Владислав Бобков – Попаданец в Дракона – 6 (страница 4)

И хоть Асириус был не очень рад отдавать столь ценную технологию в чужие руки, но выбора не было сразу по нескольким причинам. Корпорации нужны были деньги, а корабли всё равно рано или поздно появились бы у других стран и организаций.

Очень скоро со стапелей Аргалориума начали сходить один за другим корабли под серией «галеон». Это были пузатые, лишённые всяких военных орудий суда, преимущества которых были скорость, прочность и вместительный трюм. Проще говоря, эти корабли были яркой мечтой торговца, и очень скоро отдел продаж начал получать золото за суда, которые выйдут лишь через год, а то и больше.

Желая хоть как-то оправдать значительные траты на «Вестника», Асириус отправил военные корпоративные суда патрулировать и уничтожать любые бандитские шайки, логова чудовищ и монстров.

Пара кораблей умудрилась даже поучаствовать в коротких войнах аристократов в других герцогствах. Желая получить преимущество, два графа заплатили солидное вознаграждение, от чего рыщущий носом землю в поисках золота Асириус, скрепя сердце, всё же решился на время поднять старую практику корпорации. И теперь все эти пять красавцев возвышались над Стальбургом. Получив приказ, они немедленно отправились обратно домой и вскоре стояли на якоре, дожидаясь погрузки десанта, топлива и артефактов.

Неподалеку парил и второй «Пожиратель бури». Валор Кшас, к удивлению всех, отказался перейти на куда более боевой «Вестник» и решил остаться на улучшенной версии своего первого корабля. Когда его спрашивали за бутылкой рома, почему, он ухмылялся и заявлял, что ждёт третью итерацию своего любимого корабля.

Возвращение троих изгнанников, несмотря на все старания Асириуса и Аларика, создало ряд неприятных инцидентов.

Хоть большинство разбирающихся в политике Аргалориума и отдавали себе отчёт, что Мориц с Моргенсом и Мивалем, скорее всего, вернутся, но были и те, кто посчитал, что год — достаточный срок, чтобы о них все забыли.

Убедив себя в этом, они уже начали подминать под себя отделы, увольняя «старую гвардию» и заменяя её на своих ставленников. И так зашивающиеся старые прислужники Аргалора не могли себе сильно позволить отвлекаться ещё и на чужие отделы.

Надо ли говорить, что вернувшиеся «ветераны» не были особо счастливы, когда со слезами на глазах к ним повалили уволенные заместители?

В тех же войсках всё накалилось до того, что могло дойти до смертоубийства. К счастью, нынешний главнокомандующий, Хуго, знал Морица с ранних лет. Да и Джозеф Эрц, нынешний глава СБ и человек с самым большим числом техно-магических имплантов, выслал тяжело вооруженную боевую группу, устроившую среди мятежников кровавую бойню.

Лишённые сострадания техно-воины буквально рвали на куски тех, на кого падала даже тень подозрения.

В условиях подготовки к столь неожиданному наступлению Стальбург напоминал разворошенное осиновое гнездо, в которое какой-то глупый малец решил бросить петарду.

Взявшие на себя роль десанта стандартные войска Аргалориума были практически полностью улучшены имплантами. Благодаря дотациям, скидкам и продвижению техно-воинов, почти каждый из солдат корпорации сдался и установил себе несколько улучшений.

В основном это были руки. Хоть эликсиры позволяли развить невероятную скорость, но импланты за куда более скромные средства давали силу, прочность и выносливость.

Спустя всего каких-то три дня шесть вооруженных до зубов кораблей Аргалориума двинулись в сторону столицы, и это не могло остаться незамеченным.

Бертрам Хойц быстро, но не бегом, шел по роскошным коридорам имперского дворца. Всякий, кто попадался ему на пути, немедленно старался сделаться ниже и как можно менее интересным.

В этом не было ничего необычного, ведь мало кто хотел привлечь внимание главы тайной службы Священной центральной империи. Это была не та должность, что раздавала блага, обычно она их забирала.

Будучи древним вампиром и работая ещё на службе дедушки нынешнего императора, Бертрам был вторым человеком сразу после самого Максимилиана Боргура. Это, в свою очередь, позволяло Хойцу решать большинство проблем, даже не ставя императора в известность.

В конце концов, все отлично понимали, что если бы Бертрам захотел бы падения своего патрона и коронации самого себя, то он бы мог с легкостью этого добиться.

Однако сегодняшнее решение требовало непосредственного взгляда императора.

Максимилиана Бертрам застал в «развлекательной комнате». Обычно, когда речь идёт об аристократах, то именно в чём-то подобном они и предаются разврату или другим порокам. Но почти приблизившийся к полутысячелетию император уже сотни лет назад испробовал все обычные развлечения, и поэтому Хойц уже около полувека как перестал пытаться угадать, чем занят Максимилиан.

