Владислав Конюшевский – Боевой 1918 год 2 (страница 16)

К месту падения, немедленно побежала большая толпа, так что пришлось вмешаться:

— Куда нах!? Он же рвануть может! Журбин, давай десяток своих туда. Посмотрите, не горит ли что? Если не горит, то летунов сюда с документами и машинку снимите! Да! И патроны не забудьте!

А потом, повернувшись к Буденному, с нескрываемым самодовольством пояснил:

— Ну где-то вот так я и добываю пулеметы с боеприпасами.

Тот довольно разглаживая ус, кивнул:

— Дык, я уже понЯл. Кстати, не поделишься от щедрот? А то у нас всего пара «максимов» была и к тем патроны уже через пять дней вышли. Я их с обозом да раненными отправил, чтобы лишнего не таскать…

Я кивнул:

— Само собой. Правда там скорее всего MG с воздушным охлаждением, но вам даже сподручнее будет так как он гораздо легче.

А минут через пять пока мы переговаривались, притащили летчиков. Точнее наблюдателя, так как пилот был убит еще в воздухе. Да и притащенный здоровьем не отличался. Мало того, что еще в воздухе получил пулю в бок так еще и при аварии переломал себе ноги. Но после укола морфия, говорить он был вполне в состоянии и поведал нам нерадостные вести.

Оказывается, что артиллерия и уланы ушли в погоню за буденновским обозом. Посчитав его за основные силы. И к вечеру вчерашнего дня, буденновцев перебили. Практически всех. А раненных просто повыкидывали с телег, оставив в степи. Все это наблюдатель узнал на сегодняшнем утреннем совещании. Добавив при этом что кое-кого из казаков захватили в плен и, они рассказали, что основные силы находятся в стороне. Эти основные силы пилоты нашли сегодня с утра, а затем, при помощи тубуса с донесением навели на них драгун. При этом немецкое начальство посчитало, что драгуны должны достаточно легко разбить и рассеять оставшихся буденновцев. Даже невзирая на то, что попавший в промоину броневик сломался и не мог участвовать в бою. А сейчас, летунов послали с заданием посмотреть, как там обстоят дела.

Узнав о подобном отношении к раненым, Семен озверел и собрался порубать к чертям всех пленных. Его казачки, тоже схватились за шашки. Пришлось вмешаться и мне и комиссару. Немного охолонул он только тогда, когда я сказал:

— Чего ты тут икру мечешь? Летун на карте хоть и приблизительно, но показал место где твоих бойцов оставили. Это километров сорок отсюда. Если двинем форсированным маршем, то к ночи дойдем до места. А там уже искать их начнем. Глядишь, кого и удастся спасти.

Казаки воодушевились:

— Да мы сейчас сами, аллюром…

Я цыкнул зубом:

— Хренюром! Если пойдем по частям и нарвемся на фрицев, они нас по частям и раскатают. Так что двигаться станем все вместе!

— А пленные?

Махнув рукой, ответил:

— И чего — «пленные». Свяжем их до бросим как есть.

Буденный набычился:

— Свяжем? Просто свяжем?! После того, как они с моими хлопцами поступили? — но потом внезапно его лицо разгладилось, и он улыбнулся акульей улыбкой — Будь по сему! Только вязать станем, как Шамиль вязал!

Мне был совершенно пофиг каким способом буденновцы станут связывать пленных, и я лишь отмахнулся, давая добро, а сам начал ставить задачу своей разведке. И лишь когда со стороны немцев стали доноситься разноголосые вопли, пошел посмотреть, что же там делается. От увиденного — охренел. В общем так скажу — при Шамилевском способе фиксации, веревки не нужны совершенно. У казаков были кинжалы. В ножнах этих кинжалов, в специальном кармашке находился небольшой разделочный ножичек. Размером чуть больше ладони. Вот эти ножи они и втыкали в ступни фрицев. И главное, все так быстро происходило, что когда я до них дошел, полсотни пленных валялись на земле завывая на разные голоса а чубатые уже рассаживались на коней. Довольно улыбающийся Семен, пояснил:

— Горцы, исстари, так наших самых буйных пленных пользовали. Тех, кто даже из зиндана тикать норовил. Человек и не помрет, зато и ходить вообще не может. Так шо нехай германцы до своих, теперь на карачках ползут. А потом еще лечатся, месяца три. Ну шо, товарищ Чур, уважил я твою тонкую натуру?

Надув щеки и с шумом выпустив воздух, я подытожил:

— Опизденеть, как уважил… Ладно — пес с ними. Наплевать и забыть! У нас еще дел море. И я сильно надеюсь, что у немчуры тут лишь один самолет. Но один хрен, во время марша, каски не снимать! Все поняли?

Строй ответил согласным гудением и уже очень скоро, морпехи с буденновцами, единым организмом, выкидывая щупальца дозоров, бодрым темпом двинули на северо-восток.

