Владислав Колмаков – Битва за Британию (страница 33)

Но мы пока торопиться не будем. Подождем поклевки. А вот и она. Пара «мессеров» выскакивает наверх и начинает разворачиваться для атаки на «Спитфайры», мельтешащие внизу. Нас они не видят, что ли? Или думают, что мы еще далеко, и они успеют удрать вниз. Вот нырнули. Нет, нет, фашистики! От меня вы так просто не уйдете. Опускаю нос своего истребителя вниз, врубаю форсаж и начинаю пикировать наперерез этой парочке «сто девятых». Все правильно я подсчитал. Хорошо их подрезал. Головной «Мессершмитт» заскакивает в мой прицел. Успеваю взять упреждение и нажать на гашетки. Опыт не пропьешь! Дымная очередь авиапушек с проблесками пулеметных трассеров проносится перед носом вражеского истребителя, втыкается в него, а потом пробегает по его моторному отделению. Хорошо попал! Душевно! Двигатель «Мессершмитта» такого издевательства не выдерживает. Там же никакой брони нет. Ух, как загорелся! Красиво горит! Пролетаю мимо, успев заметить, как Колин Грей обливает из пулеметов второй «мессер». В темпе вальса проскакиваем вперед, разворачиваясь для повторной атаки. И зря. Оба немца довольно живописно падают вниз. Оба горят. Мой выпрыгивает. Раскрывается. Повезло нацистику. Не убил я его в этой атаке. Теперь он эту войну переживет за забором лагеря для военнопленных. Да, и ладно! Главное, что он не попадет на войну с Советским Союзом. И второй немчик, которого Колин Грей подстрелил, тоже с русскими драться уже не будет. Этот вон не выпрыгнул. Похоже, убит или ранен.

Вот такие пироги с котятами. Эти двое нацистиков нацеливались на один из «Спитфайров» из группы Литхэрта. Увлеклись немного в охотничьем азарте. И поплатились за это. Нельзя в бою так расслабляться и терять бдительность. Но мне некогда об этом рассуждать. Я увидел, что одному из наших «Спитфайров» нужна помощь. За ним сейчас гонятся два «сто девятых» и лениво поливают его очередями из своих пушек. Дымные трассы 20-миллиметровых снарядов пролетают то слева, то справа от британского истребителя. Его пилот отчаянно маневрирует, но никак не может оторваться от назойливых немцев. Парню требуется помощь, которая уже здесь. Бросаю свой самолет по левой дуге вниз, заходя в хвост тем двум Bf-109. Эх, заметили. Глазастые гады, однако! Бросив свою жертву, немецкая пара отвернула в сторону. Опытные фашистики мне попались. Эти даже в азарте погони бдительности не потеряли. И мою атаку на них вовремя засекли. А кто говорил, что будет легко?

Ухожу на вираж за теми двумя немцами. Какое-то время мы там танцуем на горизонтали. Внезапно справа выныривает еще одна пара «Эмилей» и пытается клюнуть меня в бок. Предупреждающий крик моего ведомого. Но я и сам их заметил вовремя и ухожу вниз с переворотом. Слышу стрельбу. По звуку определяю, что это немецкие авиационные пушки работают. Это по мне. Мимо! А потом заговорили пулеметы. Это уже один из наших новичков отметился. Бросаю взгляд назад и вижу, что немцы, ранее атакующие меня, прыснули в сторону. А за ними рванула пара «Спитфайров» из моей группы. Истребитель Дэна Райса расцвел сполохами пулеметных выстрелов. Британец ведет огонь на расплав стволов. И не попадает. Машинально прикрикиваю на него по рации, чтобы не жег зря патроны. Вроде бы помогло. Дэн перестал заполошно лупить из всех стволов в белый свет как в копеечку. И пытается прицелиться. А сделать это не так уж и просто. Немцы тоже на месте не сидят. И очень не хотят, чтобы их подстрелили. Вот они выполняют горку, потом с переворотом уходят в пике. А тут уже я кружусь по спирали, как тот ворон над падалью. И прекрасно их вижу. Немцы мой «Спитфайр» тоже замечают и пытаются меня атаковать с доворотом на скорости. Но я резвым скольжением влево ухожу из их прицелов. И когда они проскакивают мимо меня вниз, то я ныряю вслед за ними, завалив свой истребитель на левое крыло. Два «Эмиля» успевают пролететь двести метров, пока нос моего «Спитфайра» не нацеливается в их сторону. Ловлю в прицел заднего фашиста и успеваю его обстрелять. Пока он не удрал слишком далеко. Попал, однако. Правда, с одного захода сбить его не смог. Но за этим «Мессершмиттом» потянулась струя дыма. И он начал резко выходить из пикирования. Его ведущий уходит дальше в пике, бросив своего ведомого нам на растерзание. Подстреленный мною «мессер» тем временем теряет скорость. И летит как-то не очень уверенно.

Оглядываюсь по сторонам. Так, так! Все наши рядом. Колин Грей за моим хвостом. Немного подальше замечаю пару наших новичков. Дэна Райса и Гарри Сторма. Решаю потренировать молодежь.

– Дэн, видишь того «сто девятого» с дымным хвостом? – вызываю я молодого пилота.

– Да, сэр! Вижу! – бодро отвечает мне наш новичок.

– Добей его, – говорю я, добавляя в голос суровости. – Заходи в хвост и бей метров со ста. Мы тебя прикроем. Прикончи этого нациста! Это приказ!

– Есть, сэр! – радостно кричит Дэн Райс с энтузиазмом.

