Владислав Колмаков – Битва за Британию (страница 34)

Что делать? Оглядываюсь по сторонам. Молодые рвутся в бой, предлагая снова потрепать отходящие назад бомбардировщики врага. Но я им резонно возражаю. Эти немцы свои бомбы уже скинули и для Портсмута они больше не опасны. А вон та группа немецких бомберов все еще летит в сторону города с подвешенными авиабомбами. Эти если долетят до цели, то много бед наделают. Вот их мы и будем долбить.

Вторую кучку немецких бомбардировщиков нам тоже удалось закошмарить до истерической икоты. Я завалил еще один «Юнкерс», расстреляв весь боезапас до последней железки. Другой бомбер поджег Колин Грей, но добить его не смог. Тоже патроны кончились. Поэтому этот «Юнкерс» добивали наши новички. И они его таки сбили совместными усилиями. Также истратив весь боезапас на это дело. Восторгов было выше крыши. Кроме этого, еще два «Юнкерса» получили повреждения. Не сильные. Но всего этого хватило, чтобы пилоты германских бомбовозов начали сбрасывать свои бомбы, так и не дойдя до города. Уф! План-минимум мы выполнили. Часть бомбардировщиков противника до Портсмута сегодня не дошла. Правда, другие смогли все же по нему отбомбиться. Но мы сделали все, что в наших силах. И не наша вина, что у нас не хватило патронов на все нацистские самолеты. Боезапас у «Спитфайра» не резиновый. Это вам не голливудское кино. Увы, но в реале боеприпасы очень быстро заканчиваются. А наши новички были очень довольны этим уроком. О чем мне и сообщили при приземлении.

Глава 15

Танцы в небе

Ночью немцы опять летали и пытались бомбить Британию. На нашей авиабазе тоже всю ночь ревели моторы. «Дифайэнты» 264-й эскадрильи летали на перехват. Как ночные истребители они тоже были не очень хороши. Но по крайней мере, не несли таких больших потерь как днем. А утром 26 августа 1940 года по Манстону стал гулять слух, что британские бомбардировщики этой ночью нанесли удар возмездия по немецкой столице. И это был первый авиационный налет на Берлин бомбардировщиков Великобритании. Потом подробности этого налета стали известны. Оказывается, особых жертв и разрушений англичане жителям Берлина нанести не смогли. Но психологический эффект от этой бомбардировки был огромным. Ведь Гитлер и Геринг обещали немцам, что ни одна вражеская бомба на столицу Германии не упадет. И когда это случилось, то многие немцы почувствовали себя обманутыми. И поняли, что легкой эта война не будет. Но сделать уже ничего было нельзя. Вторая мировая война набирала темп. И немецкий народ, зараженный вирусом нацизма, уверенно шел прямиком к своему катастрофическому моменту вечности.

Ранним утром 26 августа люфтваффе налетов не устраивали. Только выслали несколько самолетов-разведчиков в районы Кента и Сассекса. Но нас на их перехват не гоняли. Литхэрт, сидевший на КП и внимательно слушавший эфир, мне и рассказал об этих германских разведчиках.

– Эти «джерри» что-то нам готовят, – многозначительно заявил наш комэск. – Я не удивлюсь, если они и сегодня опять прилетят в большом количестве.

– И не один раз! – тут же согласился я с Литхэртом.

В общем, уже с утра мы все были на взводе. Готовились и ждали вылета. И дождались. В 11 часов 35 минут большая группа вражеских самолетов пересекла британское побережье. Нашу эскадрилью подняли по тревоге и отправили в сторону Кенли. Эту авиабазу, расположенную к югу от Лондона, немцы почему-то особенно не любили. И бомбили ее при каждом удобном случае. Вот и теперь вражеская воздушная армада уверенно двигалась в сторону Лондона. И аэродром Кенли оказался как раз на ее пути. На нем сейчас базировалась 616-я эскадрилья. И по какой-то причине ее «Спитфайры» начали взлетать слишком поздно. А противник подошел уже очень близко. Поэтому взлетевшие с Кенли британские истребители не успели набрать высоту, как были атакованы немецкими Bf-109. Англичане, застигнутые врасплох, понесли большие потери. Семь «Спитфайров» было сбито. А оставшихся немцы гоняли превосходящими силами.

Когда наша 54-я эскадрилья подошла к месту воздушного боя, то нам открылась печальная картина. Авиабаза Кенли горела. Вражеские бомбардировщики деловито и безбоязненно заходили на цель и сбрасывали свои авиабомбы. По ним к этому моменту даже аэродромные зенитки не стреляли. Видимо, уже кончились. На земле в разных местах догорали костры нескольких самолетов. Уже позднее мы узнали, что это были останки тех семи «Спитфайров», которых немцы успели сбить к этому моменту. Фашисты же пока не потеряли ни одного самолета. Пяти оставшимся «Спитфайрам» 616-й эскадрильи приходилось очень туго. Их сейчас по небу гоняли сразу двадцать четыре «Мессершмитта Bf-109Е». Пока британцам удавалось уходить от вражеских атак. Но об атаке на немецкие бомбардировщики с их стороны даже и речи не шло. Литхэрт, увидев все это безобразие, решил атаковать истребители противника. Надо было спасать остатки 616-й эскадрильи. Тем более что ее пилоты звали на помощь очень громко. Почти истерично.

