае занести им текилы.
Далее следовало подняться на тридцатый этаж.
Забрав корпоративный коммуникатор из клетки Фарадея, он зашел в лифт и нажал на кнопку. В кабине уже ждали другие сотрудники. Разношерстная публика. Менеджеры отдела продаж в элегантных костюмах стояли впритирку с молодыми креативщиками в шортах и шлепках. Ни те, ни другие не обратили на Агента никакого внимания. Удачно. Заменить человека с более плотными социальными связями без возможности использовать Суфлер было бы практически невозможно.
Агент вышел на тридцатом, вспоминая дальнейший маршрут. Налево до туалета, дальше по прямой. Минуем три прохода, на четвертом поворачиваем направо. Пятый компьютер – Объекта.
То есть твой. Ты теперь Объект.
Добравшись до рабочего места, он сел в эргономичное кресло и просмотрел рабочую инструкцию менеджера по качеству контента – младшей редакторской должности.
Инструкция представляла собой глянцевый буклет на пару десятков страниц. Настоящий буклет. Напечатанный в типографии. Казалось бы, излишество и пустой перевод древесины в эпоху цифровых технологий. Но это была не просто бумажка. Эта «библия» на каждом редакторском столе явно имела смысл. По всей видимости, корпоративная святыня должна была одним своим видом напоминать сотрудникам о незыблемости изложенных в ней правил и наставлений и внушать благоговейный ужас от одной мысли об их нарушении.
Большая часть буклета была посвящена описанию программы «Правдоруб» – основного инструмента редакторов.
«Правдоруб» умел делать все: исправлять орфографию, пунктуацию и стиль, выдавать редакторские комментарии и правки, проверять текст на плагиат и даже отличать контент, написанный человеком, от сгенерированного нейросетями.
На основе всех этих правок и проверок «Правдоруб» (также автоматически) решал, насколько контент хорош, и выдавал простой вердикт: брать в производство, отправить на доработку или выкинуть.
Особое внимание составители инструкции уделили вопросу использования нейросетей. «Категорически запрещено!» – гласила надпись в большой красной рамке. Издательство брало в производство исключительно человеческое творчество.
Отложив инструкцию, Агент перешел к изучению рабочих обязанностей Объекта.
Требовалось прогнать через «Правдоруб» несколько диалогов: проверить на плагиат, оценить уровень привлекательности для зрителей. Счетчик в углу экрана показывал количество открытых задач. Тридцать штук – есть чем заняться. Агент решил не терять времени и принялся за работу.
Диалоги были кошмарны. Сценаристы GrimFlayPlay не особо старались. Зато плагиатом тут и не пахло – такой бред никто бы не додумался копировать. Вот с уровнем привлекательности могли возникнуть серьезные проблемы.
Неважно. Работа есть работа. И делать ее нужно безукоризненно.
Так поступил бы Объект.
Агент открыл для проверки очередной диалог. Пробежал глазами. Это не входило в рабочие обязанности Объекта, хотя и не запрещалось – по инструкции следовало просто загрузить файл в «Правдоруб».
Зато это входило в рабочие обязанности Агента.
Содержание диалога было следующим:
«Ну, допустим», – подумал Агент и отправил файл «Правдорубу».
В ответ пришел вердикт: «Текст сгенерирован нейросетью четвертого поколения. Отказать в отправке в производство».
«Серьезно? – удивился Агент. – Кто-то поленился сам написать вот это?»
Под вердиктом появилась кнопка с надписью «Отказать и направить жалобу старшему редактору». Альтернатив не предлагалось. Агент задумался, что же должен сделать с этой жалобой старший редактор. Уволить сценариста, по всей видимости. Интересно, предложит ли система старшему редактору еще какие-либо варианты или также ограничится одной кнопкой?
Агент подтвердил отправку жалобы, как того требовала инструкция. На этом работа над диалогом завершилась. Счетчик в углу экрана педантично уменьшился на единицу. Открылось окно со следующей задачей. Снова прикрепленный файл, который можно не читая скормить «Правдорубу». Агент пробежал глазами и его. И все остальные тоже.
Последующие диалоги прошли проверку без проблем. Парочку «Правдоруб» отослал на доработку, сопроводив комментариями; остальные – одобрил для отправки в производство как есть. Агент совершенно не понимал критериев оценки. С его точки зрения, все эти тексты выглядели одинаково паршиво. «С другой стороны, – подумал он, – кто я такой, чтобы оценивать литературу?»
Справившись с текущими задачами Объекта, он перешел к своей основной работе. Открыл мессенджер и написал сообщение: «Привет, Клим. Я думал над твоими словами. Кажется, ты был прав про качество и все такое. Можем встретиться? Помоги мне, пожалуйста, освоиться. Очень бы пригодилась пара советов от опытного коллеги!»
Проверил логин получателя. Klio, почти как имя античной музы, хотя правильней было бы с буквой C в начале. Отправил.
Ответ пришел через пару минут. «Привет! Да, без проблем. Давай пообедаем завтра».
Агент приказал наноботам изобразить восторг, какой испытывают дети в новогоднюю ночь в предвкушении заветного подарка под елкой. Ощутив, как растянулись мышцы лица, он нажал на иконку отправки нейромоджи.
Так поступил бы Объект.
Камера компьютера считала эмоцию. Мессенджер сгенерировал забавного анимированного персонажа и отправил Климу.