Владислав Афонин – Красный тряпочник (страница 84)

— Работаем! — приказал Перов СОБРу.

Ответа вслух не последовало. Зато единым отточенным движением Ярослав резко поднял пистолет и выстрелом одной пули выбил холодное оружие из рук противника, не ранив самого нападавшего.

Гонор преступника спал моментально. Истошно завопив, он тут же рванул прочь от Коломина. С криком «Стой, гад!» Ярослав ринулся за маньяком. Засуетились голоса на общей радиочастоте. Обернувшись через плечо, убийца на ходу опрокинул кулер с водой. Вода фонтаном стала выливаться на гладкий пол, но Коломин перепрыгнул стремительно образующуюся лужу и даже не поскользнулся. Противнику надо было отдать должное: бегать и создавать препятствия на пути умел он точно и быстро.

Следующими под ноги Ярослава полетели бактерицидный облучатель и стеллаж с чистой копировальной бумагой. Взмахнув руками, Коломин с яростью вылетел из разлетающихся во все стороны листов А4. У цели пока получалось вырываться вперёд. Капитан было поднял пистолет, но на перекрёстке преступник резко повернул вправо.

— Товарищ капитан, вижу его на экране. Бежит в типографию! — доложил Секунда по рации.

— Понял! Не стреляйте по нему, я смогу до него добраться! — стараясь не сбить дыхание, ответил Ярослав.

Коломин свернул следом за Тряпочником в переход в типографию, но преступник уже достиг входа в производственные помещения. Обернувшись, он закрыл большие раздвигающиеся двери и запер их со своей стороны. Через круглое стеклянное окошко убийца продолжал смотреть, что предпримет Ярослав.

Маньяк забыл про небольшое отверстие в соседней стене, похожее на то, что располагается в каждом аэропорте для приёма багажа. Через него автоматически подавлялись материалы для книг или непосредственное сами готовые книги. Ещё не до конца понимая, что планирует Ярослав, преступник продолжал в напряжении наблюдать. Когда же он догадался, что страж правопорядка всё равно его достанет, Тряпочник в нервном ужасе снова рванул прочь.

Коломин взлетел на чёрную жёсткую ленту, лёг и буквально нырнул в отверстие в стене. Звуки автоматизированной типографии мгновенно окутали его: непрерывно шелестела лента подачи материалов, стучали тяжёлые прессы, перемещались мощные роботизированные машины. Пахло краской и новой бумагой — типография мало чем отличалась от классического заводского цеха.

Петляя, Тряпочник поднялся на один из прессов, который временно прекратил работу. Стальная громадина массой с половину аэромобиля грозно нависла над ним как Дамоклов меч.

— Стой, сволочь, убьёшься! — крикнул Ярослав своему оппоненту. Тот опасливо обернулся, спрыгнул с платформы и побежал по противоположной стороне. Коломин полез за преступником, и книжный пресс тут же ожил, роковым образом устремляясь прямо вниз. Кувыркнувшись, капитан в последний момент выпал обратно в безопасное пространство и успел избежать верной гибели.

«Соблюдай технику безопасности!» — на плакате, приклеенному к корпусу пресса, улыбался и показывал одобрительный жест Иван Фёдоров, первый русский книгопечатник, нарисованный в стиле старорусского киберпанка.

Останавливаться Красный тряпочник и не думал. Под ноги Ярославу устремилась тумбочка на колёсах с ремонтными рабочими принадлежностями и стеллаж с частью тиража новой литературы. Коломина чуть не завалило каким-то сопливым женским фэнтези «Изобретения человечества», якобы победившем на каком-то никому неизвестном конкурсе «Рывок-1987». Отряхнувшись от пары приставших к нему книг, капитан неумолимо продолжил движение в сторону начавшего выдыхаться преступника. Больше швырять под ноги милиционеру было особо нечем. Не обращая внимания на людские баталии, печатное оборудование продолжало производить книги самых разных жанров, размеров, качества бумаги и переплётов. Тряпочник вбежал по небольшой железной лесенке, но дверь перед ним оказалась закрыта, и к тому же за ней быстро появился вооружённый до зубов СОБР.

— Товарищ капитан, можем ранить его в руку! — предложил один из бойцов.

— Отставить! — махнул рукой Коломин. — Он мой!

Отчаянно взвыв, убийца пробежал вдоль стеллажей с напечатанными тиражами, схватил небольшой железный контейнер и со всей силы бросил его в широкое вертикальное окно. Оно с трудом разбилось на одном участке, и криминальный элемент вступил на узковатый металлический с круглыми дырочками по всей площади. Холодный осенний ветер проник внутрь типографии, разгоняя несколько химически неестественный воздух внутри.

— Преступник пытается куда-то вылезти из окна. Скорее всего, метит в пожарную лестницу, — доложил Секунда.

— Разобьёшься, баран, стой! — Ярослав крикнул преследуемому. Тот, конечно, не послушался и скакнул куда-то наружу. Раздался одиночный стук по металлу.

— Допрыгнул до пожарной лестницы. Лезет куда-то вверх в сторону технических коробов и шахт, — снова скорректировал оператор дрона.

