Владислав Колмаков – Стрелок из-за кромки. (страница 26)

Однако, эти мои планы пошли псу под хвост из-за того, что в Российской империи по существующему законодательству крепостными крестьянами могли владеть только дворяне, являющиеся еще и российскими гражданами. То есть иностранец и не дворянин не мог официально купить крестьян у какого-нибудь русского помещика и вывести их потом за границу. И тут я чуть было не отчаялся. Российская бюрократия была непробиваемой биомассой. Низ-з-зя!!! И все тут! Но умные люди мне подсказали выход из этого трудного положения. Пока в мире существуют законы. То всегда находятся люди, которые эти законы научились совершенно легально обходить. И при этом эти хитрецы все делают так, что формально то к ним никак не подкопаешься и не обвинишь в нарушениях законодательства. И такими людьми в Российской империи были…армяне. Та-дам! Да, самые настоящие армяне, которые имели дворянские титулы и вовсю этим пользовались. Приобретая крепостных крестьян у русских помещиков, а потом продавая их уже на Ближний Восток в Турцию и Персию только как обычных рабов.

Я когда узнал об этом, то очень долго матерился сначала. А потом спешно выехал в Османскую империю. Где и купил на рабовладельческих рынках блистательной Порты своих соотечественников. Тех самых русских, украинских и белорусских крепостных крестьян, которых из России туда и привозили хитропопые армяне. И мне тех славянских парней и девушек турки продали без всяких проволочек и препонов. Любой каприз за ваши деньги. И звали приезжать еще. Кстати, я заметил одну любопытную деталь. Турки откровенно лебезили перед европейцами и американцами. А вот русских ненавидели и ни в грош не ставили. И то что я теперь был гражданином САСШ для турецких рабовладельцев значило много. В их глазах я был существом высшего порядка. И они передо мною лебезили и унижались. А вот на подданных Российской империи они смотрели с презрением. Конечно, мне было неприятно наблюдать эту неприглядную картину.

Но я стиснул свою волю в кулак и просто выкупил сотню русских крестьянских парней и сотню девок из рабских загонов османов. После чего на корабле мы приплыли в Нью-Йорк. Там был сформирован наш общий переселенческий караван, в который вошли мои гвардейцы во главе с Винсентом Фальгором, освобожденные мною бывшие крепостные крестьяне и специалисты из Голландии и Италии. Все мужчины в этом караване были хорошо экипированы и вооружены новенькими револьверами, винтовками и карабинами системы «Кольта-Сноу». Мы же не на пикник ехали, а на Дикий Запад. Где невооруженным людям просто делать нечего.

Кстати, я же не зря выкупил из турецкого рабства не только крестьянских парней, но и девушек. Мне сообщили, что в Калифорнии довольно мало женщин сейчас имеется. Там очень большой гендерный перекос в данный момент существует. Мужчин там пока гораздо больше среди белых переселенцев, чем белых женщин. И для тех же русских мужчин, проживавших ранее в русской колонии Форт Росс – это стало огромной проблемой. Не хватало там русских женщин на всех мужиков. Поэтому многие русские там стали жениться на индианках от безысходности. Часто даже воруя их у индейцев. В общем, я поэтому сразу и озаботился решением этой щекотливой проблемы. И купил вместе с молодыми парнями, таких же молодых девчонок. Которые и стали в последствии их женами в Китежленде. Поэтому в Калифорнию со мной уже ехали семейные пары, которым я потом выделял земельные участки, семена, инструменты, сельхозинвентарь и скот для ведения хозяйства. И новое оружие у тех крестьян тоже оставалось в собственности. Я не сторонник мании российских властей по их маниакальному желанию разоружать свой народ. И удержании русских людей в нищете и бесправии. А наоборот считаю, что свободные люди должны иметь возможность себя защищать с оружием в руках. Мне тут на моих землях рабы не нужны. Я буду создавать свой русский мир. Гордый, богатый, смелый и свободный.

Наш довольно большой переселенческий караван из ста тридцати фургонов проследовал по тропе Санта-Фе из штата Канзас, через Колорадо до штата Нью-Мексико. Там мы немного передохнули. После чего совершили бросок через Аризону до Калифорнии. При этом мы какое-то время двигались через территорию индейцев-команчей, которую местные жители называли команчерией или империей команчей. Там проживал довольно крупный союз индейских племен, с которыми нам пришлось немного повоевать в дороге. Команчи же сейчас в середине девятнадцатого века находятся на пике своего могущества. Они смогли скооперироваться и подчинить себе еще несколько соседних племен индейцев. И теперь индейские воины из этой команчерии доставляют соседям очень большие проблемы. Команчи могут совершать внезапные грабительские рейды на очень приличное расстояние. И для штата Аризона они были очень большой проблемой. Эти кровожадные индейцы здесь держали в страхе всю округу.