Отдаю инициативу нашему командиру эскадрильи. А сам веду группу повыше. Это уже стало традицией. И никого из моих британских сослуживцев не удивляет, что я в начале боя всегда стараюсь забраться повыше. Главное – я приношу результат. И сбиваю самолеты противника. Больше всех сбиваю. На моем счету уже тридцать три сбитых немца. И это только в небе над Британией. Ни один британский пилот пока такого результата не достиг. Кроме меня. Поэтому Литхэрт и дал мне полную свободу действий во время воздушных боев. И особо мною и моей группой не командует. Он у нас является ярким образчиком «командира умного», который не боится здравой инициативы своих подчиненных. И прекрасно понимает, что может своими приказами только мне помешать. Умный он мужик, однако. Повезло нам с командиром. А то мне за время службы такие альтернативно одаренные командиры встречались, что невольно вспоминалась армейская поговорка про «армию», «оборону» и «дубы». Пока я приношу результат, наш командир меня не трогает особо. Признавая мое боевое мастерство, опыт и право действовать, как я хочу.

Немцы заметили группу Литхэрта, и часть «Мессершмиттов Bf-109» ринулись на перехват. В нашу сторону тоже летят шесть штук. Эти были повыше и сейчас спешат к нам. А я с ними лоб в лоб не собираюсь биться. Я не рыцарь. Не люблю действовать прямолинейно. Честные и смелые летчики-истребители долго не живут. Резво ухожу на вертикаль. Поиграем? Немчура тоже хочет играть. Тоже вверх тянут. Так, чтобы перехватить меня метров через шестьсот. Ну уж нет! Ухожу с вертикали на правый вираж. Оглядываюсь. Немцы приняли правила игры и синхронно разворачиваются в мою сторону. Какое-то время кружимся на вираже. Потом приказываю паре наших новичков уйти в сторону. Двое немцев уходят за ними, а остальные за мной. Отлично. Отдаю команду Колину Грею, чтобы приготовился. А сейчас, господа арийцы, вас ждет сюрприз. Оче-е-ень резкий боевой разворот! Уф! Аж в глазах потемнело от перегрузки. Но это того стоило. Немцы от меня такой подлянки не ожидали. Я же все это время от них только убегал. И вдруг внезапно вот так решился на атаку. Правда, головной «мессер» все же попытался дернуться, поднять нос и парировать мой маневр. Вот только он на такой скорости не успевает этого сделать. А я могу. И делаю. Пушки и пулеметы со ста метров отрабатывают на отлично. Кучно легло! Этому хватит. «Сто девятый», только что получивший от меня «пламенный привет», резко уходит вниз в сполохах пламени и клубах дыма. Один готов!

Остальные немецкие истребители проскакивают мимо, не успев никак на это отреагировать. Колин их обстрелять тоже не успевает. Слишком быстро мы проносимся мимо них. Так, теперь разворачиваемся влево. И на вираже встречаем пару наших новичков. А вы что думали, я их просто так в сторону отослал и забыл? А вот и нет. Это был мой коварный план. И трезвый расчет. И сейчас я пролетаю на сходящихся курсах мимо «Спитфайров» Дэна Райса и Гарри Сторма. И отрабатываю из всех стволов по тем двум «мессерам», которые преследовали наших новичков. Есть контакт! Головной «сто девятый», получив несколько попаданий, проскакивает мимо. По второму «Эмилю» успевает отстреляться мой ведомый. Нет, не попал! Эх, мазила! Бывает. От такого никто не застрахован. Да еще и на таких скоростях.

Пролетев вперед, быстро оглядываюсь по сторонам. Что тут у нас? Подстреленный мною «мессер», дымя мотором, пытается уйти в пикирование. А четыре целых немца отваливают в сторону и бодренько так удирают подальше от нас. В их действиях я не наблюдаю решимости драться. Уж слишком они испуганно прыснули в разные стороны. И об атаке даже не помышляют. Какие-то они робкие стали. Вот так резко. Странно это! Но подранка надо добивать. А то еще уйдет обратно на свой аэродром. Он пока еще летит. Хотя и с дымом из-под капота. Переворачиваю свой «Спитфайр» на крыло и ныряю вниз за подранком. Немец уже далеко успел уйти, но я включаю форсаж и начинаю его догонять. При этом следую не прямо за ним, а по более пологой дуге. Чтобы выйти ему наперерез, когда он станет выходить из пикирования. Вот примерно так! Не долетев до земли метров сто, немец выводит свой покалеченный истребитель из пикирования. А тут немного позади и выше уже жду я. Беру упреждение и нажимаю на гашетки. Есть контакт! «Сто девятый» сам влетает в трассы моих очередей. Левое крыло немецкого истребителя не выдерживает такого издевательства и отлетает в сторону, перебитое посередине пушечными попаданиями. «Мессершмитт» резко переворачивается и на полной скорости врезается в землю. Море огня! Второй готов!