Не медля ни секунды и стараясь не порезаться, Коломин пригнул шею от опасно нависшего разбитого стекла, разогнался на карнизе и прыгнул в пропасть над Звёздным бульваром. Стоящие внизу милиционеры, спасатели, репортёры и зеваки разом охнули. Ещё в скачке Ярослав зацепился руками за ограждение пролёта пожарной лестницы, но ноги его роковым образом соскочили и повисли над бездной. Сжав челюсти и напрягши всё тело, Коломин подтянулся, преодолел ограждение и забрался на пролёт. Наблюдателям снаружи на земле оставалось лишь перевести дух.

Ярослав оказался на крыше-площадке между двумя корпусами издательства. Тряпочник ковырялся с очередным затвором, очень похожими на двери лифта. Внезапно он добился своей цели и раскрыл створ, две составные части которого должны были в нормальных обстоятельствах разъезжаться в стороны автоматически. Теперь за преступником зияла чернота глубокой железобетонной шахты.

— Тебе не выиграть эту гонку с Красным тряпочником, капитан! — помахав рукой, преступник спрыгнул в шахту. Казалось, что через несколько секунд он куда-то вниз и разобьётся, однако в следующие мгновения гогочущий преступник понёсся на крыше лифта вверх.

— Дал дёру на лифте? — поинтересовался Перов по рации.

— Да. Срочно вызовите мне второй лифт на эту техническую площадку! — попросил капитан.

— У нас есть доступ к системе управлению зданием, сейчас Рено оформит. Готово! СОБР ждёт его на крыше и верхних этажах.

Как только второй лифт приехал, Ярослав быстро вошёл в него и мигом отправился следом за Тряпочником.

«Тебе не выиграть эту гонку с Красным тряпочником, капитан», — какой-то зловещий фатальный рок почувствовал Коломин в этих словах, глубоко задумавшись на какой-то миг.

«“Полдень, XII век” — вертикально интегрированный книгоиздательский холдинг полного цикла: от приёма рукописей писателей до продажи книг клиентам через собственную розницу. Утончённый интеллектуальный читатель — наш клиент. Подробнее на www.midday22century.su», — рассказал приятный автоматический голос.

Тряпочник бежал по крыше, всё ещё отчаянно надеясь уйти от погони. Он запыхался и судорожно оглянулся вокруг себя, ища глазами Ярослава или других стражей правопорядка. Город был как на ладони с этого захватывающего вида. Казалось, преследователи отстали, и можно было покинуть крышу, переметнувшись на другое здание, и затеряться среди бетонных джунглей.

Внезапно мощный порыв ветра нагнал милицейский Ми-8-Э, будто вылетевший из неоткуда. Он буквально прожигал крышу своим ярким прожектором, не давая шанса спрятаться даже не уснувшей в октябре мухе. Не ожидая появления летательной техники, Красный тряпочник инстинктивно оглянулся, подошёл к коробу очередной пожарной лестницы и со всей силы получил удар ногой в голову. Преступник отлетел на бетон, упал на живот, и тут же на его спину коленями приземлился Ярослав, скручивая руки убийцы сверхжёсткими электронаручниками. Появившийся вертолёт смог оперативно сесть на широкую крышу, и из его чрева резво вышел Боров с сопровождавшими его милиционерами.

Ярослав жёстко сорвал капюшон с преступника, силой повернул его голову к себе. Перед капитаном МВД лежал рыжий мужчина среднего возраста с неопрятной шевелюрой, достаточно давно не бритыми усами и бородой, некогда сломанным горбатым носом и вымученным безумным взглядом. Он то дрожал, то дёргался, будто всё ещё рассчитывая вырваться.

— Он? Он?! — с возбуждённой радостью кричал Боров издалека.

— Серьёзно? Что-то как-то относительно легко вышло, — по рации засомневался Перов, пока находящийся у входа в холл издательства.

— За что убил Крылову? — Ярослав дёрнул преступника, уткнув его лицом в бетон крыши. — Что тебе сделала эта женщина??

Неожиданно убийца расплакался, прекратив ныть и бормотать себе под носом что-то невнятное.

— Я гений… Я гений! Я писал, писал всю жизнь… Прозу, стихи. Участвовал в этих мерзких подставных конкурсах, в которых голос толпы выбирал не лучших, а просто самых громких, умеющих тупо много и постоянно спамить! Отправлял рукописи, которые соответствовали ими же установленным правилам, и каждый раз в ответ получал равнодушное молчание. Никто меня не понимает, утончённые интеллектуальные люди кончились в этом чёртовом мире! — Дыхание преступника участилось, он весь вспотел от злости. — Но эта мерзкая бездарная тётка-редактор… Редактор и критик — это всегда неудавшиеся писатели! Её морда из заскорузлого Литинститута или бабьего «Педа» слишком часто мелькала по ТВ или в Нете. Её чванливые суждения, её агрессивный, завистливый тон касаемо прекрасного, истинно талантливого — литературы — был просто физически нестерпим. И когда (первый раз в жизни!) она ответила развёрнуто, с типичной для неё желчью застарелой злобной кошатницы, что не станет издавать мою гениальную книгу, я не выдержал. Я, который со своим талантом должен всю свою жизнь копаться в этой долбаной вентиляции, вместо того чтобы зарабатывать на жизнь своим творчеством!