И неудивительно, что они навелись на наш огромный караван, который медленно двигался рядом с их территорией. И захотели его ограбить. Но тут их ждал очень большой сюрприз. С магазинными винтовками и карабинами, которые могут выстреливать большое количество пуль за короткое время, эти индейцы еще не встречались. Поэтому и отгребли большую кучу горячих и шипастых огурцов в задний проход, которые мы им туда насовали со всей пролетарской яростью. Получив такой жесткий отпор от кучи вооруженных до зубов белых людей, команчи предпочли отстать от такой агрессивной добычи. И мы благополучно оттуда ушли, понеся при этом незначительные потери. Все же такая огневая мощь как у нас многое решает на поле боя. Особенно, если у твоих противников нет нормального современного оружия. Да, что там говорить? Если многие команчи, что на нас пытались нападать в тот раз, были вооружены копьями и луками. А огнестрельного оружия у них имелось не очень много. И большая его часть была допотопным гладкоствольным старьем, заряжаемым с дула. И вот когда наш караван, наконец-то, достиг пределов моих новых владений. Я смог вздохнуть свободно. Я это сделал. Первый пункт моего грандиозного плана по созданию крупного и сильного русского анклава в Калифорнии был выполнен. До места я добрался и довел сюда всех этих людей. А теперь мы вместе будем строить здесь светлое будущее в нашем Китежленде.

Глава 19

Глава 19.

Развитие.

Я метался по периметру своего личного кабинета, чутко прислушиваясь к женским крикам, раздающимся из соседней комнаты. Вот не могу я так просто сидеть на месте, когда моя любимая женщина там сейчас терпит такие муки. Наконец, крики за стеной прекратились. Я тревожно замер на месте, прислушиваясь к тому, что происходит там. Внезапно, послышался приглушенный стеной крик младенца. Что? Кто? Мои сумбурные переживания прервало внезапное появление довольного как слон доктора Ганса Крамера, вышедшего из соседней комнаты.

– Доктор, что с ней? – метнулся я к врачу. – Как все прошло? Она жива?

– Успокойтесь, гер Сноу, с вашей супругой и ее ребенком все в порядке! – с ощутимым акцентом ответил доктор Крамер, глядя на меня. – Ваша супруга молодец! Ей было трудно, но она справилась!

– А кто? – начал спрашивать я, ощутимо обрадовавшись, что все уже благополучно завершилось.

– Мальчик, гер Сноу, у вас родился здоровый и крепкий наследник! – усмехнулся в усы доктор Крамер, правильно поняв мой вопрос.

Я облегченно выдохнул и признательно кивнул доктору. Кстати, о докторе. Этого немецкого доктора я завербовал в Сан-Франциско. Дела там у него шли не очень хорошо. Не выдержал гер Крамер не самой честной конкуренции от своих калифорнийских коллег. И ему грозило банкротство. Доктором то Ганс Крамер был отличным. Квалифицированным. В Германии хорошо докторов обучают. А вот вести дела этот прекрасный доктор совсем не умел. Потому и понаделал кучу долгов, по которым не смог расплатиться. Но я его спас от долговой тюрьмы. Выплатил все долги Ганса Крамера и предложил ему поработать на меня в Китежленде. И этот немец с радостью согласился. Ведь в том же Сан-Франциско его ничего хорошего не ждало. Конкуренты ведь не успокоились и по-любому стали бы пакостить доброму доктору. Поэтому Ганс Крамер принял мое предложение и не прогадал. Платил я ему за его услуги очень прилично. Кроме этого немецкому доктору выделили отдельный дом для проживания. И еще я построил для него небольшую клинику, где можно было принимать и лечить пациентов. Что гер Крамер с удовольствием и делал. Кроме этого у него появилось несколько достойных учеников. Это я настоял. Хотел, чтобы этот немец передавал свои знания и врачебный опыт молодым врачам. Я по вопросу медицины не хотел зависеть ни от кого другого. В Китежленде должны быть свои врачи. Я так решил. Кстати, мы в этом году, благодаря доктору Крамеру, еще и вакцинацию от оспы провели для всех жителей Китежленда. Мне тут понарассказали ужасы про эту страшную болезнь, которая здесь свирепствовала десять лет назад. И выкосила в Калифорнии немало народу. В общем, теперь нам эпидемии оспы бояться не стоит.

Я невольно начал вспоминать все, что предшествовало этому счастливому для меня моменту. Рождению моего сына. С моего прибытия в Калифорнию прошел уже целый год. И за это время здесь в Китежленде многое случилось. Во-первых я женился. В жизни всех нормальных мужчин встречались женщины, которые сразу же цепляли вас за живое. И хотя за то время, что я жил в этом мире девятнадцатого века, я повидал довольно много красавиц и просто симпатичных молодых девиц. Однако, не одна из них меня так не зацепила. Может быть это была та самая пресловутая любовь с первого взгляда или просто приступ бурной страсти? Не знаю. Но я точно понял, что хочу обладать этой девушкой больше всего на свете. Хочу чтобы она стала только моей. Мужики, в общем, меня поймут.