Глава 5

На первые трупы, мы наткнулись уже впотьмах. Вернее, наткнулся один из разъездов. Ну а я, распорядившись достать керосиновые лампы, приказал обыскивать округу. Ламп у нас было штук двадцать поэтому вскоре степь перед нами вся была в огнях. Ходили, смотрели, кричали. Кричали на тот случай чтобы раненные хоть как-то подали голос. Буденный же, увидев у меня лампы в очередной раз удивился:

— Эвона как… Теперича я даже не удивлюсь, ежели у тебя и примусы окажутся…

Мне эти стенания бедного родственника поднадоели, поэтому и ответил соответственно:

— Само собой есть. И керосина, литров сто. Сам знаешь — в степи с дровами напряги, поэтому часто готовим на примусах.

Собеседник удивился:

— Не понял… На складах что ль получил? А нам там токмо кухни полевые всучить пытались…

Я хмыкнул:

— На складах мне тоже кухню втюхивали. А примуса… какие купили на отрядные деньги. Какие затрофеили у немцев. Керосин, так тот весь у фрицев умыкнули. Со всем остальным барахлом и снаряжением — так же. Ты же Сём, как не казак. В тылу у противника, находясь в рейде, нифига толкового не набрали. Ни патронов, ни оружия, ни ништяков. Видал я у твоих — то отрез ткани к седлу приторочен, то рулон кожи с дивана. А у одного так и вообще — мешок с походным офицерским немецким набором. Вот на хрена ему та же соусница нужна?

Буденный, в сердцах махнул рукой:

— Да знаю я. Просто не везло. Как-то так постоянно выходило, что у нас никаких трофеев взять толком не получалось. Токмо патроны тратили, да людей теряли. Ну и немчуру, само-собой, хорошо изничтожали. Что же касаемо ткани… Это тебе хорошо. У тебя матросики. Народ грамотный и понимающий. У меня тоже люди — золото, но ведь почти все из вчерашних батраков. Для него этот отрез бархата — богатство несусветное. Парень за него невесту себе выкупить сможет…

Удивившись, ответил:

— Не знал, что среди казаков настолько бедные есть…

Семен невесело хмыкнул:

— Казаков, из бедноты, у меня, хорошо ежели треть наберется. А остальные так же как и я — из иногородних…

— Да ну! Ты ж вроде из станицы? Да и рубака лихой. Полный Георгиевский бант имеешь. У меня и сомнений не было, что с казачьими корнями.

Усач фыркнул:

— Крестьянские у меня корни. Но вырос-то в станице, поэтому с казачками сблизился. Я их понимаю, они меня понимают. Сам себя казаком ощущаю. М-да… И ишшо понимаю, что покеда старшИну нынешнюю не разгоним да хребет сословным различиям промеж казаков и иногородних не заломаем, замириться у нас с ними не получится. Они ж за свои земли да льготы, зубами грызть станут…

В этот момент нас прервали и подскочивший казак (или, как выяснилось в свете последних сведений, может и не казак) позвал нас посмотреть на найденное.

Там уже стояли трое с лампами, поэтому был хорошо виден неровный ряд лежащих на земле людей. Человек десять. Буденный, спрыгнув с лошади походил, наклоняясь то к одному то к другому а потом, вернувшись, зло бросил:

— Вот так-то оно, паря… Энти казачки, сдались на милость победителя. А их попытали, сведения выбивая, да расстреляли. А мы тем сволочам, что у нас в руках были, лишь шкурку попортили!! Не-е-е Чур, ты как знаешь, а я теперича, токмо рубать стану. Негоже врагу милосердствовать, покуда он пленных штыками добивает. Негоже… Око за око, зуб за зуб!

Я лишь кивнул, понимая правоту командира Революционного конного отряда. Понимая, но не особо принимая. С другой стороны, может просто еще не настолько ожесточился, чтобы отдавать приказ резать пленных? Хотя, если приспичит… Ну да, вспоминая наших партизан в Великую Отечественную, подумалось, что основная масса народа, в мои времена, просто не задумывалось как там дело обстояло. Немцы (так же, как и сейчас) объявили их бандитами и вешали всех пойманных бойцов. Пытали и вешали. А как поступали партизаны с пленными? Вот, если просто подумать? Могу даже предложить варианты. Первый — допрашивали и расстреливали. Второй — допрашивали и помещали в отрядный передвижной лагерь военнопленных (разумеется, с соблюдением всех норм требований Красного Креста), таская их с собой пару лет, до соединения с Красной Армией. Третий — допрашивали и отправляли самолетами на Большую землю (хотя, надо сказать, что такие случаи с особо ценными «языками» и случались). Ну и четвертый — просто отпускали, по-отечески отшлепав.

И каков будет ответ? Вот так-то… Поэтому, пленных стрелять я хоть и не буду, но казачий способ «связывания», можно применять весьма широко. Хуже от этого точно не станет. Один хрен, при поимке нас повесят (кстати, эту тонкость надо обязательно довести до бойцов) а вот что касается войск на линии противостояния, то там будут действовать обычные правила ведения войны, и фрицы их не рискнут нарушать. Не потому, что настолько законопослушные, а потому что раненый или покалеченный военнопленный — это всегда гораздо больший геморрой чем здоровый сдавшийся боец.