Пара «Спитфайров» резво выходит вперед и ныряет к покалеченному немецкому «Эмилю». Я внимательно наблюдаю за ними, не забывая поглядывать по сторонам. Это чтобы нам вдруг никто не помешал. Первое убийство – дело сугубо интимное. Дэн запомнит его на всю оставшуюся жизнь. Истребитель Дэна Райса почти идеально зашел в хвост дымящему «Мессершмитту», который пытается маневрировать из стороны в сторону. Правда, делает он это так вяло. Скорее всего, немецкий пилот ранен или его истребитель получил серьезные повреждения. Потому он сейчас так себя и ведет неуверенно. Дэн приближается к врагу, уравнивает скорости и открывает огонь. Первая очередь проходит мимо. Немец успел дернуться в сторону. Успокаиваю и подбадриваю Дэна. Вторая очередь восьми пулеметов распарывает германский истребитель. За ней следует еще одна. Все! Этот «мессер» спекся. И начинает быстро проваливаться вниз. Фонарь его кабины отлетает в сторону. Потом из кабины самолета выпадает фигурка немецкого пилота. Поздравляю по радио Дэна с его первой воздушной победой. И приказываю ему заткнуться. А то этот парень забил своими радостными воплями весь эфир.

Еще раз бросаю взгляд по сторонам. Так, что у нас тут творится? Литхэрт с компанией гоняет на виражах. Удалось ему туда немцев затянуть. Наш комэск любит драку на горизонтали. Там «мессеры» послабее «Спитфайров» будут. В общем, у Литхэрта и его людей там пока дела нормально идут. Немцев они заняли делом, но и сами вырваться не могут. А мы вот сейчас совершенно свободны, как птица в полете. Немецкие истребители со своего пути мы разогнали. И теперь можем заняться вражескими бомбардировщиками. И никто нам в этом помешать не сможет. Все, кто пытался это делать, уже внизу костры изображают. А теперь пришел черед нацистских бомбовозов.

И мы ими занялись. Строй «Юнкерсов Ju-88» все ближе и ближе. Немцы летят на высоте в три тысячи метров. Красиво идут. Плотными клиньями по девять крылатых, двухмоторных машин. Группы вражеских бомбовозов летят на расстоянии метров в триста-четыреста друг от друга. Выбираю целью ближайшие «Юнкерсы». Заходим на цель с фланга. По бокам у этих двухмоторных бомбардировщиков люфтваффе пулеметов нет. И с этого ракурса их атаковать можно совершенно безнаказанно. О чем и сообщаю нашим новичкам. Для меня это не бой, а мастер-класс. Я сейчас учу молодых пилотов, как надо правильно воевать. Как правильно подходить к таким бомбардировщикам противника, чтобы не попасть под огонь их бортстрелков. Похоже, что все эту теорию усвоили. А теперь переходим к практике.

Распределяю цели, чтобы никто никому не мешал стрелять. Сам выбираю своей жертвой головной «Юнкерс», летящий впереди клина из девяти бомбардировщиков. Это моя добыча. М-да! После быстрых и юрких «Мессершмитов Bf-109» эти неуклюжие и тихоходные бомбардировщики были для меня очень легкими мишенями. Приближаюсь к цели как на учениях. Снизу и с правого бока. Обреченный бомбовоз нацистов быстро растет в прицеле. А немцы меня заметили. Бортстрелки самолетов, идущих следом за головным Ju-88, открывают истерический огонь. Не прицельный, а заградительный. Не могут они сюда довернуть свои пулеметы. И я это прекрасно знаю. Вот сзади и сверху меня бы встретило море прицельного огня. Но я туда не полезу ни за какие коврижки. О чем и предупреждаю наших новичков. Типа, чтобы не увлекались особо. С трехсот метров открываю огонь, целясь по кабине головного бомбовоза и не забывая об упреждении. Есть попадание! В районе кабины и правого мотора наблюдаю вспышки снарядных разрывов. Трассеры из пулеметов тоже туда очень бодро повтыкались. Головной «Юнкерс», полыхая мотором, нехотя проседает вниз и устремляется к земле. Из него выпадают только два парашютиста. Но я-то хорошо помню, что у Ju-88 экипаж состоит из четырех человек. Где остальные? Похоже, что я пилота со штурманом обнулил. Нормально так попал. Точно. Впрочем, для меня такая стрельба является обычным делом. По такой тихоходной и неповоротливой мишени грех не попасть с трехсот-то метров. Вот по шустрому и маневренному «сто девятому» это сделать уже труднее.

Отворачиваю в сторону, чтобы не попасть в зону стрельбы вражеских бортстрелков. Не зря же я близко подходить не стал. И стрелял с трехсот метров. Маневрируя, наблюдаю за атакой моих подчиненных. Изредка корректируя их действия по радио. В принципе, нормально отстрелялись. Новички повредили два бомбардировщика немцев. А Колину удалось зажечь мотор еще одного «Юнкерса». Правда, падать тот не спешил, а упрямо тянул на одном моторе. Но из строя вывалился и бомбы сбросил куда попало. В поля. До города эти бомберы фашистов пока еще не добрались. И уже не дойдут. Вон, тоже начали избавляться от своих авиабомб. Строй вражеских бомбардировщиков дружно разворачивается и начинает отходить на юг. Подбитый Колином Греем «Юнкерс» тоже летит в ту сторону, но на одном работающем моторе он сильно отстает от своих соратников. Предлагаю своему ведомому его добить. Колин меня понимает с полуслова. И бросает свой истребитель в атаку. Достреливает второй мотор и отправляет этот бомбовоз противника к земле. Еще один сбитый в копилку моему ведомому.