Владимир Жданов – Я выживу! Книга 2. (страница 2)
И в ту же секунду, в сознании Артёма, как, он был уверен, и у других, вспыхнуло новое, цветное уведомление:
[ Опыт за убийство «Бродяги (Ур. 2. Усиленный)» получен: 15 о.о. ][ Общий опыт: 15/100 ]
— Пятнадцать, — тихо, с странной интонацией сказала Алёна, спускаясь вниз. Её глаза горели странным, нездоровым огнем. Она смотрела на свой интерфейс. — Обычный, первый уровень, давал десять. Этот — пятнадцать.
— Значит, чем сильнее тварь, тем выгоднее её убивать, — с мрачным, почти животным удовлетворением констатировал Василий, вытирая тряпкой наконечник своего орудия. — Логично. Как на охоте. Кабан опаснее зайца, но и мяса, и шкуры с него больше. Теперь у нас и счётчик есть.
— Это не охота, — резко, почти зло сказал Артём, чувствуя, как его тошнит от этой простой, бездушной арифметики. — Это… Это превращение всего в игру. В гонку за рейтингом. В соревнование, где наградой является право не быть съеденным.
— А разве это не так? — обернулась к нему Алёна. Её лицо было серьезным, почти суровым. — С самого начала, с первого дня, это была игра на выживание. Просто теперь нам показали правила. И таблицу лидеров. Взяли и вывели на экран то, что раньше было скрыто.
Степан Игнатьевич, не обращая внимания на их перепалку, подошёл к телу убитого зомби, внимательно, с научным любопытством разглядывая его через лупу.
— «Усиленный»… Интересно. Если система ранжирует угрозы, значит, она их и создает. Или, по крайней мере, стимулирует их эволюцию. Мы получили инструмент для оценки опасности, но и сама опасность мутирует, подстраиваясь под новые правила. Классическая, вечная гонка вооружений между хищником и жертвой. Только теперь у нас есть цифры, её отображающие.
Артём посмотрел на свои руки, потом на интерфейс, который всё ещё висел перед его глазами, назойливый и соблазнительный. [ Опыт: 15/100 ]. До следующего уровня — всего 85 очков. Всего девять таких «усиленных» бродяг. Или восемьдесят пять обычных. Искушение было физическим, осязаемым. Он представил, как его «Тактический анализ» повысится, как он сможет лучше предугадывать движения врагов, эффективнее защищать своих. Он представил, как Алёна станет неуязвимой тенью, а Василий будет ковать оружие, которое с одного удара будет крушить черепа.
Но цена… Ценой была кровь. Постоянная, непрекращающаяся охота. Превращение в машину по убийству, работающую за виртуальные очки, за ачивки в чудовищной игре, создателем которой они были.
Ночь медленно отступала, уступая место серому, тоскливому рассвету. Где-то вдали, в разных концах спящего города, послышались первые, ещё робкие выстрелы, приглушённые крики и тот новый, более грозный и уверенный рык. Другие выжившие уже вступили в гонку. Другие уже поняли новые правила. Другие уже качались.
Артём посмотрел на Алёну, на её усталое, но решительное лицо. На Василия, на его грубые, трудовые руки, сжимающие оружие. На старого профессора, в глазах которого горел огонёк познания даже в этом аду. Они были его гильдией. Его партией. Его единственным шансом не сойти с ума и не превратиться в бездушного рейдера, охотящегося за опытом.
— Ладно, — тихо, но чётко сказал он, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. — Игра началась. Теперь главное — не проиграть в первом же раунде и не забыть, кто мы, ради чего мы это делаем.
Он мысленно, с усилием воли, закрыл интерфейс, но знал, что он всегда там, всего в одном импульсе мозга, в одной мысли. Система «Прометей» активирована. Обратного пути не было. Теперь им предстояло идти по этому новому, цифровому «Проселку», где смерть была всего лишь цифрой в таблице, а жизнь — ценным ресурсом для прокачки.
Глава 2. Жестокий tutorial.
Три дня. Семьдесят два часа, за которые привычный, почти рутинный ужас апокалипсиса обрёл чёткие, безжалостно цифровые очертания. Бункер Василия теперь напоминал не убежище выживших, а штаб-квартиру гильдии рейдеров из тех самых игр, в которые Артём играл когда-то далеко за полночь. В воздухе витало странное, густое напряжение — гремучая смесь страха, азарта и леденящего душу отчаяния.
Артём сидел за грубым деревянным столом, с маниакальной тщательностью разбирая и смазывая механизм единственного на всю их «гильдию» автомата Калашникова. Каждая деталь, каждая пружинка вытиралась начисто, смазывалась скудными каплями оружейного масла и ставилась на место. Это был ритуал, медитация, попытка удержаться за знакомые, осязаемые вещи в мире, который стремительно ускользал в цифровую виртуальность. Перед его мысленным взором постоянно висел интерфейс. Он уже научился вызывать его и убирать легким усилием воли, но соблазн поглядывать на него, проверять, не прибавилось ли опыта, не появились ли новые квесты, был слишком велик, как зуд от заживающей раны. [Ур. 1. Опыт: 15/100]. Эти цифры преследовали его даже во сне, превращаясь в кошмары, где он бежал по бесконечному коридору, пытаясь догнать ускользающую сотню.
