Владимир Яценко – Бог одержимых (страница 4)

Пояс немилосердно давил — еще бы: сейчас весь его вес опирался на эту полоску пластика. Но окружающий мир интересовал Григория больше, он внимательно осматривался и прислушивался. Хлопающий шум лопастей вертолета становился все глуше, растворяясь в тесном переплетении кроны дерева. Зеленый полумрак с каждым мгновением становился все гуще. Солнечные зайчики, легкомысленно скачущие по его телу и близким упругим веткам, бледнели и быстро растворялись во влажном полумраке. Какие-то десять метров спуска и уже трудно было представить яркие голубые краски, царившие над куполом леса.

Григорий развернулся и увидел в метрах пяти от себя ствол дерева, на одной из веток которого вот-вот должно было закончиться его путешествие.

"Ну, нет, — усмехнулся он про себя. — Скорее, начнется…"

Он взглянул вниз и убедился, что это "вот-вот" уже наступило: огромная ветка располагалась горизонтально прямо под его ногами. Григорий уселся на нее, быстро отстегнул карабин с пояса, обернул трос вокруг ветки и взял его на карабин, намертво пришвартовав вертолет к дереву.

Теперь нельзя было мешкать. Он быстро перебрался по ветке к стволу, спустился на одну ветку вниз и стал дожидаться, что будет дальше.

А дальше трос напрягся, вытянулся в струну. Стало слышно, как рев турбины перешел в визг. Потом стало тише, трос провис и снова несколько раз с силой натянулся.

"Они полагают, что трос за что-то зацепился, — подумал Григорий. — Теперь многое зависит от того, что они предпримут…"

Он надеялся, что Капитан отрежет трос и сбросит его конец вниз. Собственно, для этого и была проделана эта мелкая пакость. Наличие прочной веревки существенно повышало вероятность выживания. Категорический отказ Капитана дать хоть какое-то оружие вселял подозрения, подкрепляя сомнения в честности сделки.

Но экипаж вертолета избрал другой ход развития событий: из зеленого купола показались ноги, — сквозь шелест и треск ломающихся сучьев вниз спускался сам Капитан.

Это была неслыханная удача. Пилотам не пришло в голову пожертвовать тросом, и они предложили Капитану воспользоваться вторым подъемником.

Григорий припал к стволу, обогнул его и, не выпуская из вида Грыця, стал осторожно к нему пробираться. Капитан, по-видимому, примерно представлял себе, где находится зацепившийся Григория трос, но в путанице листвы и веток разглядеть его, конечно, не мог. Потому он все время смотрел в одну сторону, что, вообще говоря, было непростительной ошибкой. Это позволило Григорию подойти к нему вплотную и даже оказаться чуть сверху.

Никакой борьбы не было. Один единственный удар кулаком за ухо, как учили, ближе к основанию черепа, и тело Капитана обмякло, по-прежнему плавно спускаясь.

Григорий последовал за ним до самой земли, уложил свою жертву на грунт, отстегнул карабин троса, залез обратно на дерево и повторил трюк с петлей и швартовкой.

К чести вертолетчиков, на этот раз колебаться они не стали: трос Капитана подергался, потом провис, шум вертолета стих, и на этом все кончилось.

Григорий хладнокровно смотал трос, свободным концом стянул бухту, чтоб не распускалась, спустился и связал Капитану руки. Бухту повесил ему на шею. Ну не нести же самому? Потом исследовал карманы пленника. Ничего интересного, если, конечно, не считать его, Григория документы: водительское удостоверение и техпаспорт на автобус. "А паспорт ему мой, значит, без надобности? — подумал Григорий. — Или где-то в сейфе оставил?"

Оружия не было. Только нож. Зато из дорогих, из настоящих. В ножнах из нейлоновой ткани и пластмассы, с металлическим карабином-застежкой. Григорий обнажил нож, присмотрелся: тяжелая сверкающая сталь, сантиметров двадцать длиной, широкий, сквозное отверстие на лезвии, на тыльной стороне — пилка. Приметный ножик. На лезвии неподалеку от пластиковой гарды надпись: "М9 MARTO". Удобная, по ладони, пластиковая рукоятка… "Ну что ж, Марто так Марто…" Григорий вернул нож в нейлоновые ножны, пристегнул их к поясу и полез наверх за своим тросом. Когда он вернулся, Капитан уже был на ногах, с изумлением рассматривая связанные руки.

— Ну как, очухался? — дружелюбно обратился к нему Григорий.

— Ты что это задумал? — зло спросил Капитан.

— Нет, Грыць, — Григорий покачал головой. — Чем раньше ты примешь новый порядок, тем больше шансов тебе вместе со мной отсюда выбраться.

— Допустим, — неохотно согласился пленник. Потом, пожевав губами, спросил. — Зачем связал?

— Это я так нашу команду от ошибок страхую, — доверительно сообщил Григорий. — Видишь ли, когда люди не совсем точно понимают, что вокруг них делается, они склонны совершать опрометчивые поступки. От которых потом сами же и страдают…

— Я вижу, чувствуешь ты себя лучше, — насмешливо перебил его Капитан. — А кто из нас пострадает — лес покажет… Ты — чужак, а я живу здесь.

