Владислав Мацко – Некромаг. Возвращение (страница 37)

Так, что-то я отвлеклась, а в нашем нынешнем положении это опасно. Маркелиус умудрился придумать очередной безумный план, в котором запретил нам принимать хоть какое-то участие.

Мы отъехали шагов на семьдесят назад и оказались около места, где росли очень высокие деревья. Не знаю, что это за вид, никогда особо в них не разбиралась, но довольно толстые ветки у них начинались буквально в метре от земли. Некромаг заставил нас залезть на самый верх, чтобы мертвые нас не увидели и даже не учуяли запах. Отсюда, кстати, открывался завораживающий вид на окрестности. И не только на них, далеко-далеко за полем я даже умудрилась заметить стены какого-то крупного города.

Тихий мат невозмутимого обычно Тревона отразил его отношению к идее Маркела. Да и сложно это назвать вообще хоть каким-нибудь планом. Мы просто вернулись назад, он заставил нас забраться на деревья (больше всех ворчал Грегориус, которому пришлось ОЧЕНЬ сложно, возраст сказывается) и запретил вмешиваться.

Мне было хорошо видно, как он перешёл по другую сторону тропинки, отвел лошадок на двадцать шагов вглубь, где находилось небольшое ущелье, снял с них всю поклажу, чтобы те могли убежать «в случае непредвиденных обстоятельств», как выразился сам парень, снова вышел на тропинку и уселся на ней.

Ох, сама не заметила, как назвала двухтысячелетнего старика парнем. Ну никак он не ассоциировался с подобным возрастом, не пытался вечно ворчать, учить жизни, требовать к себе уважения исходя из количества прожитых лет. Наоборот, постоянно шутил и пошучивал над всеми, причем умудрялся делать так, чтобы никому из нас не было это обидно, рассказывал о своих похождениях так, будто это обычная сказка. Было иногда заметно, что он давно не передвигался в группе хоть с кем-нибудь, предпочитая одиночные марши, но подобные впечатления прошли через неделю после начала их пути.

Вместе с этим… Появилась какая-то непонятная уверенность (и я уверена, что не только у меня, взгляды Тревона и Грегора на Маркела явно изменились с тех пор, как мы начали наш путь, теперь они безоговорочно воспринимали его как самого опытного среди всех и, пусть и не без ворчания, слушали его и действовали исходя из слов некромага) в том, что парень (ну вот, опять!) всегда знает, что надо делать.

Вот и сейчас — после короткого изложения своей задумки со стороны нашего спутника мы, даже не обращая внимание на то, насколько безрассудным он был, беспрекословно полезли на эти чертовы деревья и уже минут пять болтаемся тут как белки. Фигура сидящего Маркелиуса излучала спокойствие и уверенность в своих силах, поэтому те зачатки паники, которые появились у меня в самом начале, исчезли без следа…

Твою налево, и что мне сейчас делать? Я засунул своих спутников на деревья так, что вряд ли личи сумеют их заметить, но дальше… На краю леса я сумел заметить трех личей, передвигающихся на неком подобии коней, их отряд состоял из пятидесяти скелетов, которые явно были весьма сильны, раз успевали за быстро перемещающимися личами.

Никакой возможности спрятаться у нас не было, магию применять нельзя — в таком случае мы на всю округу вывесим огромное красное полотно, которое заставит все отряды в радиусе пятидесяти километров (примерно на таком расстоянии лич, насколько я помнил, может воспринимать магический эманации) ринуться на нас. Поэтому придется все решать грубой физической силой, которой мои товарищи, к сожалению, не блещут. Даже наши проводники, которые служили в армии местных военачальников и весьма успешно воевали с мертвыми, ничего не смогли бы мне противопоставить.

Мне повезло, наглые и уверенные в своих силах бывшие повелители мертвых не изменили порядок движения при въезде в лес и двигались первыми, скелеты немного отстали из-за того, что им было слегка сложнее подниматься вверх по холму, чем немертвым лошадям.

При виде меня личи замедлились, тщательно осмотрели прилегающий лес, слегка задержав свои взгляды на проходе, через который прошли наши кони, после чего уставились на меня, явно опознав во мне своего сородича.

— Маркел? — совершенно внезапно скрипучим голосом произнес один из них.

Ух ты, неужели мне удалось встретить кого-то из старых знакомых? Я внимательно присмотрелся к остановившемуся личу, и, едва сумев скрыть удивление спросил:

— Динар?

— Именно так.

— Но этого не может быть! — Динар, один из немногих магов огня, с которыми я поддерживал общение, отличался (в то время, пока был жив, естественно) незлобливым характером и острым умом, но… Как маг мог стать личем!? Ведь это попросту невозможно! Я не особо напрягался из-за нашего пути до столицы только из-за того, что был свято уверен в том, что личей не наберется больше двадцати, ровно столько, сколько насчитывалось некромагов в Империи до начала войны!

— Ты многого не знаешь, Маркелиус. Пойдем с нами, мы беспрепятственно проведем тебя в Миртан.

— Но сразу нам необходимо уничтожить тех, кто следует с тобой. Я явно чувствую живых людей, — проскрежетал один из молчащих до этого спутников Динара.