— Никакого прогресса, — проворчал Василий, входя в комнату с парой ржавых, изогнутых труб в руках. Его собственный интерфейс, как видел Артём, показывал тот же уровень. — Мочим этих тварей, а толку — как об стенку горох. На крафт очков не хватает, на навыки — тоже. Крутимся как белки в этом проклятом колесе, а оно всё крутится и крутится.
Алёна, точившая у окна свой клинок о старый оселок, молча кивнула. Её взгляд был отрешенным, она будто прислушивалась к чему-то внутри себя. За эти дни она обнаружила, что может на короткое время «чувствовать» приближение зомби — появление слабого, дрожащего красного контура на краю её зрения, если сосредоточиться. Неофициальный, не отраженный в Системе навык, побочный эффект её Пробуждения, её личная, тихая аномалия.
— Может, мы что-то упускаем? — предположил Степан Игнатьевич, не отрываясь от планшета с сохранившимися данными Орлова. — Система явно построена по принципу видеоигры. А в играх, особенно в MMORPG, есть не только свободный, бесцельный фарм мобов, но и… квесты. Задания. Цели, которые структурируют игровой процесс и дают значительные награды.
Едва он произнёс это слово, как в сознании каждого из них, включая самого профессора, раздался резкий, пронзительный, похожий на удар гонга звук, от которого все вздрогнули. Перед их глазами, затмевая всё остальное, всплыла новая панель, обрамленная пульсирующей, манящей золотой рамкой.
[ ВНИМАНИЕ! Доступен квест Системы «Прометей»! ][ Квест: «Выживание. Учебный этап». ][ Цель: Уничтожить 10 «Зараженных» любого типа. ][ Ограничение по времени: 24 часа. ][ Награда: 200 о.о., титул «Новичок» (+5 ко всем характеристикам). ][ Штраф за невыполнение: Понижение репутации у всех фракций. ]
Внизу, уже без рамки, появился дополнительный текст, похожий на внутриигровой совет, звучащий как издевательство:
«Совет: Объединяйтесь с другими выжившими для более эффективного выполнения задач. Кооперация поощряется.»
В бункере на несколько секунд воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь тяжёлым, свистящим дыханием Василия и тиканьем старых настенных часов, которые кто-то когда-то завёл по привычке.
— Ну вот, — первый нарушил молчание старый солдат, с горькой усмешкой глядя на Степана Игнатьевича. — Понравилось тебе слово «квест», старик? Получи. Полной ложкой. Теперь мы на побегушках у какого-то электронного бога. Выполняй его поручения, как послушный песик.
— Двести опыта, — прошептала Алёна, и в её голосе прозвучала та самая, пугающая Артёма, хищная нота, которая появлялась всё чаще. — И титул. С плюсом ко всем характеристикам. Это… это почти два уровня. Два уровня за один день. Мы сможем стать значительно сильнее.
— И штраф, — мрачно, как гробовую крышку, опустил Артём. — «Понижение репутации». Мы ещё даже не знаем, с какими фракциями, что это даст на практике, но звучит… категорично. Как приговор.
— А выбора у нас есть? — Степан Игнатьевич снял очки и устало протёр их. — Система не спрашивает, не предлагает, она диктует правила. Отказаться — значит добровольно стать изгоем в новом мире, на который эта Система и накладывается. Стать… слабее по отношению к тем, кто правила принял. Это математика, дети. Жестокая, но неумолимая.
Артём смотрел на пульсирующую золотую рамку, на заманчивые цифры награды. Двести опыта. Это был быстрый, мощный скачок. Возможность получить те самые очки навыков и наконец-то прокачать «Тактический анализ», сделать их вылазки безопаснее. Возможность стать сильнее, чтобы защищать своих. Но цена — снова и снова погружаться в кровавую баню, теперь по приказу, по таймеру, как рабы на галерах.
— Ладно, — он резко встал, с глухим стуком поставив на стол карабин. Его лицо было маской решимости. — Значит, так. У нас есть сутки. План простой: идём в ближайший спальный район, тот, что мы уже прочесали вдоль и поперёк. Очищаем подъезды. Десять штук — это не так много. Если действовать быстро и слаженно.
— Уже подсчитал, тактик? — усмехнулся Василий, но в его глазах читалось не насмешка, а мрачное одобрение. — Расписал по секундам?
— Всегда, — коротко бросил Артём, натягивая свой потертый разгрузочный жилет. — Алёна, в авангарде. Твоё чутьё. Вася, ты с нами в тылу, прикрываешь. Профессор, держи оборону здесь.
Вылазка была стремительной, безжалостной и до ужаса эффективной. Они двигались как отлаженный часовой механизм, чьи шестерёнки были смазаны кровью и долгой практикой. Алёна шла впереди, её новый, не отмеченный в Системе навык, позволял ей засекать «зараженных» за углами и в тёмных подворотнях. Она поднимала руку, показывая пальцами количество: один, два… Артём кивал, мысленно набрасывая карту перемещений, отмечая в уме безопасные зоны и пути отхода. Василий прикрывал тыл, его массивная фигура и готовый к удару «костедробитель» были живым щитом.