Вот и сейчас, зайдя без стука внутрь, Хойц мог лишь покачать головой от необычно-кричащего зрелища.

На широком позолоченном столе расположились шестеро обнажённых эльфиек. И если бы они просто лежали. Три из них стояли на локтях и коленях, выступая эдакой подставкой для ещё двух, играющих ту же роль, но уже для одной эльфийки.

Всё это создавало странную обнажённую пирамиду, на которой Максимилиан… выстраивал аккуратные башенки и мосты из еды. В ход шли крекеры, фрукты, кусочки овощей и даже заботливо нарезанные кубики мяса.

Мысленно Бертрам напомнил себе, что забавы его императора обходятся стране несравненно меньше, чем в других империях и королевствах. Поэтому чем бы он себя ни развлекал, главное, это не шло во вред стране.

Обычные женщины не смогли бы неподвижно простоять в таких позах и часа, но эльфы, будучи признанными мастерами магии жизни и её косметической ветви, улучшали физические показатели всех, кто когда-либо покидал их леса.

Невольно Бертрам и сам залюбовался телами эльфиек. И нет, отнюдь не в сексуальном плане — он был для этого слишком стар. Просто, не будучи в стороне от искусства, Хойц мог сказать, сколько трудов эльфийские маги жизни вложили в эти тела.

Будучи частью Священной центральной империи, эльфы были обязаны отправлять императорскому двору определенное число своих подданных. И как-то так сложилось, что зачастую императоры требовали именно женскую часть Зеленых лесов, а не мужскую.

— О, Бертрам, какая жалость, а я надеялся, что сегодняшний день обойдётся мирно, — безэмоционально заметил Максимилиан, беря зеленую оливку и поднося её ко рту одной из эльфиек. Та, окинув императора презрительным взглядом, тем не менее открыла рот и царственно приняла угощение. — Ты так редко навещаешь меня просто так, что я могу быть уверенным, что твоё нынешнее прибытие несет лишь проблемы.

— Твоя мудрость, как всегда, несомненна, мой император, — чуть поклонился Бертрам. Больше слов не требовалось, ведь Максимилиан недовольно двинулся к другой комнате.

Эльфийки же так и остались стоять, не давая конструкции из еды упасть вниз. Пока император не дал им приказ, они так и будут стоять здесь, даже если это продлится несколько дней. Их нечеловечески улучшенные тела позволяли им выполнить подобный подвиг.

— Итак? Ради чего ты отвлёк меня? — не стал ходить вокруг да около император, садясь за свой стол. Тут же загудели многочисленные артефакты от прослушивания.

— Аргалор двинул войска на столицу, и по расчётам, если учесть среднюю скорость его кораблей, он будет здесь уже через неделю. — просто заявил Бертрам и принялся с интересом выискивать на лице Максимилиана даже тень промелькнувших эмоций.

Это была их обычная игра, когда глава разведки старался заставить своего господина «потерять лицо».

Однако Боргур не доставил своему слуге такого удовольствия, сверля того пристальным взглядом.

— Я, конечно, отдавал тебе приказ, чтобы эта ящерица наконец пришла в себя и перестала разрушать своё собственное детище, но тебе не кажется, что ты перестарался?

— Это был не я, — покачал головой немного огорченный Бертрам. — Марш свободы снова сделали свой ход, натравив на нас дракона.

— Эти утомительные муравьи, — сузил глаза император, постукивая пальцами по столу. — С каждым годом они становятся всё более наглыми и упрямыми. И сколько бы мы их ни уничтожали, они плодятся слишком быстро. Разве сестра этой ящерицы не должна была их контролировать?

— Она вновь исчезла в своём обычном уединении, — пояснил Бертрам. — Она часто улетает на очень долгие сроки. Даже боги не знают, где она в те моменты и что делает.

— Проклятье, — нахмурился Максимилиан. — На драконов, как всегда, нельзя толком положиться. Если бы не её отец и мой советник, Хорддинг, я бы решил её вопрос радикально. Что насчёт этого Аргалора? В последний раз, когда ты мне о нём докладывал, он ставил наши планы под угрозу.

Учитывая масштаб сил Бертрама Хойца, логично, что он куда раньше троицы узнал, кто вообще стоял за случившимся нападением. И, что иронично, он также желал предоставить Аргалору головы воров.

Так как Аргалориум за считанные десятилетия стал важной частью Священной империи и выступал одним из её столпов, то Марш свободы незамедлительно избрал его одной из своих целей. Аргалориум стал важным противовесом против усилившихся гильдий алхимиков и сговора аристократических родов с союзом гномов. И поэтому он был выгоден лично Императору.

Украв сокровища дракона, Марш разыграл прекрасный ход. Большинство драконов в этой ситуации уничтожили бы всё на своём пути, тем самым разрушив Аргалориум и нарушив планы императора. В своей ярости Аргалор очнулся бы лишь тогда, когда от Стальбурга остались бы руины.