Владимир Жариков – Парадокс Вигнера – 2 (страница 15)

– Напрасно Вы так, Павел Прокопьевич, – вполне серьёзно отреагировал на его слова Соболев, – я уже вскоре докажу Вам, что оборотни существуют!

Ланин поднялся, следом за ним Протасов и Куликов. Попрощавшись с Соболевым с пожеланиями успешной работы, все направились в отдел ускорителя, находящийся на первом этаже. Понимая, что Соболев ответит на вопрос лишь в отсутствие Ланина, Протасов задержался. Его явно заинтересовала информация о временном портале.

– Скажите, Николай Трофимович, Вы могли бы показать на карте место, где вы с егерем рыбачили? – спросил он генетика, – а лучше бы то, откуда, по-вашему, доносится рёв неизвестного хищника.

– Да, конечно! – согласился Соболев, – принесите мне карту, и покажу Вам эти места! А Вы верите в существование временных порталов?

– Не только верю, но даже испытывал на себе, – с улыбкой ответил Протасов, – правда, не я лично путешествовал во времени, а моё Сознание! Я не буду объяснять это слишком долго….

– Я верю Вам, коллега, – согласился Соболев, – наши ортодоксы в науке отрицают всё, что с этим связано. Я считаю, это просто ещё не доказано наукой, а потому кажется невозможным.

– Ланин относится к таким ортодоксам? – удивился Протасов, – ведь он руководитель программы спасения Разума Вселенной, которая предусматривает перенос в параллельные миры целой Вселенной. А это и есть путешествие во времени!

– Ланин не верит в оборотней, – сетовал Соболев, – поэтому он назвал моё допущение сказками.

– А Вы верите в них? – вопрошал Протасов.

– Я, как генетик понимаю, что это возможно при почти мгновенном изменении генома, – ответил Соболев, – а учитывая уже изобретённый и работающий в нашей лаборатории ускоритель, допускаю возможность существование природного механизма мгновенного изменения генома. Разница в том, что наш предназначен для кремниевых клеток, а не углеродных. Но если существует такая возможность в научных разработках, почему её не может быть в природе?

– Но ведь человек-оборотень превращается в хищника без какого-либо ускорителя, – возразил Протасов.

– Это, вероятно, происходит по команде и каких-то неизвестных свойств головного мозга, – предположил Соболев, – ускоритель находится у него в памяти, ведь никто не исследовал этот процесс по понятной причине….

Протасов поблагодарил Соболева и вышел в коридор, где его ждали Ланин с Куликовым. Павел Прокопьевич с иронией взглянул на Протасова, но ничего не сказав, продолжил экскурсию. Войдя в помещение, вновь принятые сотрудники с интересом озирались по сторонам, ища глазами установку. Здесь работали несколько человек, головы которых облачены в полиэтиленовые шапочки, а руки в ластиковые медицинские перчатки. Посреди комнаты огромных размеров виднелась метрового диаметра металлическая крышка, установленная на самом полу. Она была похожа на съёмный люк, по виду напоминающий крышку сковороды. Руководил отделом тоже академик по фамилии Тучин. Ускоритель – это его изобретение, патент на которое пока не был получен вследствие секретности, о чём сразу проинформировал Ланин.

– Гордость нашей лаборатории, академик Тучин! – представил его Ланин, – этот человек создал то, чего трудно себе даже представить!

– Будет вам, Павел Прокопьевич! – отмахнулся пожилой мужчина в очках.

– А где же этот ускоритель? – интересовался Куликов, указывая на люк из нержавеющей стали, – под землёй?

– Да! – ответил Ланин, – под этой крышкой находится сердцевина из стержней, соединённых между собой, которая заряжается биоматериалом. Этот ускоритель, по сути, лазерный облучатель радиального воздействия. Сердцевина в процессе обработки опускается внутрь отсека, где находятся лазерные генераторы, расположенные ниже. При необходимости она вынимается с помощью небольшого тельфера, и сотрудники могут работать с ней в подвешенном виде. Подробностей, к сожалению, не могу рассказывать по условиям секретности изобретения академика Тучина.

– Нас собственно не интересует технология, – высказался Куликов, – хотелось бы пообщаться с вашими программистами.

– Они у нас общие! – улыбнулся Ланин, – вы теперь сотрудники одного коллектива, не забывайте!

Отдел программистов находился на втором этаже, куда вскоре поднялись вслед за Ланиным. Академик представил руководителя отдела Паршина, средних лет мужчину, которых в народе называют ботаниками. Здесь работали и женщины разного возраста, каждый сидел за компьютером и выполнял свою часть работы. Куликов начал знакомство с того, что открыл свой дорогой портфель и достал ноутбук. Он вкратце объяснил, что в нем записана программа квантового компьютера и приложение, скачанное на диск перед смертью Седельниковым.

