Владислав Коледин – В тени Отчизны. Имя Первое (страница 38)
Он почти ожидал, что сейчас к нему подойдет незнакомец в штатском, вежливо попросит «пройти для беседы». Или что турникет его не пустит, потому что пропуск заблокирован, а охрана потребует остаться на месте. Но ничего подобного не происходило. Андрея как обычно пустил в здание механический страж; он прошел через просторный холл, мимо фирменного логотипа министерства на стене и нажал кнопку лифта. Пока ждал кабину, чувствуя, как холодеют ладони, огляделся по сторонам в поисках знакомой фигуры. Анны не было видно.
Двери лифта беззвучно раздвинулись, впуская его внутрь. В лифте кроме него оказалось ещё несколько человек. Андрей нажал нужный этаж и вдохнул глубоко, стараясь успокоить дыхание. Сердце неспешно отступало из горла обратно в грудную клетку, но все еще колотилось слишком быстро.
На своем этаже он прошел в открытое офисное пространство, где уже вспыхивали экраны компьютеров и бродили ранние сотрудники. Андрей кивнул паре коллег, стараясь изобразить на лице спокойствие. Повесив пиджак на спинку кресла своего рабочего места, он понял, что ему сегодня придётся усилием воли сосредоточиться на рутинных делах.
Он направился к небольшому кафе-уголку на этаже – с кофемашиной и чайником, парочкой высоких столиков у окна. Мимо него, поздоровавшись на бегу, пронеслась секретарь, явно куда-то опаздывая. Где-то вдалеке раздавались звонки телефонов. Обычное утро обычного дня.
И тут он внезапно заметил Анну. Она стояла спиной к нему, аккуратно переливая кипяток из электрочайника в свой стакан. Спокойная прямая спина, безупречно сидящий темно-синий жакет, волосы собраны в строгий пучок. Все как всегда – ни дать ни взять пример дисциплинированного сотрудника. Лишь когда он приблизился, Анна, не оборачиваясь, коротко спросила:
– Кофе?
– Да, пожалуй, – отозвался Андрей, беря одноразовый стаканчик.
Она поставила чайник на место и покосилась на него краем глаза. Ее лицо почти ничего не выражало – легкая вежливая полуулыбка, дежурная приветливость. Но взгляд… В карих глазах читалась настороженность, хотя она и старалась скрыть ее за профессиональной маской.
– Доброе утро, – обронила она нейтральным тоном.
– Утро добрым не бывает, – попытался улыбнуться он. – Опять недосып? Работала ночью?
Она едва уловимо повела плечом, выразительно посмотрев на Андрея:
– Нет, ночью не работала. Но спала мало.
Они пару секунд смотрели друг на друга. Андрей понял, что она хотела сказать, что за отчёт ночью не садилась.
– Как ты? В порядке? – в голосе её слышалась искренняя забота.
– Нормально. Чуть не проспал сегодня – пока всё хорошо… Если не считать утренней паранойи.
Анна поправила волосы и отвела взгляд, переходя на разговор вполголоса:
– Чего ты нервничаешь? Ты думал, наверное, что я приведу с собой сюда оперативников – вместо того чтобы отправить их к тебе домой ещё ночью и спокойно лечь спать. А утром бы тебя уже допрашивали где надо, а не мило общались здесь, у министерской кофемашины.
– Мысли разные были, – честно ответил он. – Рад, что ошибся.
Он сделал паузу и уже серьёзнее добавил:
– Спасибо.
Анна снова посмотрела ему в глаза:
– Не за что. Ты сам сделал всё правильно, отведя меня к родителям. Я… просто приняла решение.
Андрей разглядел, как по её лицу скользнула тень. Наверняка ночь далась ей непросто. Он аккуратно спросил:
– Ну ладно… Как ты сама? Отдохнуть-то всё-таки удалось?
Анна отрицательно покачала головой:
– Почти не спала. И да, я решила рапорт сегодня не сдавать.
– Почему?
– Потому. Я буду докладывать о тебе завтра. Ты меня понял?
Она говорила ровно, а последние слова сказала с нажимом, не терпящим возражений. Андрей уловил, как нелегко ей далось это. Он почувствовал новый прилив уважения: далеко не каждый способен так открыто принять ответственность за свои действия, которые обязан совершить.
Анна сделала глоток чая, не сводя с него внимательного взгляда. Андрей ощущал себя под невидимым рентгеном.
– Я понял, – попытался улыбнуться Андрей.
– Ну, тогда удачного дня, – она уже развернулась и направилась спокойным шагом к своему столу, оставив за собой легкий аромат жасминового чая.
– И тебе, – вслед ей ответил Андрей.
Свободная комната нашлась на удивление быстро, и Андрей сразу занял ее на 2 часа. Он разложил на столе уже исписанные листы, достал из принтера чистые и взял ручку. На миг задумался, подбирая слова. Что ж, начнём с главного. Как тут говорят – напишем Executive Summary: он засвечен, хоть легенда пока и устояла; причина – подозрения и фактическое раскрытие со стороны практикантки из Академии контрразведки Анны Крыловой. Завтра она напишет обо всём в свою «контору», что для любого разведчика означает провал. И завтра же контрразведка начнет полную проверку Алексея Рощина по всем структурам и быстро поймёт, что к чему, а значит, продолжать стажировку не будет возможности.
