Владимир Журавлёв – Девочка и ЭХО (страница 30)

Те же плечи.

Та же линия скулы.

Но что-то было иначе.

Она стояла чуть иначе — как человек, который знает, что зеркало ему не вполне союзник.

Грудь казалась ей недоразвитой.

Рост — слишком высоким.

Она бы убрала сантиметров десять.

Добавила бы что-то там, где, по её мнению, было мало.

Это не читалось как неуверенность.

Читалось как привычка.

Долгая.

Тихая.

Почти незаметная.

Студенты это почувствовали раньше, чем поняли.

Карандаши остановились.

Не потому, что она стояла плохо.

А потому что рядом с Зарой, которая просто была — Анна была почти.

Преподаватель молчал дольше обычного.

Потом сказал:

— Работаем.

Но несколько человек ещё секунду смотрели на них обеих.

Пытаясь понять, где проходит граница между одним человеком и другим.

Результат Курьер ждал внизу.

Конверт был тонкий.

Зара открыла его первой.

Прочитала.

Передала Анне.

Та прочитала тоже.

Подняла глаза.

И вдруг рассмеялась.

Коротко.

— Значит, — сказала она, — теперь у меня два папы и две мамы.

Пауза.

— И одна жизнь на всех.

Вечер

— Я переезжаю к тебе, — сказала Зара Максу.

Как будто это уже произошло.

Макс кивнул.

Анна посмотрела на неё.

— Не пори горячку, — сказала она спокойно.

Пауза.

— Ты живёшь в этой квартире с детства.

Каждая вещь здесь — твоя история.

Зара молчала.

— Для меня это просто квартира, — продолжила Анна. — Ничем не отличающаяся от других.

Пауза.

— Если ты хочешь, чтобы у меня было место — давай я займу квартиру Макса.

Она повернулась к нему:

— Ты не будешь против?

Макс посмотрел на неё.

Потом на Зару.

И вдруг понял: решения здесь принимаются не потому, что так правильно — а потому что иначе нельзя.

— Нет, — сказал он.

Пауза.

— Не буду.

Анна улыбнулась.

— Представляешь, Макс, — сказала она, — мы с тобой будем родственниками.

Она шагнула ближе.

Обняла его.

Коротко.

Легко.

Как человек, который уже принял это внутри.

Макс чуть замер.

Потом тоже обнял её в ответ.

Зара смотрела на них.