Григорий тяжело вздохнул.

— Грыць, — как можно более душевно обратился он к пленнику. — За заботу, конечно, спасибо. Но у нас всего два варианта. Первый, я оставлю тебя здесь со связанными руками и уйду…

Его речь была прервана низким гулом. Из-за соседнего дерева вылетели три темных предмета размером с кулак, стремительно пронеслись в метре над травой и скрылись за деревьями. Послышался треск сучьев, и гул стих.

— Ты что-то говорил о втором варианте… — напомнил Капитан.

— Что это было?

— Мухи, — сухо пояснил Капитан.

— Мухи? Ну да, конечно… второй вариант, это когда ты очень постараешься доказать мне свою полезность.

— И что тогда будет?

— Тогда я возьму тебя с собой, — пообещал Григорий.

— Куда?

— В деревню, к корчме. Скажешь своим, чтоб откопали автобус. Теперь ты — мой должник и заложник. Как откопают, прокатимся вместе с десяток километров, и я тебя отпущу.

— Мой план лучше, — возразил Капитан. — В Киеве за твою кровь и вправду денег дадут. А в Россию тебя отсюда не выпустят. Мы, знаешь ли, своими секретами не делимся. Как и ваши службы, кстати…

— Да плевать мне на "службы". Наши, ваши… Мне просто не нравится, когда меня выпихивают на сутки в лес без оружия, воды и пищи. Маяк ты крепишь мне к поясу, а не как обычно: на запястье. Мои документы у тебя почему-то в кармане, а не в автобусе на глубине пяти метров под землей. Были еще проколы. Продолжать? Хочешь, скажу, что я думаю?

Капитан промолчал, буравя взглядом Григорию переносицу.

— А думаю я, что в этом раскладе мертвый, зараженный флорой труп Григория Скадовского, куда предпочтительней живого свидетеля экспериментов на людях. Да еще россиянина. А? Что скажешь?

— Чушь! — облизнув губы, заявил Капитан. — Кто ты такой?

— Обиженный, — насмешливо ответил Григорий. — Не удивлюсь, если медведок ты сам и навел. Так не пойдёт…

— А как?

— А я тебе уже сказал: возвращаемся в деревню и ждем, пока твои люди автобус мне не откопают.

— Дурак ты, Григорий, — с искренней горечью сказал Грыць. — Нет в деревне моих людей…

— Ну, что ж, пойду и проверю. Ты уже решил, идешь со мной или тут останешься?

— С тобой, — хмуро согласился Капитан.

— Тогда веди.

— В каком смысле? — не понял Грыць.

— В какую сторону идти? — пояснил свой вопрос Григорий.

Он с интересом наблюдал, как вытянулось и слегка побледнело лицо у его пленника.

— Вот чёрт! — выругался Капитан. — Ты что, компас потерял?

— Успокойся, — остановил его Григорий. — Не потерял. Ну, хоть про то, что деревня отсюда на юго-востоке, не врал?

Капитан отрицательно качнул головой.

— Тогда нам туда, — Григорий указал направление рукой. — Пошли.

Он повесил на шею Капитану вторую бухту каната, отпустил его вперед себя шагов на десять, и двинулся следом.

Идти было легко. Подлесок был редким, трава низкая, почва плотная. Их окружали гладкоствольные великаны, чем-то похожие на платаны. Только среди листьев изредка проглядывали какие-то плоды, величиной с футбольный мяч.

Григорий раз за разом беспокойно оборачивался. "Отпор хищникам дать мы, конечно, не сможем, — подумал он. — Но и взобраться на дерево — тоже не получится. По этому стволу мне и со свободными руками взобраться будет не просто. А о Капитане вообще говорить нечего…"

Примерно через час местность существенно изменилась. Стволы деревьев заметно уменьшились в охвате, ветки стали пониже. Теперь можно было не опасаться: на такое дерево можно было легко вскарабкаться. Появился густой подлесок: высокие кусты и низкорослые, покрученные деревца плотно заполняли этот нижний горизонт леса. И вновь Григорий почувствовал беспокойство: теперь хищник мог притаиться за любым деревом, под ближайшим кустом. И пока он не нападет, он так и будет оставаться невидимкой, надежно укрывшись под плотной густой растительностью.

Еще час спустя Капитан резко сбавил ход, а потом и вовсе остановился перед небольшим кустом. Несмотря на пышные заросли, куст был невысоким, по пояс взрослому человеку.

— Что такое? — недовольный остановкой спросил Григорий.

— Сарда, — пояснил Капитан. — Ты вчера ел в корчме. Кроме общей гастроэнтерологии восстанавливает силы, утоляет голод и жажду. Нужно отрыть корневище. Есть можно сырым.

Григорий настороженно покосился на сарду. Куст как куст. Кто бы мог подумать, что такое сокровище.

— Идти далеко, до ночи не дойдем, а здесь ни ручьев, ни речки, — настаивал Капитан.

— Ну, так пойди и отрой…

— Охотно, — согласился Капитан и протянул Григорию руки. — Развязывай.