Владимир Журавлев – Идеологические императивы единства народов России. Монография (страница 9)
В системе координат социальной онтологии единство – это динамический процесс сборки социального бытия, разворачивающийся на нескольких смысловых уровнях. Единство раскрывается как многослойное явление, где этнический уровень выражает культурную самобытность народа, определяющую особенности его традиций, обычаев и мировоззрения; гражданская составляющая проявляется в принадлежности индивидов к определенному государству, формирующему общее правовое пространство и систему общественных институтов; цивилизационный аспект охватывает глобальные процессы культурного взаимодействия и взаимовлияния, характеризующие человечество в целом.
Рассмотрение единства сквозь призму соотношения этнического, гражданского и цивилизационного позволяет эксплицировать сложную архитектонику идентичности, где каждый последующий уровень не отрицает предыдущий, но осуществляет его диалектическое «снятие» (в гегелевском смысле), включая его в более широкий контекст.
Раскроем сущность смысловых уровней единства, представленных на рисунке 1.
Этническое единство выступает в данной иерархии как первичный, органический субстрат социальной онтологии. Оно укоренено в общности происхождения, языка, культурных кодов и исторической памяти «ближнего радиуса». В онтологическом плане этничность обеспечивает индивиду базовое чувство сопричастности и экзистенциальной безопасности. Однако в условиях современного макрообщества этническое единство неизбежно обнаруживает свою партикулярность (частность). Оно не может служить универсальным фундаментом для масштабного государственного строительства, так как ограничено рамками комплементарности «своего» этноса.
Междисциплинарный взгляд на этничность – от философского осмысления «бытия слова» до правовых механизмов государственного регулирования – позволяет рассматривать этнос как живой, развивающийся организм, существующий в пространстве смыслов, коммуникаций и права. В современных исследованиях выделяется три уровня этничности:
1. Философско-онтологический и феноменологический уровень (Ж. М. Кучукова50, Е. А. Тимощук51, М. М. Бетильмерзаева52);
2. Коммуникативно-трансформационный уровень (А. В. Герасимова53, Ч. К. О. Ламажаа54);
3. Правовой, или государственно-политический, уровень (А. Н. Мочалов55).
Философско-онтологический и феноменологический уровень позвоялет выявить внутреннюю природу этничности. Ж. М. Кучукова определяет этнос как неотъемлемую часть «социально-исторического организма», обеспечивающую его устойчивость и преемственность. Е. А. Тимощук через феноменологию показывает, что этнос – это прежде всего «жизненный мир» человека, субъективная реальность, через которую воспринимается бытие. М. М. Бетильмерзаева вводит концепцию «экофилософии этнокультуры», где язык («слово») и природная среда обитания образуют единую экосистему, формирующую уникальный менталитет.
Коммуникативно-трансформационный уровень смещает научный взгляд на взаимодействие и адаптацию. А. В. Герасимова систематизирует теории межэтнической коммуникации, подчеркивая, что в современном мире выживание культур зависит от их способности к диалогу и пониманию «чужого». Анализируя народы Центральной Азии, Ч. К. О. Ламажаа выделяет проблемные поля: как сохранить архаичное «своеобразие» в условиях глобализации и какие механизмы обеспечивают единство региона при культурном многообразии.
Работа А. Н. Мочалова переводит философские и культурные концепции в плоскость государственного строительства. Он анализирует позиции Конституционного Суда РФ, который выступает арбитром между двумя полюсами: необходимостью сохранения государственного единства и защитой прав народов на этнокультурное многообразие.
Проанализированные исследования помогают нам раскрыть природу современного единства:
1. Определение этноса как сложного «социального организма» и «экологической ниши».
2. Современное понимание единства отвергает изоляционистские модели. Оно строится на эффективной межэтнической коммуникации и гармонизации традиции и современности.
3. На государственном уровне единство достигается через юридическим признанием многообразия. Конституционная модель России предполагает, что этнокультурное разнообразие является условием укрепления целостности страны.
Итак, единство общества – это система, где этнические культуры сохраняют глубину и самобытности, между ними налажен диалог, а государство гарантирует правовые условия для развития многообразия.