– Я хочу, коллеги, чтобы вы посмотрели мою программу и особенно приложение, – сходу предложил профессор, – мне известно, что эта программа будет являться основой той, которую вы здесь разрабатываете! Кроме этого, мне очень хотелось бы получить объяснение, с какого носителя мог записать человек, которого уже нет в живых, дополнительное приложение?

– Почему Вы уверены, что Ваша программа является основополагающей? – удивился Паршин, – мы сейчас работаем над созданием программного продукта, который позволит выделять кластеры головного мозга человека, чтобы записать в них максимально возможный объём информации.

– Поверьте, вы в самом начале пути, – спокойно продолжил Куликов, – это малая часть моей программы, она уже разработана и опробована. Включите ноутбук и посмотрите сами!

Протасов не знал, что Куликов возьмёт с собой ноутбук, когда выезжали в Завидово, он даже не обратил внимания, что у профессора был с собой портфель. Илья Кузьмич привык видеть постоянно Анатолия Петровича с портфелем и машинально не обращал на это внимания. Как говорят в подобных случаях атрибут примелькался, однако доктор остался доволен предусмотрительностью Куликова. Предложение профессора моментально заинтриговало Ланина, Паршина и его коллег. Они все срочно прекратили работу и сбились у стола руководителя отдела, где он включил ноутбук и ждал, пока тот загрузится.

– Да-а, это то, что нам нужно! – удивлённо промолвил Паршин, открыв программу, – но где Вы это взяли?

– Это мой компьютерщик разрабатывал с моим скромным участием, – с улыбкой ответил профессор, – я ведь не программист, но определял направления и необходимый конечный результат. Кроме дополнительного приложения, конечно….

– Спасибо Вам, Анатолий Петрович за сюрприз! – поблагодарил Ланин, – я намерен пригласить и Вашего программиста к нам на работу….

– Вы посмотрите внимательно, – не отставал от Паршина Куликов, – можете определить, как это приложение попало на жёсткий диск моего ноутбука? Это для меня сейчас самый первостепенный вопрос!

– Но на это нужно время, – ответил Паршин, – дайте нам коллективно позаниматься час. …Хотя по времени файл приложения был записан неделю назад в два часа ночи. Вам это что-либо говорит?

– В ту ночь, – догадался Протасов, мысленно высчитывая дату, – мой пациент вышел из комы!

– Значит, всё сходится! – живо откликнулся Куликов, – он записал это перед тем, как отправить наше Сознание в будущее! Но с чего? У Георгия ведь не было никаких носителей с собой?

– Вы это о чём? – не понял смысла разговора Ланин.

– Это мы о своём! – отмахнулся Куликов, – будет время, расскажем Вам о том, во что трудно поверить!

Паршин подключил ноутбук к общей компьютерной сети отдела и молодой парень, сидевший за дальним столом, уже несколько минут изучал программу Куликова на машинном языке.

– Я понял с чего записано приложение! – закричал молодой программист, внимательно изучавший её синтаксис, – она записана была с разъёма параллельного порта ноутбука! Не знаю, почему, но проще было бы это сделать через USB!

– Но вместо обычного разъёма для параллельного порта, здесь установлен специальный, я такой вижу впервые! – возразил Паршин.

– Так это же для сеточки с датчиками, которая одевается на голову! – обрадованно вскрикнул Куликов, и, обращаясь к Протасову, добавил, – я всё понял, доктор! Это приложение хранилось в кластере головного мозга Седельникова. Поэтому он «пронёс» его через астрал! Когда ему понадобилось это приложение, он надел сеточку с датчиками и записал его на ноутбук.

– Разве такое возможно? – удивился Протасов.

– А почему нет? Вы же помните, как я через датчики управлял Вашим Сознанием, – весело ответил Куликов, – когда менял право налево! Мозг Седельникова мог иметь информационные кластеры, как у киборгов-силанов и в одном из них хранилось это приложение!

– Возможно, – согласился доктор, – в таком случае в приложении должны быть матрицы Сознаний всех киборгов-силанов, иначе, как он подселял им моё и твоё?

– Слышали все, господа программисты? – спросил Куликов, – тайна первоочередного моего вопроса разгадана. Теперь вам нужно поработать с приложением, чтобы чётко знать его интерфейс и то, о чём сейчас сказал мой дорогой друг! Поищите матрицы, которые должны храниться в базе данных этого приложения!

– Я уже вообще ничего не понимаю, – сетовал Ланин, – выходит, что программа, над созданием которой трудится отдел, уже существует?

– Да, – ответил Куликов, – но пусть сначала программисты разберут её по косточкам и продолжат усовершенствование. Я смотрю молодой человек, который помог быстро разобраться с ответом на мой первостепенный вопрос, перспективный программист….