Виноват ли он сам? Скорее всего, да – допустил ряд промахов, прозевал, не распознал, недооценил её проницательность. Подставился. Пятничная слежка за ним, последовавшая за их душевным разговором и его отказом остаться на ночь, явно была ею, если не спланирована, то рассматривалась как опция к действию. Факт оставался фактом: Крылова его раскрыла.
Строчки ложились ровно, чётким убористым почерком. Андрей описывал обстоятельства, делал пометки на полях. Писал аккуратно, без спешки, явно рассчитывая, что этот лист станет последним рапортом в его недолгой карьере. Он перечислял собранные данные, которые успел получить за две с лишним недели работы под прикрытием.
Вот – полная оргструктура министерства: имена руководителей, сотрудников, общее описание связей – формальных и неформальных; общее описание проектов – текущих и перспективных; отчет о встречах с министром и его замами. Напротив каждого имени – пометки с краткой характеристикой. Большинство имён он просто привёл списком: системные администраторы, программисты, инженеры, рядовой обслуживающий персонал.
Он уже исписывал последний лист и почти закончил работать с записями. Лишь пара фамилий в шифрозаметках осталась под вопросом. Среди них – системный администратор Фёдор Поляков: «странное поведение» – гласила запись. Чуть ниже – записано другое имя: Марк. Оно не значилось в официальных списках сотрудников министерства, зато рядом с ним стояли аж три вопросительных знака.
Андрей по привычке прикусил губу, выводя на бумаге имя Марка. Этот таинственный господин возник в его записях неслучайно. Ещё неделю назад Андрей услышал обрывок разговора двух коллег: те сплетничали о своей знакомой, мол, не везёт девушке – влюбилась в Полякова, а тот на неё и не глядит. «Каждый день бегает обедать с каким-то щёголем, Марком зовут», – фыркнула одна. Андрей был знаком с Поляковым, – тот отвечал за резервные копии баз «Госреестра». И тогда он лишь пометил себе в уме: странно, что ведомственный айтишник с доступом к серьезной информации государственного значения так зачастил обедать с человеком со стороны. Бывает, конечно. Мало ли кто они друг другу. Любопытно – и не более. Но позже судьба, похоже, специально подтолкнула его копнуть глубже.
В прошлый четверг Андрей сам увидел Полякова с этим Марком. Решив как-то раз сменить обстановку, он выбрался в перерыв из душного офиса – пройтись до соседнего кафе. И случайно наткнулся на эту парочку в дальнем углу летней веранды. Поляков сидел спиной к ограде, напротив него расположился плечистый темноволосый мужчина лет тридцати – скорее всего, это и был тот самый Марк. Они разговаривали тихим голосом, явно не желая, чтобы на их слова обращали внимание другие посетители. Вскоре Поляков осторожно вытащил из сумки планшет и развернул экран к собеседнику. Тот наклонился, несколько секунд изучал что-то, затем быстро отвернулся, а Поляков так же поспешно убрал планшет. Весь эпизод занял не больше полуминуты, но показался Андрею подозрительным. Обычно админы, разработчики и вообще технари не приглашают к себе на обед внешних консультантов, чтобы показать им свои гаджеты, да еще явно тайком. Если только на том гаджете не содержалось чего-то «совсем интересного».
Ни Поляков, ни его гость не заметили своего любопытного наблюдателя. Андрей благоразумно сел поодаль, прикрывшись стеной летнего плюща. Он сделал вид, что смотрит в телефон, изредка поглядывая краем глаза на странную парочку. После демонстрации планшета их разговор продолжился не более пяти минут, а затем Марк вдруг резко встал. Подавшись вперёд, он что-то коротко бросил Полякову – но Андрей этого не расслышал. Тот неохотно кивнул. Марк развернулся и быстрым шагом вышел на улицу, смешавшись с потоком прохожих. Поляков остался сидеть, глядя ему вслед со странной смесью облегчения и тревоги на лице.
Тогда Андрей ничего не предпринял – мало ли что. Но в памяти отложил. По возвращении в офис он подробно записал время и место встречи, приметы незнакомца Марка и настороженное выражение лица Полякова. И вот сейчас, восстанавливая все факты по порядку, он возвращался к этому эпизоду снова и снова. Марк… Кто он? Какой интерес для него может быть в обычном администраторе резервных баз данных?
Ручка застыла над бумагой. Вчера, до всех драматических событий, Андрей собирался разобраться с этой загадкой самостоятельно. Но теперь, после провала прикрытия, он понимал: шансов и времени у него не осталось. Если Поляков действительно замешан в чём-то неладном, то скрытый смысл контактов с Марком теперь раскроет уже не он, а контрразведка.