Следующий уровень единства – гражданский. Гражданское единство представляет собой следующий онтологический уровень – уровень рационально-правовой интеграции. В отличие от этнической общности, гражданская нация конструируется как сообщество сограждан, объединенных лояльностью к государственным институтам и общим правовым полем. Здесь единство трансформируется из «единства крови и почвы» в «единство воли и закона». Онтологическая значимость гражданского уровня заключается в создании пространства формального равенства, позволяющего сосуществовать различным этническим группам в рамках единой политической системы. Тем не менее, чисто гражданская идентичность часто критикуется за ее «технократизм» и неспособность дать глубокие смысложизненные ответы, превращаясь в сухой формализм без ценностного наполнения.
Переходя от обсуждения этничности и культуры в плоскость практической политики, государственного управления и национальной безопасности, Авторы оценивают гражданское единство с разных точек зрения:
1. Единство – это результат целенаправленной деятельности государства (И. И. Горлова А. Л. Зорин56,, А. В. Глухова57);
2. Гражданское единство выступает гарантом стабильности, фактор устойчивости системы (М. Ю. Попов58, И. В. Радиков59);
3. Роль институтов гражданского общества (З. З. Мирзаева60.
Делая упор на ценностном наполнении укрепления общероссийской идентичности, И. И. Горлова и А. Л. Зорин, видят в нем ключевой «национальный проект» и фундамент современной госполитики. А. В. Глухова рассматривает внутриполитическую повестку как инструмент консолидации. Если цели власти и ожидания общества совпадают, повестка становится «клеем», объединяющим нацию вокруг общих задач.
М. Ю. Попов связывает единство с легитимностью народовластия. Без консолидированного общества демократические институты становятся хрупкими, а единство делает российскую государственность жизнеспособной. И. В. Радиков переводит дискурс в сферу национальной безопасности. В его трактовке гражданское единство – это «мягкая сила» и защитный барьер против внешних угроз, попыток дестабилизации и внутреннего раскола. Фрагментированное общество уязвимо, единое – неуязвимо.
З. З. Мирзаева дополняет общую картину, указывая на то, что единство невозможно без развитого гражданского общества и правового государства. Единство не должно быть «навязанным сверху»; оно должно прорастать через активность граждан, защищенную законом, и их осознанное участие в жизни страны.
На основании анализа представленных статей можно сформулировать концепцию «функционального единства» современной России, которая включает:
1. «Инструментальность единства», то есть гражданское единство – это главный инструмент обеспечения национальной безопасности (И. В. Радиков) и стабильности государственной системы (М. Ю. Попов), базовое условие суверенитета страны.
2. «Общероссийская идентичность»: формирование общероссийской идентичности (гражданской нации) является приоритетом, который стоит выше узкоэтнических или региональных интересов, не отрицая их (И. И. Горлова, А. Л. Зорин).
3. «Диалог власти и общества»: единство, являясь динамическим процессом, поддерживается через актуальную политическую повестку (А. В. Глухова) и развитие институтов гражданского общества (З. З. Мирзаева).
Гражданское единство в России сегодня – это стратегический ресурс безопасности, который обеспечивается через баланс эффективного государственного управления, ясной национальной идеи (идентичности) и правовой активности граждан.
Цивилизационное единство, в нашем представлении, является высшим синтезирующим уровнем социальной онтологии. Оно репрезентирует «большое пространство» и «большое время», объединяя этническое многообразие и гражданские структуры общим аксиологическим (ценностным) ядром. Цивилизационное единство – это единство сверхзадачи, общей исторической судьбы и доминирующего типа духовности. В контексте России как государства-цивилизации именно цивилизационный уровень позволяет преодолеть потенциальный конфликт между этническим и гражданским. Он предлагает мета-идентичность, которая позволяет человеку оставаться представителем своего этноса и гражданином государства, одновременно осознавая себя причастным к уникальному мировому пути.
Самый высокий – цивилизационный и глобальный уровень – позволяют рассматривать Россию не просто как государство, а как уникальный тип цивилизации, обладающий собственным кодом, символическим пространством и интеллектуальным наследием.
Тематический анализ работ включает:
1. Онтология и «генетика» цивилизации (В. И. Надольская61, В. А. Казанцева62);
2. Геополитическое и символическое пространство (Г. А. Аванесова6364656667, С. А. Мальченков68);