— Да, мы тщательно охраняем тайну о своем количестве, поэтому я не могу допустить того, чтобы они покинули этот лес живыми, — поддержал мой старый приятель речь лича.

Задуматься что ли для приличия? Нет, каждая секунда промедления грозит тем, что скелеты настигнут своих предводителей, тогда мне придется намного сложнее. И бросать своих новоприобретенных товарищей я не собирался.

Я, показушно кряхтя, поднялся, выпрямился, отметил для себя, что скелеты уже совсем близко и резко прыгнул вперед, одновременно вынимая меч из ножен. Динар сумел отреагировать и парировал мой удар. Не отвлекаясь на попытки вновь достать мечом, я оттолкнулся ногами от его коня, мгновенно оказался около лича, который располагался справа, и размашистым ударом меча снес ему голову.

Динар только-только начал разворачиваться, но оставшийся в живых (если так можно сказать про давно погибшего человека) лич оказался проворнее своего погибшего собрата. Он уже выскользнул из седла, достал длинный двуручник и начал приближаться ко мне.

Что ж, прости, Динар, но ты следующий — два стремительных шага, после которых я оказался прикрыт от приближающегося ко мне лича, привели меня к начинающему выскальзывать из седла бывшему магу, после чего я вонзил меч ему в подмышку и рванул вверх, рассекая ключицу и располовинивая его голову.

Резкое чувство опасности заставило меня подскочить на месте метра на два в высоту, благодаря чему удар самого шустрого скелета ушёл в молоко. С ногами запрыгнув на седло скакуна вновь погибшего Динара я увидел, куда отошёл лич, которого я решил оставить напоследок, после чего мягко спрыгнул и оказался в трех шагах от него. Прыгать сразу на такого шустрого воина я не рискнул, кто знает, вдруг он намного быстрее, чем я сразу подумал.

Он шустро дернулся в мою сторону, я мысленно погладил себя по голове за подобную предусмотрительность, увернулся от одного удара, второго, поднырнул под третий, резким взмахом меча отрубил ему левую руку и, слегка скорректировав полет меча, срезал голову.

Острая боль пронзила правую ногу, едва не заставив меня упасть и уронить меч. Три шага вперед, обернуться, парировать очередной удар скелета, ещё один, отскочить от третьего… Слишком он быстр, неужели мне повезло наткнуться на погибшего мастера меча? Блин, мне необходимо буквально две-три секунды для того, чтобы суметь перехватить управление над скелетами после уничтожения личей, но до неприличия шустрый костяк не собирался давать мне столько времени.

Минуту, целые шестьдесят секунд я лишь уворачивался от его ударов, даже не пытаясь атаковать сам, поскольку на это попросту не хватало времени! На несколько мгновений мы остановились под деревом, на котором сидел Намил и тот меня не подвел, меч никогда не был отличным вариантом для метания во врага, но тут… Все, что необходимо было сделать проводнику — с силой метнуть его лезвием вниз, моля всех богов, чтобы клинок не задел ни одной ветки, которые могли изменить траекторию его полета.

То ли боги были сегодня на нашей стороне, то ли Намил оказался уж очень везучим парнем, но меч по самую рукоятку вошёл в голову скелету, после чего свечение в его глазницах потухло и его кости бесформенной грядой опали на землю.

Да, ближайшие немертвые воины были шагах в двадцати от меня, я успею! Сосредоточившись на своих ощущениях я вышел в астрал. Не удивляйтесь, мы тоже можем это делать, не только обычные шаманы. Весь вопрос заключается в том, что каждый маг видит это место по своему.

Обычный маг сможет наблюдать буйство родной ему стихии, шаман — мириады снующих по миру духов, как самых мелких, так и отдельных экземпляров, чей рост превышает сотни метров. А некромаги… Мы можем видеть неприкаянные души тех, кто до сих пор не определился с тем, в какой мир должен попасть. Приверженцы различных богов, которые умерли тихо и мирно, пропадают с места своей смерти практически мгновенно — ни одно божество не потерпит уменьшение своей паствы. Слегка тяжелее с теми, кто погиб во время битвы — они могут сутками бездумно бродить вокруг места гибели, не понимая, что же произошло.

Мне всегда было жаль тех, кого отвергли все боги. Нет, это не обычные атеисты, поскольку даже за них, иногда, в астрале можно заметить сумасшедшую битву богов. Это те, чья жизнь была абсолютно серой и пустой, не наполненной смыслом. Они провели её в одиночестве, не оставив после себя тех, кто бы помнил о них, переживал их о их смерти, молился о посмертии. Подобные души могли десятилетиями носиться по миру, постепенно зверея от невозможности покинуть его. Со временем они сходили с ума, что придавало им силы (не спрашивайте даже, я сам без понятия, как такое может быть. Мы с отцом как-то спорили, что это сам Хаос начинал питать их своим могуществом, а потом и забирал к себе), после чего они начинали пакостить людям. Продолжалось это, обычно, до первого более-менее умного мага, который понимал, с чем столкнулся и с легкостью уничтожал блудную душу.